Заметки пожилого человека - Евгений Сатановский

Очень кстати новому начальству подвернулись старые кадры: дети и внуки тех, кто воевал в Третьем рейхе против «восточных варваров», с которыми предстояло бороться. В связи с чем на западных рубежах бывшей единой страны произошёл взлёт нацистской идеологии, в рамках которой в освободившихся не только от «оккупации», но и от правил приличия странах началась большая замятня. Борьба кандидатов в европейцы с «унтерменшами» перешла из публичного облаивания и бытового хулиганства в стадию артиллерийских перестрелок. Что оказалось для руководства бывшей метрополии полным сюрпризом. Можно было чего-то такого ожидать, но масштабы военных действий, ожесточённость карателей, степень отмороженности и недоговороспособности их руководства, судя по всему, была неожиданной. В итоге попытки переговоров, в рамках которых можно было бы учесть интересы сторон, провалились и впереди замаячила большая европейская война. Каковая на повестке дня в настоящее время стоит.

Тут, правда, возникли некоторые ограничения. Распад империи притормозился и вместе с ним приостановился развал её армии и оборонной промышленности, чего никто из сторонних наблюдателей не ожидал. Метрополия продемонстрировала появление у неё высокоточного оружия и на Ближнем Востоке провела его испытания в полевых условиях. Прошла операция на опережение, в рамках которой она с лёгкостью и изяществом приросла стратегическим плацдармом-полуостровом на юго-западных рубежах, после чего создала линию обороны в полярных районах. Так что, обкатав армию, испытав вооружение и проведя в жизнь новую стратегию ведения военных действий в условиях конфликта в Восточном Средиземноморье, страна подтвердила членство в клубе «великих держав». На что прочие участники этого сообщества, которые незадолго до того вывели её из круга общения, подвергнув масштабным санкциям, явно не рассчитывали. Отреагировали они нервно. Что можно наблюдать, ожидая без большого оптимизма, как это безобразие закончится.

Автор полагает, что читатель догадался о том, какую страну он описывает. Для тех, кто пребывает в сомнениях, уточним: речь идёт о Российской империи и её прямом наследнике – СССР. Метрополия – сегодняшняя Россия, в которой автор живёт и полагает, что жить будет дальше. Большая была страна. Распалась – жаль. Но в принципе не новость. Все в конце концов распадаются. Для нас принципиально важно не то, что союзные республики разошлись, а то, что умудрились сделать это без большой крови, чего в истории не было. Возможно, искусственность развода, для которого не было причин, кроме вопиющей (в ХХ веке второй прецедент для одной и той же страны) некомпетентности руководства, тому способствовала. Плюс свежие (трёх поколений не прошло) воспоминания о Гражданской войне, Большом терроре и Войне Отечественной. Последнюю сотню лет по стране шарашило со всех сторон так – хоть изнутри, хоть снаружи, что повторять этот банкет в масштабах, сравнимых с прошлыми временами, было как-то совсем некомильфо и западло…

Все империи распадаются. Что не означает, что на новом этапе они не собираются вновь, как Китай или Евросоюз, наследник Римской империи. Вопрос в исторической памяти (или её отсутствии), наличии соответствующей национальной мифологии (в России она есть) и появлении соответствующих условий, включая настрой элиты (не той, которая у нас так себя называет – это преимущественно имитация, а не элита). Понятно, что если продолжать следовать советам, рекомендациям из Вашингтона, Брюсселя или Женевы (автор не верит в международные организации, включая ООН, полагая их корыстной, продажной и изначально враждебно настроенной по отношению к его стране мафией), ничего хорошего в будущем Россию не ждёт. Большинство её представителей в рядах международного истеблишмента ей не подмога: их заботой является обустройство собственной жизни за границей за счёт пославшей их страны. Но мало ли как в будущем карта ляжет? Не всё же котам Масленица…

И тут мы упираемся в простой, но от этого не менее неприятный вопрос: чего стране ждать дальше? В конце 90-х было ясно: распада. Татар она завоевала в XVI веке, а узбеков в XIX – никакой разницы. Ну достались одним союзные республики, другим автономные, а третьим национальные анклавы меньшей представительности – Сталин чудил. Историки объяснить могут, всем прочим до лампочки. Оказалось, что историческая справедливость – выкроить своё из общего и отделиться. Споры шли только насчёт того, на какое количество государств расколется то, что от СССР осталось. Оно, кстати, кое-где ещё не доразвалилось: Абхазия и Южная Осетия, Карабах и Приднестровье, ДНР и ЛНР – тот самый случай. И это, вопреки заклинаниям дипломатов и политиков, далеко не конец. Страна многонациональная на удивление и не случайно оказалась построена именно так, как была. Примитивные схемы её трансформации в удобное для освоения крупными игроками раздробленное пространство не сработали именно в связи с их трафаретностью и нежизнеспособностью.

Те, кто их в Госдепартаменте США и прочих американских структурах разрабатывал (а разрабатывали там), компетентностью не отличались. Школа Бжезинского – много негатива и эмоций, мало желания учитывать, как всё устроено на деле, и абсолютная вера в Америку, которая превыше всего. Легко усваивается студентами и помогает в предвыборной гонке, но ни к чему не ведёт, если объект воздействия имеет собственную точку зрения на будущее. В случае с Крымом и Россией на этом и обломилось. Полуостров вошёл в состав России, база США в Севастополе не возникла, «разочарование мирового сообщества» Москвой приобрело эмоциональные санкционные формы, которые это сообщество демонстрирует, где надо и не надо… Что есть последнее, что может заставить Россию изменить политику, скорей наоборот. Хотя желающих уговорить начальство не упираться и «вернуться в стойло» много – в том числе в самой стране. Ну да это всегда было. Чего ж не попытаться вернуть себе придворный статус, когда в течение четверти века прокатывало?

Поскольку при действующем Первом страна не развалится и оппозиция его никак не скинет, как ни пытается, понятна идея подождать, сохраняя и наращивая давление – чтобы экономика проседала, население и элита раздражались, а по границам то, что ещё осталось от империи, расшатывалось и там готовились плацдармы и кадры для будущей войны. Вопрос либеральной общественности: «зачем им это» имеет простой ответ, который был дан ещё Данелией в «Кин-дза-дза» насчёт пацаков и чатлан. Одни на его Пфлюге перебили других потому, что те не успели. Предметно, соответствует американской традиции превентивного гашения конкурентов и не внушает оптимизма. Хотя верить не хочется, и долго не верилось. Но это детство, от которого необходимо избавляться. Мало ли во что японцам верилось? Понадобилось Трумэну испытать атомную бомбу, чтоб отчитаться перед Конгрессом в тратах на проект, и привет двум крупным городам. А Токио спалили дотла вообще для острастки – обычными «зажигалками». И ничего.

С учётом продемонстрированного в Сирии вооружения, войны на европейском театре военных действий против России стоит ожидать не раньше 2024–2025 гг. Причём без участия американцев в столкновениях на передовой. Они тем временем подтянут космическую часть, которая у отечественных эффективных менеджеров безбожно проседает под рассказы насчёт полётов на Луну и Марс. Их даже высокое начальство, судя по всему, перестало переваривать с тем олимпийским спокойствием, с которым делало это годами. Благо, специалистов в стране к тому времени будет мало, во всяком случае высококлассных, поскольку образование загублено почти окончательно, а за оставшиеся до «часа Х» годы совсем помрёт. По крайней мере техническое. Теологическое, наверное, в противоположность ему, процветёт. Молиться и умело действовать крестом и кадилом будет кому. Но не верится, что поможет. До сих пор, по крайней мере, никому нигде не помогало. Так что замена выходит неравноценная. И это заметно невооружённым глазом – в том числе вероятному противнику.