Черный шаман - Георгий Лопатин

— Не было такого никогда, — неуверенно сказал его младший брат Угват.

Саран действительно никогда степняки не трогали (только мелкие городища брали, да там собственно и брать нечего), да и соседи вроде мокши да эрзя никогда стены не брали. Только княжеские дружины русичей, то рязанские, то муромские, а чаще всего владимирские время от времени ходили на штурм с переменным успехом.

— А сейчас будет. Добычи-то помимо нас в округе нет. Все к нам за стены попрятались… Даже думается мне, что степняки специально так медленно шли, давая себя увидеть и время сбежать, чтобы все сами в одном месте собрались принеся с собой все самое ценное, согнали как стадо баранов в стойло…

— Но что они могут сделать?! Они ведь пошли в набег за добычей, а не умирать. Ежели полезут на стену то многих потеряют побитыми и ранеными. Большие потери военачальнику не выгодны.

— Все так, но есть одно обстоятельство, которое все может сильно поменять…

— Какое?

— Если верить разведчикам, то с ними идет сам черный шаман Куман… — веско сказал Сурай.

В свите вождя раздал вздох изумления и опасения. Слава черного шамана, как могущественного заклинателя и повелителя демонов, разошлась не только по всей половецкой степи и Булгарии, но и по окрестным лесным племенам буртасов, мордвы, мокши и эрзя…

— Проклятье…

Люди невольно ощутили уныние. Если уж даже булгары словили от черного шамана люлей, то что уж говорить о них?!

— Переговорщик идет! — выкрикнул дозорный.

Впрочем, шедшего к стене человека с еловой веткой в руке увидели все.

— Я его знаю! Это личный слуга черного шамана! — послышался чей-то возглас.

Этот крик словно послужил камешком, что спустил лавину шепотков:

— Тень Ворона!

— Это Зомби!

— Бездушный!

Подойдя к стене телохранитель и порученец черного шамана выкрикнул:

— Сдавайтесь и никто из вас не пострадает! Заплатите дань и живите дальше! Если откажетесь, возьмем сами. Все!

— И какую же дань требует твой хозяин?! — спросил Сурай.

Ведь если есть возможность откупиться, то почему бы и нет?

— Пятую часть всего имущества и всех людей!

— Что?!!

— Ты меня слышал вождь! Пятую часть имущества и людей от мала до велика! И не только тех, что в городе, а всех живущих на земле мордвы! А потом каждый год будете платить десятину' имуществом и людьми!

Вождь аж задохнулся от возмущения.

— Убирайся бездушный!!! Не бывать этому!

Бездушный спорить не стал и развернувшись, двинулся назад. Кто-то даже натянул лук, чтобы подстрелить его, но даже если бы стрелка не остановили, то стрела улетела бы впустую из-за широкого щита, висевшего за спиной Зомби.

— Черный шаман совсем меру потерял! — раздался возмущенный голос Угвата. — Пятую часть людей он хочет! А потом еще каждого десятого!

— Другое дело, что он действительно может получить все…

— Ты хочешь откупиться?!

— Нет. Тем более это бесполезно. Если повадилась лиса в курятник, то уже не уйдет. Будет приходить вновь и вновь, пока ее не прогонят.

— Мы прогнать не сможем… — трезво заметил Угват.

— Вот и я про что… Если даже прогоним их сейчас, они придут снова. Нам нужен сильный союзник.

Свита вождя, состоявшая из глав сильнейших родов и племен, подавленно молчала, все прекрасно понимали правоту своего предводителя. Никому не хотелось становиться чьими-то данниками, тем более добровольными, никто не хотел терять независимость, но иначе было уже нельзя. Враг не отступится и если вожди и дальше собирались тешить свою гордость, то это означало только медленную смерть и порабощение.

— Кому' поклонимся? — поджав губы и нахмурившись, глухо спросил Угват.

— А ты как думаешь?

— Булгарам?

Часть свиты активно закивала головами.

— Близко и сильны, — как бы соглашаясь, кивнул Сурай, — но… черный шаман их бил, причем малыми силами и не раз. Разобьет снова.

— Магией своей…

— А нам какая разница магией или честным железом если результат един?

— Хм-м…

— То-то и оно…

— А кому тогда?

— Остаются русы… точнее князю Владимирском}" Он сильнее всех прочих.

Угват, как и все прочие только скривился. Ведь они до сих пор вполне успешно отбивались от попыток Владимирского князя их примучить и вот теперь самим идти на поклон. Тем более унизительно, что он похоже оставил попытки их подчинить, ведь пару лет уже не ходил в земли мордвы с дружиной, хотя раньше каждый год наведывался, то лично, то брат его, тем обиднее просить помощь от старого врага от которого казалось уже отделались.

— По крайней мере мы точно знаем, что черный шаман ушел от него ничего не получив в его земле, пусть и без боя… значит понял, что победить князя ему не по силам, хотя он побеждал при гораздо более невыгодном соотношении сил.

— Знаю. Только как думаешь, почему?

— Не знаю… Опять же соседи наши эрзя сразу поклонились князю и теперь бед от степняков не знают. Не ходят они туда ибо стоит в Нижнем Новгороде дружина малая брата великого князя, готовая в любой момент против половцев выступить. А на нас и мокшу продолжают ходить…

— Может из-за их мертвого бога? Он защитил их от колдовства шамана?

— Что скажешь Сынтул? — обратился вождь племени к волхву — Это мертвый бог защитил русичей от магии черного шамана?

— Мертвый бог Христосус русичей силен. — вынужден был признать волхв, так же прекрасно осознавая, что это конец веры предков в старых богов, ведь все кто пошли под русичей рано или поздно так же становились адептами их мертвого бога строя ему храмы на местах древних капищ.

— Значит и нас защитит, — подвел итог Сурай. — Или кто-то против?

Вождь осмотрел окружавших его людей, но никто не высказался поперек. Лучше поклониться русскому князю, чем платить такую дань этим потерявшим всякую меру" степнякам.

— Тогда шлем гонца во Владимир. Ты кстати и станешь им Угват. Приведи помощь от князя Юрия Всеволодовича. Мы постараемся продержаться до подхода помощи.

— Повинуюсь…

Ночью, Угват с двумя десятками воинов, выскочил из города налегке и промчавшись мимо походных палаток половцев, умчался во тьму. Степняки даже не успели как-то среагировать на этот побег. Лишь несколько стрел полетело вслед, но все пролетели мимо. Лишь одному воину стрела впилась в щит на спине. Собрали погоню, но она ничего не дала. Не иначе шаман напоил чем-то лошадей беглецов, что они неслись быстрее ветра, и степным лошадкам их было в принципе не догнать.