Пленники Эсте - Алеш Обровски

Томас вдруг осознал, что добраться до Ламанг будет практически невозможно. Даже если он поднимется на верхний этаж, миновав охрану и охотников, робот все равно не позволит войти.

Тем не менее Паскаль продолжил свой путь, уже ни на что особо не надеясь.

В коридоре верхнего этажа его встретили двое охотников. Томас успел выстрелить в ближайшего, но тут же был сбит с ног, ударом в спину. Растянувшись на полу, он успел перевернуться и встретить нападавшего согнутой в колене ногой. Противник оказался закованным в доспехи, и не особо воспринял тычок, правда шлем с его головы при этом слетел. В ответ он отвесил Паскалю почти сокрушительный левый, потерявший, правда, свою сокрушительность вследствие промаха – удар пришелся вскользь и лишь ободрал кожу на щеке. Томас снова ткнул коленом уже с большим эффектом, и нападавший нехотя отступил, продолжая держать жертву за ворот куртки. Охотники покатились по полу продолжая мутузить друг друга. В какой-то момент Паскаль оказался прижатым к стене. Попытавшись вывернуться, он на мгновение ослабил хватку, что позволило противнику переместиться за его спину и применить удушающий прием.

Ситуация приняла совсем скверный оборот. Томас выронил армак и направил все свои силы, чтобы разжать мертвый захват противника. Воздуха перестало хватать, голова наполнилась гулом, а шея и весь плечевой отдел позвоночника нестерпимой болью. Паскаль оттолкнулся от стены, заставив оппонента податься назад, и оказался сверху. Ударив затылком, он почувствовал, как хватка ослабла. После второго удара, он высвободился полностью и, добавив локтем, добился победы.

Охотником оказался бритый здоровяк, достаточно грузный для подобной работы, но здесь вероятно учитывался фактор физической силы, в ущерб ловкости и подвижности. Громила отполз в сторону заливая пол кровью, хлеставшей из разбитого носа. Томас не стал его добивать, ибо помимо сломанной переносицы, тот схлопотал еще и чудовищное сотрясение, потому считался выведенным из строя.

В этот момент звякнул колокольчик прибывшего на этаж лифта. Двери разъехались в стороны. В коридор вошли несколько человек в форме охраны.

«Отзови их, – попросил Паскаль мысленно, обращаясь к Ламанг. – Я не причиню тебе вреда».

Охранники остановились и молча уставились на него, стрелять никто уже не собирался. Томас позволил себе минутную передышку, затем поднял с пола оружие.

Значит Ламанг «услышала» его.

Дойдя беспрепятственно до нужной двери, Паскаль вошел в покои правительницы Эсте.

* * *

Обстановка ничуть не изменилась с момента его последнего визита. Разве что присутствовал робот, никак не отреагировавший на появление гостя. Окинув помещение взглядом, Томас не обнаружил Элины и прошел в комнату для совещаний.

Ламанг стояла спиной к окну. Она была все так же бледна и облачена в белый с красными вставками комбинезон. Чуть сбоку, на краешке стола сидела, сложив руки на груди, Марта Аласти. Она злобно посмотрела на Паскаля и демонстративно отвернулась в сторону. На ней была черная экипировка охотника, рядом, прямо на столе, лежала пара грозных пистолетов. Томас держал в руке армак, но поднимать оружия не стал, дабы не обострять и без того сложную ситуацию.

– Том… – произнесла Элина едва слышно. – Что ты сделал, Том?

– То, что посчитал нужным.

– Ты ведь один из нас…

– Никогда не был им. Я просто выполнял за вас грязную работу.

Ламанг замолчала. Ее глаза были влажными от слез. Ее человеческая сущность нуждалась в поддержке и понимании, но Паскаль не мог ей ничего такого предложить. Он вообще не понимал, что делать дальше, зато прекрасно осознавал, что ситуация заходит в тупик.

За окном постепенно темнело, тени вытянулись, звезды стали проступать сквозь синеву озонового купола. Свет в окнах соседних зданий стал различаться на фоне серого металла. На улицах зажглись фонари, забегали картинки вывесок. Но люди не спешили по домам, день должен был закончится каким-то итогом, каким-то решением.

– Зачем ты пришел, Том?

– Сказать, что все кончено, – ответил Паскаль. – Для тебя, для цербо, для Департамента в целом.

– Но ведь это неправильно. Ты не решишь человеческих проблем, простой сменой власти. Начнется анархия, которая приведет к деградации и вымиранию всего человеческого вида на Эсте.

– Не приведет…

– Ты не знаешь всей правды.

– Знаю. Я знаю все.

Робот вдруг напрягся, придя в боевую готовность.

– Цербо не позволит тебе покинуть это помещение, – произнесла Ламанг все так же тихо, – а моя смерть ничего по сути не изменит. Прости. Том, но я ничего смогу сделать…

Машина шагнула в кабинет, ее электронные мозги идентифицировали Паскаля как противника, ибо оружие в руках охотника представляло более чем серьезную угрозу. Узкий дверной проем ограничивал робота в движениях, и тактическое превосходство сейчас было на стороне Томаса. Механизм замешкался на секунду.

В этот момент здание содрогнулось. Освещение в кабинете погасло. Погасло везде, в соседних комнатах, в коридоре, на улице, во всем городе, по всему кораблю. Вся электроника выключилась, осталась лишь та, что имела аварийное питание. Внезапно наступила тишина, абсолютная, мертвая, космическая тишина.

Марта Аласти, воспользовавшись моментом, схватила пистолеты и спрыгнула со стола, но Паскаль оказался быстрее. Он вскинул армак и вдавил спусковой крючок. Заряд пробил Аласти голову навылет и пронзил стеклопакет, оставив в нем неровное отверстие с сеткой трещин и брызгами крови вокруг. Тело Марты перевернулось через ряд стульев, стоявших у окна и выбив стекло, исчезло в вечерних сумерках. Спустя несколько секунд, послышался далекий глухой удар и возглас толпы.

Томас еще какое-то время держал оружие на вытянутой руке, потом перевел ствол на Ламанг. Робот уже не представлял никакой угрозы. Он замер, потеряв связь с цербо, а вместе с ней и актуальность недавно полученной директивы, на устранение охотника.

Паскаль смотрел на правительницу Эсте сквозь прицел армака еще пару минут, затем опустил руку и молча покинул помещение. Он не смог ее убить. Для него это было очевидным решением, не требующим оправданий. Он не мог сказать точно почему так поступил, и уже не мог объяснить себе зачем вообще приходил. Возможно хотел поставить точку, хотел показать цербо, что только человек хозяин на корабле, и только человек принимает решения и управляет здесь всем.

Робот, стоявший в дверном проеме, не шелохнулся. Томас легонько толкнул его заставив убраться с дороги, прошел через темный коридор, заполненный охраной, вышел на лестничную площадку и направился вниз. На душе было скверно, но грядущие перемены, обещали вытеснить все лишние переживания.

* * *

– …Сейчас нам не нужно кровопролитие, – вещал Риган, в громкоговоритель. – Департамент лишился своей армии, и теперь беззащитен перед людьми…