Фантомная боль - Михаил Тырин

— Так странно все это... Одни лежат в грязи с простреленной головой, другие хотят премию и звание. И все они делают одно и то же дело.

— Я же говорила, ты не поймешь.

— Нет, я все понял. Я такой же человек.

Антон закрыл глаза и почувствовал, что безудержно проваливается в сон. Иначе и быть не могло — за последние дни он ни разу нормально не поспал.

«Хорошо бы проснуться, когда все уже кончится», — с грустью подумал он.

Однако через несколько минут в стекло вежливо постучали. Антон вскинулся, лихорадочно протерев стекло ладонью. На улице было уже почти светло, и там маячил белый овал незнакомого лица. Стук повторился, и Антон опустил стекло.

— Вы не могли бы... — начал говорить рослый парень с карабином на локте, но вдруг осекся, широко распахнув глаза.

— Спокойно! — сразу предупредил Антон.

— Ты... Как... — начал запинаться охранник, пятясь и перекладывая оружие в руку.

— Спокойно, — повторил Антон, демонстрируя максимум дружелюбия. — Мы никуда не денемся.

— Руки на руль, — потребовал охранник.

— Нет проблем! — широко улыбнулся Антон.

— И второй... вторая тоже. И не дергаться, а то... — Парень покрутил головой, ища своих, потом полез за пазуху за рацией.

— Ты не будешь в нас стрелять... — миролюбиво начал Антон.

— Я не стрелять буду, я тебе глотку вырву! — неожиданно взорвался охранник. — Только ребят позову, чтоб все видели!

— Ты не будешь стрелять, — настоял Антон. — Если ты умный человек, то сейчас же свяжешься с начальством и скажешь, что на территории находится офицер Экономической полиции...

— Можешь болтать все, что угодно. Но лучше бы тебе сейчас молиться.

«Надо было выбросить автомат из кабины, — подумал Антон. — А то парень увидит и начнет стрелять с перепугу...»

— Подумай сам, — сказал он, повышая голос, — разве я появился бы здесь, если бы тебя боялся?

— Если бы ты знал, что с тобой сейчас будет, — ответил охранник, — то не появился бы здесь.

— Я появился не один! — напомнил Антон. — Со мной офицер ЭКОПОЛа, а через несколько минут будет еще сотня. Если хочешь дополнительных неприятностей, можешь нас расстрелять. Ясно?

Последнее слово Антон произнес четко и громко, почти выкрикнул. Чтоб охранник не подумал, что это блеф.

Тот, кажется, засомневался. Возможно, заметил одетую на Анне форму.

— Не шевелиться, — буркнул он и приблизил к губам свою рацию.

— Не думала, что ты так изменишься, — тихо сказала Анна.

— Это не я, а жизнь изменилась, — туманно ответил Антон.

— Не болтайте там! — крикнул охранник.

Вскоре рядом с машиной появился взмыленный начальник охраны вместе с несколькими подчиненными. Он подбежал вплотную и некоторое время пожирал Антона глазами.

— Выйти из машины, — наконец процедил он. В голосе его звучала плотоядная ярость и жажда мести за погибших охранников.

— Зачем? — беспечно спросил Антон. — Скоро здесь будет полицейский спецназ, мы подождем в кабине. И не надо нам грубить, а то придется отвечать и за это.

— Что ты городишь?! Какой еще спецназ?

— Советую мне поверить, — очень серьезно сказал Антон. — Может, вам показать удостоверение?

Анна что-то недовольно пробормотала. Ей не хотелось, чтоб Антон вмешивал ее в свои комбинации и переговоры.

— Истинная правда! — поклялся Антон. — Иначе я бы здесь не смел появиться.

— Так... — в глазах начальника охраны смешались злоба и легкая обескураженность. — Сидите на месте и не делайте резких движений, понятно? И дай-ка мне ключи от машины.

Он отошел, чтоб посовещаться со своими и переговорить по рации. Антон заметил, что вокруг уже стало людно. Откуда-то появились рабочие, которые скапливались вокруг и глазели на чужой «Вектор», как на реликтовое чудовище, выползшее из пучины на людный пляж.

Антон посмотрел на Анну. Она хотела казаться спокойной, но плотно сцепленные пальцы выдавали напряжение, в котором она находилась.

— Не бойся, — тихо сказал Антон. — Они ничего нам не сделают.

Анна не ответила. Через минуту их посетила новая процессия. На этот раз почтил визитом сам Муса со своей свитой. Он молча выслушал доклад начальника охраны, потом не слишком близко подошел к «Вектору». Убедившись, что в машине действительно сидит Антон, а не кто-то другой, он повернулся к своим людям.

— Ничего особенного, — громко сказал он, коверкая слова произношением. — Продолжаем заниматься делами.

Он повернулся и пошел прочь. Антон посмотрел ему вслед — и вдруг насторожился. Муса шел как-то очень уж торопливо. Так не ходят люди, когда считают, что не происходит ничего особенного и нужно продолжать заниматься делами. Вместе с ним поспешно ушел и начальник охраны, остались лишь трое охранников, которым велели следить за чужаками.

— Послушай, — тихо сказал он. — Наша рация — она со сканером?

— Конечно, это стандартный образец. А что? — неохотно ответила Анна.

— Ты можешь попробовать перехватить их диапазон?

— Могу, но сейчас мало кто работает без защиты.

— Подожди... — Антон снял с пояса «Титан» и через универсальный разъем подключил его к бортовой сети автомобиля. — Теперь попробуй.

Анна начала возиться с рацией и компьютером. Из динамика полетели негромкие щелчки, шорохи и свист. Чтобы они не донеслись до уха охранника, Антон поспешил отвлечь того разговором.

— Эй, ты говорить-то умеешь?

— Что надо? — неласково ответил охранник.

— Что с Джамбулом, жив он?

— А тебе-то что?

— Да так, интересно. Все-таки учились когда-то вместе.

— Жив, — презрительно ответил охранник. — Скажи спасибо, что здесь нет ребят из той смены, которую вы взорвали. Они бы не стали начальства дожидаться.

— Мы никого не взрывали, они сами...

— Ничего, скоро ты сам им это будешь объяснять...

От последних слов у Антона по спине пробежал холодок. Неужели они попытаются...

Неизвестно, когда придет помощь. Эти «взрывоопасные» парни с карабинами могут сделать все, что им захочется. И никакие призывы к благоразумию не помогут...

— Анна, — нерешительно сказал Антон, — а может быть такое, что полковник мне не поверил...

— Тише! — остановила его Анна. — Кажется, есть.

Антон замер. Из динамика сквозь шум и треск начали доноситься голоса. Сразу стало ясно, что используются радиостанции с «плавающим» скремблером: едва лишь «Титан» расшифровывал передачу, как она переходила на другую кодировку. В результате удавалось услышать только бессвязные обрывки фраз, кончавшихся на полуслове.