Метро 2033. Обратный отсчет - Ринат Таштабанов

Ванька оглядывается. Тусклый солнечный свет едва освещает комнату на десятом этаже многоэтажки, превращенную в хорошо укрепленную «фишку». Чуть дальше виден ободранный коридор, обои которого давно пошли на растопку печурки, сделанной из ржавой бочки, возле которой греется парень. Неясные тени от чуть теплящегося огня пляшут хаотичный танец, перепрыгивая с одной стены на другую. Мебели нет, давно всю спалили, оставив лишь пару стульев и продавленный диван.

Ванька, устав пялиться в окно, садится на стул и, пододвинув его поближе к «буржуйке», откидывается к стене, положив на колени видавший виды древний «АК-47» с треснувшим прикладом и вечно клинящим затвором. А что делать, если другой не дают? Остается довольствоваться этим, мечтая о настоящем оружии и деле.

Глядя на пламя, Ванька незаметно для себя засыпает, но минут через десять дергается и едва не падает со стула. Утерев со лба пот, парень испуганно озирается по сторонам. Поняв, что ему просто приснился очередной кошмар, в котором зубастые твари тянут к нему когтистые лапы, Ванька встает. Решив немного размяться, он выходит в коридор, широко зевает и, вдохнув, чувствует, что к уже знакомым запахам плесени и сырости добавляется еще один, ощущаемый где-то на подсознательном уровне – запах смерти.

Подчиняясь внутреннему зову, парнишка быстро возвращается в комнату и приникает к стеклу, пытаясь рассмотреть, что происходит на улице. Ванька вертит головой, перебегает к другому окну и замечает, что по дороге, опираясь на ружье как на палку, бредет человек в ОЗК, проваливаясь в наст при каждом шаге.

Над ним кружит стая воронья. Крупные птицы с угольно-черным оперением, громко галдя, по очереди атакуют человека, клюют его в голову, нагло садятся на плечи, пытаясь разодрать ОЗК острыми когтями. Судя по тому, что человек машет ружьем, как дубиной, у него нет патронов. Ему удается сбить несколько ворон. Они падают в снег, отчаянно трепещут крыльями. На них тотчас налетают остальные, начинают остервенело долбить раненых. Снег окрашивается кровью. Шум, гам. Те вороны, которым не досталось мяса, пытаются вырвать куски из клювов более удачливых товарок. Человек, воспользовавшись заминкой, ускоряет шаг.

– Чтоб меня! – Ванька пытается сообразить, что ему делать дальше.

«Дать ему пройти? – кусает губы парень. – И стать трусом! – осаживает сам себя. – Ждать чистильщиков тоже нельзя. Значит, надо спуститься вниз и задержать его. Вот оно, настоящее дело! Теперь меня не будут звать увальнем».

О том, что ему строго-настрого запретили покидать «фишку», Ванька даже не подумал. Шипя и матерясь, он натягивает ОЗК с противогазом, хватает подсумок с патронами и мчится вниз, перепрыгивая за раз по две-три ступеньки.

Переведя дух, Ванька чуть приоткрывает подъездную дверь и видит, что незнакомец, продолжая отчаянно отмахиваться от воронья ружьем, уже отошел метров на тридцать.

«Так, – лихорадочно думает парень, – как там говорили, сначала проверяешь оружие, потом действуешь».

Ванька снимает автомат с предохранителя и, передернув затвор, осторожно выходит наружу. Человек, видимо обессилив, падает в снег. Вороны, стремясь выклевать глаза, долбят клювами в линзы противогаза, рвут ОЗК лапами. Человек переворачивается на живот и закрывает голову руками. Его облепляют птицы. Слышится отчаянный крик. Он заглушается громким карканьем.

«Надо что-то делать! – думает парень. – Эти твари сейчас порвут ткань, заклюют его до смерти, а потом сожрут».

Его палец пляшет на спусковом крючке. Подняв автомат, Ванька приставляет приклад к плечу и открывает огонь поверху. Эхо выстрелов разносится над городской площадью, мечется вдоль стен домов. Птицы резко взмывают ввысь, кроме нескольких, сбитых пулями в снег. Остальные, подчиняясь громкому карканью огромного черного ворона, кружащего на безопасном расстоянии, быстро разлетаются в разные стороны и растворяются в серой небесной хмари.

Пользуясь моментом, Ванька подбегает к человеку.

– Стоять! – сам не зная почему кричит он, глядя на упавшего незнакомца.

Человек слабо шевелится, переворачивается на спину. Из переговорного устройства слышится надсадный хрип.

– Оружие! – орет Ванька. – Оружие в сторону!

– Ты… кто?.. – шепотом спрашивает незнакомец, отбрасывая двустволку.

– А тебе что за дело?! – парнишка от страха срывается на визг. – Кто надо! Ты кто такой?

– Ты… один здесь… на «фишке» торчишь? – неожиданно усмехается человек. – Остальные где?

Вопрос ставит Ваньку в тупик.

«Откуда он может знать?! Кто он?!»

Не зная, что сказать, парень решает немного приврать:

– Я тут с передовым отрядом, в разведке, остальные на подходе, мне по рации сообщили.

– Чистильщики, – выдыхает незнакомец. – Отлично.

Ванька делает два шага вперед и, вглядываясь в маску противогаза, словно под ней можно увидеть лицо, говорит:

– Откуда знаешь? Ты из наших? Кто ты?

Человек кивает.

– Я – Тень…

– Чтоб тебя! – выпаливает Ванька. – Ты же… Тебя уже… – парень пытается подобрать слова. – Гад! – неожиданно визжит он. – Лежать! Не двигаться! Пристрелю! – Ванька наставляет ствол автомата в голову Сергея.

– Ты чего? – опешивает Тень.

– Предатель! Из-за тебя отряд Костяна перебили!

– Херня! – вскидывается Сергей. – Кто сказал?

– Все знают, что ты сбежал! – кричит Ванька. – Колесников сам перед собранием сказал, когда разведчики из «МЕГИ» вернулись! Иначе как ты выжил? Ничего, мы теперь с тобой разберемся! Сюда! Эй! – Ванька машет вышедшим из тумана вооруженным людям.

Бойцы ускоряются.

– Это Тень! – истерично орет парнишка, поднимая из снега ружье. – Это я Тень взял! Он вернулся!

Сергея обступает пять человек. Бойцы тяжело дышат. Из-под линз противогазов видны злые глаза.

– Вернулся, значит? – произносит один из чистильщиков. – Живучий падла! Лучше бы ты сдох!

– К стенке его! – выпаливает кто-то из бойцов.

– Да! – вторит ему другой. – Кончим гада, и весь разговор!

– Оставить, братва! – командир отряда поднимает руку. – Батя приказал, в случае чего, брать его живым и доставить в Убежище. Там есть, кому с ним потолковать.

Сергей молчит, отказываясь верить в услышанное. По голосам, оружию и нарукавным нашивкам он опознает седьмой отряд.

«Что за хрень здесь творится?! – Сергей кусает губы. – За главного – Гордей! Тот еще ублюдок. Вот это попадалово».

– Ну, чё, тварь? – Гордей снимает с плеча АКМ. – Побегал, отсиделся в схроне на «Ухтомке» и решил до дому податься, к своей сучке?

Сергей пытается подняться.

– А вот это ты зря! На! – чистильщик бьет Тень прикладом в живот. Поворачивается, смотрит на остальных: – Наручники на него – и ходу, в Убежище. Пусть с ним Митяй, Арсеньев и Батя разбираются.