Звезды во мраке - Владимир Лосев

– Если болезнь по воздуху передается, то мы уже заразились, а с респиратором дышать тяжело, внимательность притупляется…

– А если не заразились?

– Шлемы на полную защиту! – подумав, взревел сержант. – Первая двойка входит, вторая страхует, потом мы с лейтенантом и пленником. Вперед!

Десантники пробежали к тому зданию, над которым возвышался огромный вентилятор.

Когда десантники скрылись внутри, лейтенант подтолкнул Даньку в спину.

– Вперед, парень. Идем не спеша.

– Путы снимите, – попросил юноша. – Двигаться неудобно, я же вас сковывать буду, в случае чего пожалеете, если в засаду попадем…

– Сержант?

– Сейчас сниму. – Десантник прижал к путам небольшой пластиковый флакончик, и они, размягчившись, разорвались. – В шахте бежать некуда…

Данька отбросил в сторону полоски пластика и медленно двинулся вперед. На небе уже появилась первая яркая звезда, подул прохладный ветерок, принесший из леса пряные запахи листвы и вой хищников.

Вход в шахту был накрыт огромным пластиковым куполом. Снизу из боковых проходов вверх тянулись огромные пластиковые короба к всасывающему вентилятору. Сам туннель вниз, похоже, пробивали сразу три проходческих комбайна, шедшие рядом, – настолько он был широк. Посредине стояли широкие стальные ленты транспортеров, выносившие снизу руду. Сейчас они матово отблескивали в свете редких светильников, уходящих в глубину. Рядом тянулись широкие пластиковые ленты для спуска и подъема людей.

– Командир! – Один из десантников махнул рукой. – Нам нужна крайняя правая лента, если верить схемам. Я могу подать питание и запустить эскалаторы и вентиляторы.

– Нет, запускать ничего не будем. – Лейтенант свистнул, и эхо долго играло звуками в глубине. – Слышишь? Если запустим оборудование, то грохотать будет так, что к нам любой сможет незаметно подкрасться. Пойдем пешком…

– Спускаться, если судить по схеме, придется почти два километра, под таким уклоном ноги будут скользить…

– Хочешь умереть? – Лейтенант с хмурой задумчивостью посмотрел на десантника. – Здесь много странного происходит, солдат, вряд ли стоит кому-то облегчать задачу нас убить…

– Виноват, командир. Просто топать вниз далеко, а с полной выкладкой легко споткнуться – и будешь катиться вниз, пока не попадешь в преисподнюю: если ни за что не зацепишься, то разобьешься…

– Самые легкие пути всегда ведут в ловушки. Сейчас на нас работает тишина. Спешить нам некуда, сроки выполнения задачи не обозначены. Значит, пойдем медленно, с отдыхом, но лучше медленно и неудобно идти, чем быстро и с комфортом умирать.

– Вас понял, командир. Может тогда освещение включить на полную мощь? Сейчас оно работает в аварийном режиме…

– Свет не помешает, хорошая видимость – залог здоровья. Сержант, командуй.

– Первая двойка вниз, за ней вторая, потом мы с командиром и пленным, третья двойка замыкает. Связь – кодовая четверка, расстояние между группами в прямой видимости. Первая двойка пошла!

Лампы в шахте замерцали, потом неожиданно вспыхнули так ярко, что Данька прикрыл глаза руками, а у десантников прозрачные забрала потемнели, став почти черными.

Двое бойцов затопали вниз, придерживаясь руками за перила. За ними, выдержав интервал, последовали и другие. Идти под уклон оказалось действительно тяжело, хорошо хоть ноги не скользили – пластик был покрыт специальным противоскользящим покрытием.

Последним шел сержант, контролировавший каждое движение юноши.

Было тихо, так что каждый шорох возвращало эхо. Ярко светили прожектора и лампы под потолком, поэтому туннель просматривался далеко. Пройдя примерно метров сто, они увидели уходящий вбок туннель.

– Первый штрек, – прокомментировал один из идущих впереди десантников. – С этой стороны нечетные, с другой четные. Двенадцатый штрек на другой стороне, придется перелезать через транспортер.

– Ничего страшного, перелезем, но не сейчас, бдительность не терять! – произнес лейтенант. – Дойдем до нужного штрека, там на месте разберемся, что делать.

Даниилу показалось, что в глубине шахты над главным транспортером летает знакомая по кошмарам тень летучей мыши.

Десантники приспособились к уклону и теперь двигались быстро.

Появился еще один пробитый туннель, на этот раз на другой стороне транспортера.

– Второй штрек, – прокомментировал десантник из первой двойки. – Если двигаться в том же темпе, то уже минут через двадцать будем на месте.

Лейтенант затряс шлемом, потом несколько раз легко стукнул ладонью.

– Что-то не так? – поинтересовался сержант.

– Не могу связаться с полковником. – Лейтенант закрутил регуляторы. – Сильный треск…

– Мы под горой на глубине трехсот метров, руда металлическая, сюда не пробьются радиоволны, поэтому связи не будет.

– Надо было оставить хоть одного человека наверху. Если возникнут проблемы, нам никто не поможет.

– Нам и так никто не поможет, челноки в шахте нас не прикроют…

– Ты прав. – Офицер перестал возиться со своим шлемом. – Только без связи опасно, а вдруг напоремся на что-то такое, с чем не сможем справиться. Потери большие понесли, нас осталось мало…

– Убитых много, – согласился с ним сержант. – Только полковник предупредил, что помощи ждать не стоит.

– Да уж, – вздохнул офицер. – Аккуратнее надо идти.

Они прошли третий штрек, затем четвертый.

Данька вздохнул и спросил:

– А что вы будете делать, когда в вас начнут стрелять ваши же десантники – те, которые идут впереди?

– Это еще почему? – поинтересовался сержант. – Мы – одна команда, повидали немало, и я готов поручиться за каждого.

– А за десантников первого взвода вы тоже могли поручиться? – Как бы Данька ни старался, но все равно получилось довольно ехидно. – Они же были с вами в одной команде…

– Если что-то хочешь сказать, то говори или заткнись! – буркнул офицер. – Бойцы устали, нервы у всех на пределе, кто-нибудь возьмет и пустит тебе пулю в лоб за такие подозрения. А я на это время отвернусь.

– Люди сходят здесь с ума, поэтому подготовьтесь к тому, что в вас начнут стрелять ваши же люди, – проговорил юноша. – Надеюсь, что ошибаюсь, но предупреждаю о том, что такое возможно. Первый взвод стрелял не потому, что они вас испугались, а потому, что заболели…

– Командир? – Сержант обогнал Даньку и подошел к офицеру, – Может, пленный прав?

– Может и прав, – вздохнул лейтенант. – Только придумать ничего не могу. Как определить, что они заболели?

– Кожа станет белой, а губы посинеют, – сказал юноша. – Двигаться начнут рывками оттого, что кости станут распадаться…