Каждому своё 4 - Сергей Тармашев

Идти пришлось долго. Управление бункером теперь находится в подуровне ВИП-апартаментов, это очень далеко от входного блока, зато очень близко к ВИП-ресторану. Жжение в горле и головокружение не прекращались, двигаться было тяжело, и безлюдный коридор с множеством трупов еще больше усиливал охвативший Антона ужас.

До ВИП-апартаментов он добирался минут двадцать. Несколько раз по пути ему попадались подрагивающие от редких судорог люди, скрючившиеся в болезненных позах и отхаркивающиеся кровью. Их вымазанные кровавыми разводами лица искажала мучительная гримаса, они тянули к Антону окровавленные руки и что-то бессвязно хрипели сквозь кровотечение, моля о помощи. Приближаться к ним Овечкин не решился. Он старался обойти их как можно дальше, затаивая дыхание, и от недостатка кислорода головокружение усиливалось.

Люк в ВИП-подуровень оказался распахнут настежь, внутри лежали трупы с вымазанными кровью лицами. Но их было гораздо меньше, чем численность военной хунты, и Антон понял, что большая ее часть успела спастись. Искать их сил не было, и Овечкин побрел к лифтам. Надо спуститься на второй уровень и попасть в медотсек. Там теперь пять биорегенераторов, если Снегирёва жива, она обязана ему помочь. Иначе он свяжется с МКС и расскажет всем обо всех преступлениях, совершенных военной хунтой вообще и этой фашистской парочкой в частности. Пусть только попробуют отказать ему в лечении!

Он выбрался из ВИП-подуровня и побрел к лифтам. По мере приближения к лифтовому подуровню количество трупов вокруг росло, и к лифтам Антону пришлось подходить прямо по мертвым телам. Возле лифтовых дверей трупы лежали друг на друге, и из-за головокружения ему казалось, что они шевелятся и тянутся к панелям управления кабинами. Что-то схватило его за щиколотку, и он упал с паническим криком, упираясь лицом прямо в обезображенный труп. Ему удалось отбрыкаться и подняться на колени, лихорадочно отталкиваясь руками от окровавленных мертвецов. Оказалось, что среди трупов действительно есть немертвые люди, но назвать их выжившими было невозможно: несчастные умирали в мучениях, охваченные носовым кровотечением и кровавым кашлем. Кто-то из них пытался дотянуться до кнопок вызова лифта, кто-то пытался уцепиться за Овечкина, остальные лишь дергались и слабо шевелили руками, сипя что-то бессвязное.

Стремясь избежать второго нападения, Антон оттолкнул ногой тянущиеся руки и с трудом встал. В глаза бросился труп охранника со служебным карабином. Снять с шеи мертвеца автоматный ремень удалось не сразу, но с оружием в руках Овечкин почувствовал себя уверенней, и продвигаться к лифтам стало легче. Он отбивался автоматным стволом от тянущихся окровавленных пальцев, опирался на приклад, если нога соскальзывала с очередного мертвого тела, и смог добраться до ближайших дверей лифта.

Лифт оказался обесточен, и Антон взвыл от ужаса. Нервы не выдержали, и он стал долбить в двери прикладом, выкрикивая требования немедленного спасения. Между уровнями двадцатиметровая земляная толща, его не услышат, но скопившаяся ненависть требовала выплеска. Кто-то из умирающих снова схватил его за ногу, едва не опрокинув, и Овечкин с остервенелой ненавистью ткнул в него ружейным стволом, нажимая на спуск. Карабин оказался пуст и не выстрелил, тогда Антон нанес противнику несколько ударов стволом, словно копьем, отшвырнул бесполезное оружие и поплелся прочь.

Надо добраться до узла связи, связаться с МКС и все рассказать! Он не станет так просто умирать! Он им всем отомстит! Всем!

Головокружение усилилось, идти стало тяжелее, и за стену пришлось держаться уже двумя руками. Но Антон не сдавался и шел по пустынным коридорам, перешагивая попадающиеся на пути трупы. Вход в узел связи оказался закрыт, но биометрический замок работал, и Овечкин беспрепятственно проник внутрь. За дверью его впервые вырвало кровью, и он понял, что обречен. От отчаяния хотелось выть, и он ринулся к передатчику. Сейчас он не просто расскажет всем о преступлениях военной хунты, он их покарает! Он скажет МКС, что в Центре ВСЕ умерли, выживших нет, трагически попрощается со всеми, а потом сломает передатчик! И сделает это так, что никто не сможет починить!

С трудом усевшись в кресло радиста, Антон принялся включать выключенное кем-то оборудование. Он запоздало понял, что трупов в помещениях узла связи нет, значит, брилёвские солдаты, выданные ему в обучение, успели уйти отсюда до смерти. И перед уходом тщательно все закрыли и обесточили. Значит, они хотят скрыть от МКС правду. Что неудивительно. Кому захочется присылать самолет в эпицентр эпидемии, которая убивает людей за секунды? Антон раскусил замысел Брилёва мгновенно: палач в погонах хочет отгородиться от зараженного первого уровня и просто жить там, внизу, до окончания ядерной зимы. Потом сюда поднимется кто-то в скафандре высшей защиты, свяжется с МКС и попросит об эвакуации! За ними прилетят, и военная хунта спасется! Но не выйдет! Антон остановит их прямо сейчас!

Он дрожащими руками активировал исходящую связь и заговорил, пытаясь бороться с усилившимся жжением в горле:

– Орбита, Орбита, здесь Центр! Говорит Инженер Овечкин, ответьте!

Мощный фон помех, забивающий эфир, свидетельствовал об очередном буране на поверхности, и ответа не было слишком долго. Антон вызывал МКС минут двадцать и вконец обессилел, когда в ответ едва слышно донеслась английская речь:

– Центр, здесь Орбита! Мы вас едва слышим! Прямо над вами сильный ураган, вы можете выйти на связь позднее?

– У нас серьезные проблемы, Орбита! – Овечкин повысил голос, как вдруг что-то твердое и расплывчатое заткнуло ему рот.

Антон запоздало заметил рядом с креслом расплывчатый силуэт фотохромного комбинезона, но было уже поздно. Ему зажали рот, выдернули из кресла и потащили в коридор.

– Что ты собрался им рассказать, тупой ишак? – злобно прошипел над ухом голос Абрека, и Овечкин бессильно поник. – Хочешь их запугать?

– Центр, повторите, вас почти не слышно! – трещал помехами передатчик. – У вас проблемы? Что случилось?

– У нас перебои с энергией! – Кто-то из головорезов Абрека заменил Антона в кресле радиста. – Мы принимаем меры, чтобы решить проблему! Нас не будет на связи некоторое время!

– Окей, Центр! – ответили с МКС. – Принято! У вас перебои с энергией! Мы верим, что вы справитесь! Выходите на связь в любое время, мы всегда готовы помочь!

– Орбита, здесь Центр, отбой! – головорез выключил передатчик.

– Нашли? – рядом раздался рык Порфирьева. – В номере Овечкина нет, только труп одной из его баб.

– Нашли, – Абрек поставил Овечкина на ноги. – Он был здесь, как ты думал. Чуть не растрепал все на весь мир, тупой ишак! Еле успели его заткнуть! – Он грубо встряхнул Антона: – У него рожа в крови! Мы не опоздали?

– Какая разница? – прорычал Варяг. – Он единственный Инженер! Тащим его в медотсек, там видно будет!

Расплывчатые фигуры подхватили Антона под мышки и потащили по центральному коридору обратно к лифтам. В лифтовом подуровне его проволокли прямо по телам умерших и умирающих людей в распахнутую лифтовую кабину, и Овечкин заметил, как кто-то из головорезов ударом ноги отшвырнул доживающего последние минуты человека, изо всех сил пытающегося заползти в открытый лифт. Двери закрылись, и кабина устремилась вниз. Кто-то сунул ему под нос ампулу с нашатырным спиртом, носовые пазухи обожгло болью и оттуда хлынула кровь.