Порог между мирами - Филип Киндред Дик

Голос его, однако, звучал по–прежнему мрачно.

— Ты не хуже меня знаешь: что–то во всем этом не так.

Джим Брискин кивнул.

Звонок видеофона разбудил Дона Стэнли, помощника Леона Тэрпина по административным вопросам, среди ночи. Он с трудом сел и отыскал в темноте трубку.

— Слушаю, — сказал он, включая свет. Рядом продолжала спать его жена.

На экране видеофона появилось лицо одного из главных исследователей «ЗР».

— Мистер Стэнли, мы звоним потому, что кто–то из руководства должен об этом знать. — Голос его звучал крайне напряженно. — «Пчелиная матка» упала.

— Упала куда? — не мог понять Стэнли.

— Ее сбили, один бог знает, как им это удалось. Только что, несколько минут назад. Мы не знаем, следует ли запустить новый спутник или надо ждать.

— Может, с «Пчелиной маткой» просто что–то случилось и она, неисправная, кружит наверху?

— Ее там нет. Наши приборы однозначно это показывают. Сами знаете, чтобы сбить спутник с орбиты, требуется достаточно сложное оружие.

Перед мысленным взором полусонного Дона Стэнли возник чудовищного размера арбалет с тетивой, которую можно оттянуть на милю. Он потряс головой, отгоняя эту абсурдную мысль, и сказал в трубку:

— Может, не стоит посылать туда завтра Вудбайна? Мы не хотим его потерять.

— Решать вам и мистеру Тэрпину, — сказал исследователь. — Рано или поздно все равно придется установить с чужаками формальный контакт. Так что почему бы не попробовать? На мой взгляд, мы теперь не можем просто сидеть и ждать сложа руки. Диверсия против спутника — это очень и очень серьезно. Мы должны знать, какими возможностями они обладают.

— Мы пойдем туда, — решил Стэнли. — Вудбайн отправится в сопровождении нашей полиции. Также мы будем поддерживать с ним постоянную связь по радио.

— Наша полиция, — с досадой повторил исследователь. — На самом деле Вудбайну не помешала бы вся армия Соединенных Штатов.

— Мы предпочитаем, чтобы правительство не вмешивалось, — резко сказал Стэнли. — Если «ЗР» не сумеет справиться с этой проблемой, мы закроем скатлер, прервем связь и обо всем забудем.

Он был раздражен до крайности. «Туземцы вовсе не отстают от нас, по крайней мере в самых существенных областях. У них не удастся выторговать половину Северной Америки за горсть стеклянных бус. — Стэнли вспомнил кожаный мешочек с неограненными алмазами. — Возможно, они не умеют обрабатывать драгоценные камни, но, по крайней мере, понимают, что есть большая разница между мешочком, полным алмазов, и таким же мешочком, набитым, скажем, ракушками».

— Ваши все еще на той стороне? — спросил Стэнли. — Их не отозвали?

— Нет, — сказал исследователь, — но сейчас они вынужденно бездействуют, ждут, когда наступит рассвет и прибудет группа университетских профессоров с лингвистическими машинами и вообще всем тем, что нам обещали.

— Не следует вступать в конфликт с чужаками, — сказал Стэнли, — даже если они стреляли в наш спутник. Нужно познакомиться с их промышленными технологиями и прочими достижениями. Мы не можем перечеркнуть эти планы.

— Хорошо, — согласился исследователь. — Удачи.

Дон Стэнли повесил трубку и какое–то время сидел неподвижно, потом встал и направился на кухню, чтобы приготовить себе поесть.

«Завтра будет великий день, — подумал он. — Мне хочется на ту сторону… Но в данной ситуации моя задача — сидеть за столом, а не мотаться туда–сюда. Пусть кто–нибудь другой этим занимается. Кто–нибудь вроде Вудбайна, которому платят за риск».

Он не завидовал Вудбайну.

Внезапно ему пришло в голову, что старый Леон Тэрпин может приказать ему, своему помощнику, отправиться в экспедицию. В таком случае придется подчиниться — или потерять работу. А потеря работы в нынешние времена означает нешуточные проблемы.

У Дона Стэнли пропал аппетит. Он вернулся из кухни и лег в постель, уныло сознавая, что с подобными мыслями заснуть уже не удастся.

И оказался прав.

10

Дариусу Петелю невозможно было запретить сопровождение группы ученых и лингвистов, поскольку именно ему формально принадлежал дефектный джиффи–скатлер. В тщательно выглаженной и накрахмаленной белой рубашке и новом галстуке Петель прибыл в центральное управление «ЗР» в Вашингтоне ровно в восемь утра, чувствуя полную уверенность в себе. Сотрудники «ЗР» относились к нему совершенно иначе с тех пор, как он передал им дефектный скатлер. Ведь в любой момент Дариус мог его и отобрать — так, по крайней мере, он думал.

Двое молчаливых работников «ЗР» доставили Петеля на двадцатый этаж. Подведя его к двери в кабинет Тэрпина, они тотчас ушли. Петель остался один.

Вид главы «ЗР» вовсе его не испугал.

— Добрый день, мистер Тэрпин, — сказал он. — Надеюсь, я не опоздал?

Он был уверен, что группа все еще возится со скатлером в подземной лаборатории.

— Гм, — пробормотал старик, искоса глядя на гостя; голова по–индюшачьи тряслась на морщинистой шее. — Ах да, Педаль.

— Петель, — поправил его Дариус.

— Значит, хотите знать, что и как? — улыбнулся Леон Тэрпин.

— Хочу быть в курсе дела, — ответил Петель и поспешно добавил: — Все–таки это моя собственность.

— Да, мы это помним, мистер Петель. Ваше участие в происходящем неоценимо. Как бизнесмен, вы, несомненно, способны принести нам пользу — например, поможете установить торговые отношения с обитателями той стороны. Честно говоря, мы ожидаем, что вы станете продавать им скатлеры, — рассмеялся Тэрпин. — Хорошо, мистер Петель, отправляйтесь в лабораторию и присоединяйтесь к остальным. Чувствуйте себя здесь как дома. Делайте, что сочтете нужным. Я подожду вас здесь. Одной подобной экскурсии для человека в моем возрасте вполне достаточно. Думаю, вы прекрасно это понимаете.

Чувствуя, что над ним издеваются, Дариус Петель вышел из кабинета Тэрпина, вошел в лифт и поехал вниз. «Могу оказаться им полезен, как же, — со злостью думал он. — Люди той альтернативной Земли, вероятно, пользуются куда более простыми средствами транспорта, чем мы. Как сообщали в новостях, они выглядят отсталыми по сравнению с нами. Говорилось что–то насчет примитивного корабля или самолета. Чего–то такого, что устарело в нашем мире несколько веков назад».

Выйдя из лифта, он, руководствуясь указателями на стенах, направился по коридору в главную лабораторию. Открыв дверь, увидел человека, лицо которого было знакомо по телепередачам, — это был кандидат в президенты от Либерально–республиканской партии Джим Брискин. Петель остановился, удивленный и несколько встревоженный.

— Сделаем один снимок возле входного обруча, — говорил фотограф Брискину. — Не могли бы вы переместиться вон туда?

Брискин послушно подошел к скатлеру.