Дальние Тропы - Алексей Рудаков

— Вот только руки тянуть не надо, — искоса глядя на потянувшегося к пояснительным табличкам умника, хмыкнул он: — Шарахнет и пыли не останется…

— Чем… Шарахнет?! — На всякий случай убрав руки за спину, подался назад доктор наук.

— Как чем? Остаточным зарядом.

— Мнэээ…. Думаете он ещё есть? Сколько лет то прошло?

— Может есть, а может и нет, — зевнув, почесал шею легионер: — Мне-то почём знать? Я же — примитив армейский.

Ничего ему не ответив, Мокров принялся разглядывать таблички с безопасного, как ему показалось, расстояния: — Таак… Ага… Ага… Всё ясно! — Спустя полминуты, он отвернулся от мешанины проводов, рычагов и кнопочек, к Карасю: — Всё, как и говорил наш…эээ… Эксперт, — голова учёного качнулась в сторону Красса, расценившего этот жест как короткий поклон.

— Тут, — сняв очки, Мокров указал ими на проём: — Пять основных функций и девять вспомогательных. Как я понимаю. Основные — всё в точности со словами Красса, — блеснув в луче фонаря стёклами, очки указали на легионера: — А вот с остальными — сложнее. Там просто комбинации букв, не имеющих смысла. Возможно — код. — Пожав плечами он достал из кармана футляр, и положив в него очки, покачал головой, повернувшись к Карасю: — Я сделал что мог. Крайняя правая — общий свет.

— Так включайте!

— Я?! Но позвольте, — учёный поспешно отступил назад: — Я не техник, вдруг не так что нажму?!

Щёлк!

Красс, криво усмехнувшись, прижал кругляшок кнопки большим пальцем, и хмыкнув — ничего не произошло, отступил назад: — Делов-то, наука! А про заряд остаточный, пошутил я.

— Вы?! Пошутили?! Надо мной?!

— Угу.

— Да вы просто… Чурбан! — Выпалив это, несомненно тяжкое, с точки зрения Мокрова, оскорбление, учёный гордо задрал подбородок и замер, настороженно поглядывая на легионера — а не полезет ли тот на него с кулаками? Но жертва его атаки только нейтрально фыркнула, и наклонившись над потрохами щита, принялась внимательно разглядывать буковки у кнопок, расположенных под только что нажатой.

— Ну, чурбан и чурбан, меня и не так называли, — оторвавшись от щита, он подманил к себе учёного и, когда тот подошёл, поднёс палец к кругляшку, расположившемуся прямо под первой кнопкой: — Тут что написано?

— Бессмыслица, — потряс головой доктор: — Три согласные, точка, ещё две, точка и три.

— А ниже?

— Тоже самое, — палец Мокрова пробежался по вертикальному ряду малых кнопок: — Первые три буквы — такие же, остальные разные. А нижняя пара кнопок, вот это — интересно, имеет первую группу символов отличную — там другие буквы, — растопырив указательный и безымянный пальцы, он поднёс их к двум нижним кругляшкам: — А вот две остальные группы — точно повторяют верхний набор.

— То есть, — подошедший Карась присмотрелся к символам, нанесённым на аккуратные шильдики слева от кнопок: — У первых двух одинаковое начало, у остальных двух тоже. Хвосты — одинаковые, чередуются только. Если бы я был дома, то решил, что это включить один — два и, соответственно — выключить их же. Попробуем? — Протянув руку к кнопкам, он покосился на Красса и когда тот кивнул, ткнул нижнюю пару.

Ничего.

— Тогда попробуем выше, — нажатие на две следующие так же не принесло никаких изменений.

— Надо главную нажать, — Игорь, подошедший к ним, глазами показал на большую кнопку: — Если тут как в лифте, то она активирует систему. Если, конечно, питание есть. Как думаешь, Красс? — Повернулся он к легионеру: — Тут питание могло остаться?

— Воздух свежий, — сложив руки на груди, всем корпусом качнулся тот: — Значит, вентиляция работает. А раз…

— Пробуем! — Перебив его, Маслов ткнул кнопку большим пальцем.

— А раз есть вентиляция, — продолжил с того же места легионер: — То…

Серия щелчков, исходившая из недр щита, заставила его замолчать и опасливо покоситься на источник звуков. Словно отслеживавший его взгляд, механизм смолк, но теперь ожило что-то за их спинами. Чернота, не сумев поглотить рождавшийся шум, пропустила серию скрипов, металлических взвизгов и, оскорбившись на такое неуважение к своим правам, начала медленно откатываться назад, уступая под напором набиравших мощность шаров белого света, виноградными гроздьями свисавших с потолка над их головами. Чуть позже такие же гроздья начали наливаться светом и в отдалении, наполняя пространство огромного ангара белым светом, не оставлявшим тьме ни единого шанса.

Размеры ангара подавляли.

Пандус, до того казавшийся таким широким, сейчас казался просто крохотным по сравнению с простором, высвеченным светильниками. Не имея никакой привязки, и глаза и разум застывших подле ограждающих перил людей, просто терялись, пытаясь оценить расстояние, отделявшее их от циклопического размера ворот, видневшихся на противоположном конце этого, похожего на огромный ящик, помещения.

— Ангар рассчитан на самый крупный корабль, — Красс, усевшийся прямо на перила, покачал ногами над бездной: — Секстер, материнский корабль, до полутора тысяч шагов бывает. А ему же ещё, — оторвав руки от ограждения, он принялся загибать пальцы: — И раскрепиться тут надо, и встать так, чтобы экипажу удобнее было груз принимать, и…

— Ты чего творишь?! — Стоявший рядом с ним Чум, поспешно схватил его за плечо: — Свалишься вниз, — он кивнул на далёкое дно ангара: — И в лепёшку!

— Тут нулевая гравитация, — высвободившись, легионер достал из кармана галету в прозрачной упаковке и, слегка взмахнув рукой, отправил её в свободный полёт, целясь по большому цилиндру, висевшему перед ними.

Подтверждая его слова, печенька, вращаясь как сюрикэн, поплыла по воздуху никак не спеша падать вниз.

— Во! — Расплывшись в довольной улыбке, Красс, к облегчению Чума, вернул руки на поручни: — Сделано в Претории — работает вечно!

— Хм… — Не найдя, что ответить, снайпер сделал вид, что внимательно изучает тот самый цилиндр, что висел перед ними.

— Это — цитадель, — проследив его взгляд, кивнул легионер: — Основа корабля. Сначала её делают, а уж потом, вокруг неё, всё остальное собирают — ну там корпус, стволы, движки, броню. Навешивают, подключают, тестируют и готово! Получите новый кораблик.

— А это что? Для какого корабля заготовка?

— Эээ… — Прищурившись, Красс попытался на глаз оценить размеры цитадели: — Наверное… Я так думаю, я же не флотский, для Униремы. Там весь кораблик не более трёх сотен шагов, а в этой и двух не будет. Я по люкам сужу, — вытянув руку, он указал на несколько чёрных пятен с торца цилиндра: — Они в рост легионера делаются, даже чуть меньше — пригибаться приходится.

— Как думаешь? — Чум, вытащив бинокль, увы — в его руках был обычный — монстра пришлось отдать морякам, навёл его на люки: — Там внутри есть что-либо интересное?

— Вряд ли, — покачал головой Красс: — Это заготовка. Видишь — темно там. Даже освещение не провели. Пустая скорлупа, — перегнувшись, он сплюнул вниз, и они оба принялись наблюдать, как его плевок отправился в долгое путешествие к далёкому полу ангара.