Лучший экипаж Солнечной - Олег Дивов

— Вижу, — кивнул Рашен. — Так. Что-то мне не нравится во всей этой ситуации. Плохо мы стоим, ох плохо. Бездарно стоим.

— Отлично стоим, — возразил Боровский.

— Господин адмирал, сэр, начальник штаба на связи.

— Спасибо. Фил?

— Есть полная готовность к маневру. Как ты?

— Мне очень хочется дать полный назад, — признался Рашен.

— Почему? — тут же спросил Эссекс.

— Понятия не имею. Но ситуация выходит из-под контроля, тебе не кажется? Что нам стоит резко отпрыгнуть и перегруппироваться?

— Сам знаешь, мы выйдем из мертвой зоны.

Рашен вздохнул. Группа F пряталась в одной из редких для околоземного пространства зон, где по непонятным до сих пор причинам глох любой достаточно мощный радиосигнал. Общаться между собой корабли группы могли без особых проблем, а вот чтобы поговорить, например, с Землей, понадобилась бы уже дальняя связь. Терять преимущества, которые сулило такое расположение, адмирал не хотел. Но и шевеление неземных кораблей вокруг группы с каждой минутой все сильнее действовало на нервы.

— По-моему, все нормально, — продолжал Эссекс. — Грузовик проходит мимо, это видно невооруженным глазом. Когда удалится как следует, пошлем за ним катер. Вот скаут нейтралов здесь совершенно не к месту. И какого хрена ему тут понадобилось?

— Вот и я думаю — какого? И вообще чей он? Может, это на самом деле не скаут, а самоходная мина.

— Это скаут, Алекс. Никаких сомнений.

— Прозондировать бы его СВЧ… — пробормотал Рашен. — И его, и этот грузовик заодно.

— Нельзя, засветимся.

— Сам знаю. Терпеть не могу, когда от меня ничего не зависит…

— А кто уже пять суток тут висит без движения?

— Сам придумал, сам и вишу. Раньше это было правильно. А теперь выходит, что мы заложники собственной позиции. Такой умной и выгодной.

— Вот и виси, — заключил Эссекс, — а мы ждем команды. Все, я тебе доложил «готовность ноль».

— Принял. Спасибо.

Грузовик обходил группу слева, не спеша, будто демонстрируя свою беззащитность. Скаут подгребал сзади. Было уже ясно, что он группу видит. Не может не видеть, если не слепой.

— Отлично у этого нейтрала траектория задана, — сказал Боровский. — Не иначе, его капитан с нами воевал. Я имею в виду — против нас. Он таким курсом до самой атмосферы доползет незамеченным и еще «Старку» на борту похабное слово нацарапает.

— Заткнись, — попросил Рашен. — Не мешай думать.

Боровский фыркнул и отвернулся. Незаметно достал из кармана цилиндрик маркера с красной полосой на боку, ловко отвинтил колпачок рукой в тяжелой перчатке и за какие-то две секунды нарисовал у себя на пульте короткими уверенными штрихами карикатуру на Рашена. Адмирал получился как живой. Боровский полюбовался на свое творение, удовлетворенно вздохнул и, уже совершенно успокоенный, сунул маркер обратно в карман.

— Марсианин стопорит! Господин адмирал, он на краю мертвой зоны…

— Есть, вижу. Ну что, придется «фон Рею» с ним разбираться. Дайте мне связь. Будь проклята эта мертвая зона, чтоб ее… Как бы его подманить к нам поближе? «Фон Рей»! Это старший. Послушай, можешь слегка подсветить свою корму, чтобы этот балбес тебя увидел?

— У меня в грузовом шлюзе стробоскоп, господин адмирал, сэр. Откроем люк, получится незаметно. Сможем общаться сколько влезет. Будет готово примерно через минуту.

— Умница. Выясни, чего ему надо.

— Исполняю.

— Ну вот… — пробормотал Боровский. — Мы нервничаем, боимся, а подчиненные все уже сами придумали.

— Так чьи подчиненные-то? — хитро прищурился Рашен. — Кто их всему учил?

В этот момент грузовик взорвался.

* * *

Когда ослепительная вспышка заполнила собой весь космос, «Рипли» находился уже внутри боевого порядка группы F. На секунду коммандер Файн потерял над собой всякий контроль: ему почудилось, будто он сквозь обшивку скаута видит звезды. Потом разведчик услышал отвратительный вой в наушниках и очнулся. Выла сирена, извещающая о потере управления.

Файн открыл глаза и обнаружил, что в рубке совершеннейшая темень, а перед носом горит одна-единственная лампа аварийного отключения реактора.

— Предохранители! — крикнул Файн. И тут вспыхнуло снова.

Не будь астронавты намертво пристегнуты к креслам, они бы сейчас залезли под них. Скаут тряхнуло: в систему пошла энергия из накопителей. Потом тряхнуло опять: полетел еще один блок, и цепи разомкнулись.

— Да предохранители же! — прорычал Файн, зажимая руками прозрачное забрало шлема, как будто от этого могло стать легче.

Еще одна беззвучная вспышка, словно пронизывающая тебя насквозь. И еще одна. И еще.

— Это наши! — заорал второй навигатор. — Это же наши!!!.. Пошла цепная!!!..

Файн сунул руку под кресло, сорвал пломбу с рычага и крепко ухватил его рукоятку.

— Держитесь! — крикнул он, дергая рычаг на себя.

Реактор ожил и изо всех сил швырнул ослепший скаут вперед.

Пока арестованное марсианское посольство втолковывало следователям Директората, что в Поясе замечены корабли чужих, на орбиту в спешном порядке челноками забрасывался весь земной ядерный боезапас, сохранившийся со времен Полуночи. Марсиане требовали немедленно прекратить боевые действия, амнистировать группу F, объединить все флоты Солнечной и бросить их на оборону. В это время на посольском грузовике настраивали детонаторы. Землян ни в чем не убедило даже заявление республиканцев, что полицейская эскадра Рабиновича домой не вернется, потому что выстраивает сейчас защитный ордер над Ред-Сити. Даже когда марсиан на полном серьезе поставили к стенке, они продолжали нести свою провокационную чушь. Это было забавно, ведь грузовик все равно уже стартовал.

Расположение группы F земляне вычислили очень приблизительно, но мощности взрывного устройства хватило бы, чтобы расколоть пополам целую планету. Яростный поток жесткого излучения должен был пробить корпуса судов, вызвав сбой в работе их электроники и сделав бунтовщиков видимыми и беспомощными. Результаты превзошли все ожидания.

Когда над неосвещенной стороной Земли вспыхнуло новое солнце, круизер «Лок фон Рей» был в семи мегаметрах от эпицентра взрыва. Через несколько долей секунды неуправляемая цепная реакция взорвала его ходовую часть. Следом мгновенно сдетонировало находившееся рядом звено дестроеров. Остальные корабли группы F, пострадавшие в меньшей степени, на время утратили боеспособность. И стали видны.

Не обращая внимания на то, что пространство вокруг группы быстро захватывала радиоактивная туча с очень высокой температурой поверхности, земной флот бросился на добивание. Прикрывать тылы остался мегадестроер «Эрик Джон Старк». Он открыл стрельбу с предельной дистанции и тут же запросто разнес в клочья еще один дестроер. Теперь у бунтовщиков осталось четырнадцать судов, и все они висели неподвижно, представляя собой отличную мишень. Непобедимая группа F была уже фактически разбита. Надо было только завершить процесс физически, понаделав в кораблях группы побольше дырок.