Массандрагора. Зов Крысиного короля - Иван Безродный

– В нас попали! – крикнула Лиза.

Второе сотрясение! Потянуло гарью, замигали какие-то лампочки, запищал зуммер тревоги…

– Едем, едем! – кричал капитан. – Мы все еще живы! Вперед, Паша!

Четвертый пушечный выстрел, радостный крик Лизы, стрекот зенитного пулемета… Пашка включил седьмую передачу, они на высокой скорости пролетели прямо над двойной скалой, но подъем не прекратился. «Мы что, прямо в пентхаус заедем?!» – мелькнула у него безумная мысль. Пашка живо представил себе, как грузная машина пробивает башню, подминает под себя роскошную царскую кровать, летят щепки, взрывается облаком пух из подушек, потом он сносит расписную барную стойку – блеск осколков, брызги дорогого коньяка и бренди, затем легко проломленная стена, и вот танк влетает в гостиную, где на мягких диванах еще совсем недавно беспечно предавались любви гнусный Тунгус и прекрасная Милослава… Да, главное – вовремя затормозить. Может быть, девушка действительно все еще там?

Финишная прямая – две сотни метров до въезда в башню! Пашка с бешено бьющимся сердцем вглядывался в узкую смотровую щель – куда, куда въезжать-то?! Но изумрудный мост «втыкался» прямо в плоскую зеркальную поверхность, где не было никакого намека на ворота или что-либо подобное. Пашка похолодел. А если они ткнутся мордой в металлический каркас? Здесь же уровень десятого этажа, если не выше! Ну, не подведи нас, Гельмут, не облажайтесь, герр Циммерман!..

– Сейчас прибудем! – предупредил он. – Будет тряска!

– Тогда не гони, твою мать! – закричал капитан. – Лиза, доложи обстановку!

– Последняя леталка на хвосте, правее!

– Твою ж мать! – зарычал капитан, поворачивая пушку. – На́ тебе, сука!

Грохот выстрела, визг перезарядки, улюлюкающие крики девушки.

– Лиза, займись въездом, коси их к чертовой матери! – приказал капитан.

Оставались считаные десятки метров…

– Не поворачивайте пушку вперед! – завопил, сообразив, Пашка.

– Есть держать… – проворчал Федор. – Стой! Тормози!!!

Пашка ударил по тормозам, танк начало разворачивать, и одна из гусениц почти съехала с изумрудного «рельса» канала. Кто-то истошно закричал, впереди ярко сверкнуло, брызнуло миллионами сверкающих осколков; толчок, удар, скрежет, визг… Разбив тонированное стекло, танк под углом влетел в широкий холл и пронесся по нему, сдирая гусеницами мраморную плитку на полу и разнося в щепки диваны и кадки с пальмами. Под конец он врезался левым бортом в стену, а затем провалился правым куда-то под пол, так и замерев под углом градусов в тридцать. Дальше ехать было уже точно невозможно. Пашка затряс головой, приходя в себя. Вот так поездочка!

– Приехали! – гаркнул Хорошавин. – Обстановка, Лиза?!

– Двое у лестницы, трое в коридоре. Что там сзади, не вижу. Первых сниму… – Снова застрочила зенитка. – Готовы, хорошие мои… Из коридора, кажется, смылись. Наверное, в засаде.

– Я – наружу! – крикнул капитан. – Дам знать, если можно выйти. Оружие не забывать!

Они осторожно крались по мраморной лестнице, преодолев с места их высадки уже семь этажей. Было подозрительно спокойно. Охрана либо разбежалась, либо была перебита ими на месте высадки. Закидав гранатами коридор рядом с танком, атакующие беспрепятственно направились наверх, а тут – тишь да гладь…

Выйдя на очередной этаж, капитан поднял руку. Пашка с Лизой позади него замерли, нервно переводя дыхание.

– Нам нужно на самый верх?.. – шепотом уточнил Федор. – В пентхаус, что ли?

– Типа того, – выдохнул Пашка.

– «Типа того»… Ну, хорошо.

– Я здесь, – вдруг ухнуло у Пашки в голове. – Как раз здесь… Поверните…

Гельмут?

– Гельмут? – спросил он, уставившись в потолок.

– Да… я… Лиза!

– Где ты? – завертел головой Пашка.

– Циммерман?.. – шепотом спросил капитан.

Пашка кивнул.

– Что он говорит?

– Он где-то здесь, на этом этаже.

Девушка схватила Пашку за локоть, не в силах сдерживать себя. Она дрожала.

– Точнее! – Капитан выглянул в коридор. – Вроде чисто… Куда идти-то? Направо, налево?

– Где ты конкретно, Гельмут? – спросил Пашка.

– Направо, третья дверь, широкие белые створки с надписью… «Рожа».

– «Рожа»? – удивился Пашка.

– Да… Не важно. Я один, можете не беспокоиться.

– Я понял!

– Лиза… Я вижу тебя, Лиза, вижу… – забормотал вдруг голос. – Скажи ей, что я вижу ее, я чувствую ее! Скажи!

– Он видит тебя, – шепнул девушке Пашка, и та сдавила его локоть еще сильнее. В ее глазах стояли слезы. – Третья дверь, широкая, белая. Надпись: «Рожа», – сообщил он капитану. – Он там один.

Тот молча кивнул, и они гуськом побежали по коридору. Пашка прикрывал тыл. Они остановились у двойной двери с маленьким окошком, похожей на вход в операционную. На одной из створок простым синим фломастером было написано: «Рожа». Федор заглянул в окошко и пожал плечами.

– На счет «три»!.. – прошептал он.

Досчитав до трех, они разом толкнули створки, и дверь легко распахнулась. Это действительно оказался медицинский кабинет: стол с лампой, шкафы с инструментами и банками-склянками, каталка, капельницы, куча мудреных приборов, вешалка с белыми халатами, стеллажи с книгами, аппарат для просмотра рентгеновских снимков…

– Туда! – знаком показал капитан на внутреннюю дверь справа. – Паша, останься и прикрой выход!

Пашка кивнул, а Лиза с Федором подскочили ко второй двери. Переглянувшись, они распахнули ее и вбежали внутрь.

– Черт! – послышался приглушенный возглас капитана. – Как это? Какого дьявола…

Затем сдавленно вскрикнула Лиза:

– Гельмут, милый, что с тобой?! Боже!

Пашка услышал какое-то завывание, чавканье, чмоканье и тяжкий, глубокий, утробный вздох… Что там такое происходит?! Он нервно выглянул в коридор, потом прыгнул на середину кабинета и попытался рассмотреть происходящее во второй комнате, но заметил там лишь сине-зеленую ширму. Потом внутри начали разговаривать, но слишком тихо, чтобы что-то можно было понять. А после Лиза заплакала, всхлипывая все громче и громче…

Ширма колыхнулась, и из-за нее показался Федор. Вид у него был несколько обескураженный.

– Что там? – спросил его Пашка. – Он ранен?

– Ранен? – рассеянно переспросил капитан. – Да как тебе сказать… Погоди, Лиза поговорит с ним, тогда и ты зайдешь… Что ж… Гельмут для нас неплохо поработал, доставив сюда, это правда. Он даже отключил силовые поля гравилетов – потому мы так просто и сбивали их из обычной танковой пушки. Циммерман также обезвредил бо́льшую часть охраны и собственно нашего главного героя.