Бродяга - Дмитрий Кружевский

Лаймалин мотнула головой.

– Бред, их создатели вообще в своем уме были?

Айко пожал плечами:

– Кто знает. Так, кажись, подключился.

Трубчатый прямоугольник вдруг замерцал призрачным белым светом, выкидывая в воздух множество полупрозрачных нитей, которые тут же устремились к носу самолета, сплетаясь на лету в тонкие жгуты.

– The system is connected. I look forward to entering commands. Attention, including limited access.

Проскрипевший над головой Лайм механический голос заставил ее невольно посмотреть вверх, затем перевести взгляд на поднимающегося с колен Рена.

– Это он на каком языке?

– На английском, – ответил Айко, отряхиваясь. – Говорит, что готов выслушать наши команды.

– Так значит, ты сможешь их отключить?

– Не уверен. – Рен с сомнением покосился на один из плавающих вокруг него экранов. – Подобную команду отсюда я дать не смогу, этот интерфейс для техперсонала, чтобы можно было подшаманить машинки перед вылетом по-быстренькому. Впрочем, это как раз то, что нам сейчас нужно.

Лайм непонимающе посмотрела на хитро улыбающегося Айко, лицо которого просто светилось самодовольством.

– Может, тогда и меня посвятишь в свой план?

– Да ничего такого, – повел плечами Рен. – Дело в том, что у этих малышек стоят семнадцатые криперы,[58]а у них на повышенной напруге проблемы со стабилизацией. Так что если совсем чуток сбить балансировку амплитуд… – Он сжал и резко разжал кулак. – Фейерверк будет, залюбуешься.

– Ну так действуй.

– Так уже начал, – бросил Айко, пробегая пальцами по одному из экранов. – Только вот меня пытаются блокировать, почуяли собаки дикие, что жареным запахло, да поздно уже, «червяк» в системе.

– Вы все-таки решили мне как-то помешать, земляшки, а я ведь вас предупреждал, теперь пеняйте на себя!

Голос Райзела эхом разнесся по ангару, заставив Айко нервно дернуть правой бровью и криво усмехнуться.

– Ну-ну, уже испугались.

– Лифт, – бросила Лаймалин, указывая рукой в сторону стены, на которой высветился белый прямоугольник.

Рен резко обернулся и тихонько выругался. Из раздвинувшихся дверей одна за другой вышли три фигуры, похожие на очень худых людей, облаченных в пластиковые имитации рыцарских доспехов.

– Кибер-стражи класса «А», модель БК-234, – доложила Лайм, с прищуром разглядывая замерших киборгов, чьи приплюснутые головы медленно поворачивались из стороны в сторону, затем обернулась к Айко и поинтересовалась: – Рен, тебе сколько времени нужно.

– Минут десять, – бросил тот не раздумывая.

– Ясно. – Девушка огляделась и, подойдя к трехколесному шасси самолета, подняла с пола валявшийся там металлический штырь. Взвесив его в руке, она довольно кивнула. – Будет у тебя десять минут, приступай.

– Лайм, погоди, не дури, ты же без оружия, лучше…

Рен шагнул в ее сторону, но девушка решительным жестом остановила его.

– Я сама оружие, Рен, работай, давай.

Развернувшись на пятках, она медленно направилась в сторону вскидывающих излучатели киборгов.

– Ну что, мальчики, потанцуем.

* * *

Обезглавленное тело последнего киборга упало на колени и, завалившись набок, распласталось в пыли. Лаймалин, тяжело дыша, оперлась спиной о стену и медленно сползла вниз, чувствуя, как уходят последние силы. На какой-то миг мир померк, погрузив сознание в полутьму, разрываемую лишь багровыми сполохами пиктограмм, сообщающих о внутренних повреждениях.

– Лайм! Лайм! Ты меня слышишь?

Она вздрогнула и с трудом открыла глаза, непонимающе посмотрела на склонившегося над ней мужчину. Пару секунд девушка пыталась вспомнить, кто он такой и почему задает подобный вопрос, затем выдавила:

– Все нор…мально, Рен, я в по…рядке, кажется.

– Какое там нормально, – нервно бросил тот, – да на тебе места живого нет.

– Мелочи жизни, я крепче, чем ты думаешь. – Лайм попыталась улыбнуться, но вымученная улыбка больше походила на гримасу. Она закашлялась. Струйка крови протянулась из уголка рта и упала тяжелыми каплями на пропаленный в нескольких местах комбинезон.

– Встать сможешь?

Плечи девушки дернулись вверх.

– Наверное. – Она откинула голову киборга, оперлась рукой о стену, попыталась подняться, но тут же рухнула обратно. Несколько мгновений сидела, тяжело дыша, затем виновато посмотрела на Айко. – Похоже, не получится. Извини, но, видимо, тебе придется выбираться самому. Скажи Киру…

– Вот еще, – перебил ее Рен. – Сама ему все скажешь, нечего тут нюни распускать, давай помогу.

Он присел на корточки закинул ее левую руку себе на шею и, обхватив за талию, медленно встал, сдавленно крякнув при этом.

– А ты тяжелая.

– И не стыдно тебе такое девушке говорить, тоже мне кава… – Лайм снова закашлялась, выплюнув на пол целый сгусток крови. Вытерев губы тыльной стороной ладони, она скосила глаза на помрачневшего Рена и тихим голосом поинтересовалась: – Как думаешь, сколько у нас времени?

– Кто знает, зависит, сколько у этого гада уйдет на взлом системы. Может, день, а может, и пяти минут нет.

По ангару неожиданно разнесся пронзительный гул сирены, а на стенах замелькали желто-красные проблесковые маячки.

– Attention. Activation command is received. Started downloading. All personnel please leave the starting area. Fifteen minutes before starting the engines. Countdown.

Женский голос умолк, и вместо него из невидимых динамиков стали доноситься монотонные щелчки.

– А вот ответ и на твой вопрос, – буркнул Айко, поудобнее обхватывая девушку за талию.

– Ладно, заканчиваем болтать, нужно выбираться, а то едва этот придурок даст команду на старт, светопреставление тут будет еще то.

– Я только за…

Лайм улыбнулась уголками губ, стараясь не замечать, что выведенные на сетчатку датчики имплантов, мерцавшие до этого красным светом, гаснут один за другим, а окружающий мир перед глазами то и дело погружается в странную серую дымку. Пару раз сознание практически гасло, и только голос Айко вырывал ее из упорно подступающей темноты.

– Держись, подруга, держись, – то и дело шептал он, буквально волоча ее за собой. Каких-то сто метров до дверей лифта неожиданно показались ему вечностью. – Главное, держись. С нашими я связался, бомбить они не будут. Наверху нас ждет глайдер, так что надо лишь туда добраться, поэтому держись…

Он посмотрел на девушку, глаза которой вновь закрылись, и со злостью влепил ладонью по панели вызова, облегченно услышав за закрытыми дверьми знакомое шуршание.