Эринеры Гипноса - Елена Бычкова

Коридор закончился небольшим холлом. Здесь стояло несколько кресел и валялся опрокинутый автомат с напитками. Разноцветные банки раскатились по полу. Из бокового прохода вышли еще трое военных. Один нес на руках девушку-подростка, закутанную в плед. Очень худая рука виднелась из-под клетчатой ткани, обритая голова безвольно приникла к плечу. Что-то странное было с ее лицом. Кожа, словно горячий воск, стекла с ее лба на глаз и потянула за собой уголок рта, сложилась глубокими складками на подбородке. Мираксу были знакомы такие следы. Девочку облили кислотой, и подлечили раны. А потом облили снова. Воздействие шло не только во сне, но и в реальности. Кого из нее делали? Ламию?

Двое других несли брезентовые мешки, судя по выступающим углам, там были системные блоки местных компьютеров.

– Все чисто, – сказал один из военных девушке, сопровождающей Миракса, и по его интонации стало понятно, что именно она здесь главная.

– Уходим, – последовал ее короткий приказ.

Металлическая, гремящая под ногами лестница служебного хода вывела наверх, в помещение, мало похожее на покинутое только что.

Скорее всего, это был коммуникационный центр тюрьмы. И трупов здесь оказалось гораздо больше. Остро пахло кровью и порохом. Тела в камуфляже оттащили к стене, освобождая место для работы. Двое военных сваливали в уже знакомые мешки папки с файлами. Раненую девочку вынесли через дверь в противоположном углу помещения, следом вышли солдаты, нагруженные трофеями.

Слабо светились экраны десятка компьютеров. Перед ними сидел человек. Его пальцы с огромной скоростью касались символов виртуальной клавиатуры, вскрывая ключи доступа, скачивая всю доступную информацию. Бледное, узкое лицо сосредоточенно и одновременно отрешенно. Светло-ореховые волосы вздыбились надо лбом.

– Балатор Пан, – произнесла спутница целителя с легким неудовольствием, – я просила не снимать шлем.

– Мешает работать, – ответил он, не отвлекаясь.

– Мешать работать будет дыра в голове, – невозмутимо парировала та.

– Спасибо, Кайя, – так же уравновешенно сказал программист и добавил: – Приветствую, Миракс. Рад встрече в реальности.

– Здравствуй, Пан.

Это был тот самый сновидящий, которому Мусорщик передавал информацию, добытую с риском для жизни. Своей и чужой. Он всегда был для целителя тенью, неопределенным образом, бесследно исчезающим и появляющимся снова. Но, увидев, Миракс сразу узнал его.

– Я думал, ты одна из моих химер.

– Иногда полезно прикинуться химерой, или предвестником, а бывает, и Фобетором, – отозвался он, закрывая одну клавиатуру для того, чтобы переключиться на другую.

Миракс увидел еще двух солдат, полунесущих-полуведущих парня в больничной пижаме. Его ноги почти не гнулись. На лице – регенерационная маска из искусственной кожи.

– Не боишься, что реальный Фобетор оскорбится?

– У меня с ним договор. – Пан улыбнулся мимолетно.

– Две минуты, – послышался голос Кайи.

– Мне нужно еще три.

– Нас накроет песчаной бурей примерно через две минуты тридцать секунд. Если наш синоптик не ошибается.

– Я никогда не ошибаюсь, – откликнулся молодой, уверенный голос из дальнего угла. Там поблескивали огоньки переносной рации и тускло светился экран компьютера.

– Хорошо, две минуты.

– Кого-нибудь из дэймосов удалось взять живым? – спросил Миракс, подходя к нему.

– Нет.

Говоря, он ни разу не отвлекся от работы.

Кайя движением руки командовала подчиненными в зале и одновременно удаленно руководила остальной группой за пределами этого помещения. Все действовали слаженно, без пауз и заминок.

– Собираетесь вывезти пленных в Полис? – спросил целитель.

– У тебя есть возражения?

– Надо проверить всех.

– Уже сделано. Дэймосов и террористов среди них не будет, – произнес он с обнадеживающей уверенностью.

– Это не первая твоя операция?

Он наконец оторвался от работы и взглянул на Миракса.

– Не первая.

– А эти люди с тобой?

– Моя команда. Мы работаем за пределами Полиса.

– Минута, Пан, – окликнули его.

– Есть! – сновидящий с силой ударил по клавише, и экраны начали гаснуть один за другим. – Все! Уходим!

Он вскочил из-за стола, взял свой шлем. Его группа разделилась: двое остались в зале, остальные грамотно распределись вокруг командира. Солдаты, работающие с охотниками, стремились избежать даже теоретически возможной угрозы.

– Скольких сновидящих вы спасли сегодня?

– Шестерых, не считая тебя…

Он прервался, коснулся гарнитуры на ухе, принимая вызов, прижал пальцем коммуникатор на руке, открывая экран.

Целитель увидел салон конвертоплана, оборудованный под походный госпиталь.

Девочка с обезображенным лицом была уложена на откидное кресло и пристегнута ремнями. Рядом полусидел молодой парень с маской на лице. Еще два лежачих места оказались заняты, но кем именно, разглядеть Миракс не смог, заметил лишь, что руки крайнего перебинтованы и пристегнуты к койке наручниками. На остальных свободных сиденьях расположились военные, и в самом конце салона устроился уже знакомый целителю охотник. Он держал за предплечье спящего мальчишку-подростка без каких бы то ни было видимых повреждений на худом теле.

– Пан, – произнес воин сновидений отрывисто, – нужна твоя помощь. Подключайся.

– Сейчас буду, – тут же отозвался тот.

Заметив Миракса на экране, второй воин сновидений в жесте приветствия приложил пальцы к шлему, закрывающему голову. В отличие от коллеги-охотника он не пренебрегал защитой. И, похоже, работал прямо из конвертоплана, находясь под охраной солдат.

Миракс провел ладонью по лбу, размазывая кровь. Он почувствовал, что подпитка адреналином заканчивается, усталость и боль возвращались, искажая окружающий мир.

Кайя внезапно оказалась рядом, закинула руку целителя себе на плечо, поддерживая. Ее напарник первым начал подниматься по лестнице, просматривая пролеты.

За металлической дверью со сбитым замком гудел ветер пустыни, в глаза ударило солнце. Раскаленный воздух обжег легкие.

Дом, который они спешно покидали, напоминал куб из грубого песчаника с узкими прорезями окон, прятался за пятиметровым забором. Вокруг возвышались такие же здания, отличающиеся лишь размерами и степенью недостроенности верхних этажей.

Во дворе, вымощенном плиткой, стояли два конвертоплана. Реактивные машины были готовы к взлету. Небо над головой чистое, ни одного облачка, но на западе клубились густые облака, грозно вспучиваясь и раздуваясь, жадно глотая свежую синеву. Хоронили под собой подступы к оазису.