Ледяной дракон. Академия выживания - Катерина Зиборова

– Риана, это опознавательный знак для Светлых. А если быть точнее, приближенных к императору.

Вот это поворот! Мадам усмехнулась.

– Вот и я в смятении, – скорее самой себе приглушенно проговорила она.

– Может, это случайность?

– Не надейся.

– Совпадение? Мало ли похожих вещей?

– Таких, как эта, не так уж и много, а это, – указала взглядом на подвеску, – уверяю тебя, оригинал. И почему ты так яростно открещиваешься от родства со Светлыми?

Хороший вопрос. Наверное, потому, что я ошарашена?! Не каждый день узнаешь такие новости!

– Вы же знаете, от кого она мне досталась, правда? – мрачно спросила я, даже не сомневаясь об осведомленности блондинки.

Мадам кивнула, подтверждая мои подозрения. Ну еще бы.

– Знаю, но не могу понять, как так получилось. Почему твой отец не боролся за тебя? Он птица высокого полета. И, независимо от того, работает он сейчас на Светлых или нет, внебрачная дочь, которая может появиться в любой момент и вытащить пару грязных историй из его прошлого, не тот козырь, которым можно разбрасываться.

– А кто сказал, что он до сих пор жив? – спросила я и удостоилась поощрительного взгляда Мадам.

– А ты мне нравишься. Молодец, улавливаешь нюансы.

Вранье – соображала я туго.

– Угу. Вот еще один нюанс, может, подвеска и не отца, а матери.

Некоторое время в комнате воцарилась тишина.

– У тебя есть веские основания так полагать? Доказательства?

– Не считая моего здесь пребывания? – Знаю, отвечать вопросом на вопрос ужасно невежливо, но, бога ради, какая нормальная мать позволит своему ребенку… Со свистом втянула в себя воздух. Спокойно. Не об этом нужно сейчас думать.

– Ну что ж, отложим пока этот вопрос. Ты хотела знать, как здесь очутилась. Отвечаю: за тебя попросили.

Из меня словно дух выпустили. Сил хватило только на хриплое:

– Кто?

– Выяснить не удалось, но… – Мадам замолчала, бросив на меня трудно читаемый взгляд. – Сигнал был послан со старой точки связи.

– И что это значит?

– Кто-то знал, что ты в беде, и попросил о помощи по нашим каналам.

– А?..

– Все, – хлопнула в ладоши Мадам, вставая на ноги. – Отдыхать. Ни о чем не думай, расслабься, продолжим разговор позднее.

С этими словами Мадам быстро удалилась, оставив меня в полном смятении. Перевела взгляд на притихшую Мари.

– Правильно, покой и отдых, – пробормотала та, подсунув мне стакан с мутной, зеленоватой жидкостью. Скорее от шока, я не стала возражать и допытываться, чем меня хотят напоить, и проглотила все до последней капли.

– Спи, – прошептала Мари, гладя меня по голове.

Снотворное, отстраненно сообразила я, когда веки стали тяжелеть.

Проваливаясь в сон, я увидела образ довольного собой Палача. Интересно, к чему бы это?

* * *

Просыпаться было тяжко: тело ныло, голова гудела, а встать с кровати я даже не пыталась. Просто лежала, пялясь в уже изученный до последней трещинки потолок, и вспоминала. Вспоминала все, что со мной приключилось. Гадство. Ох, вот это я вляпалась, конечно. По самые уши.

Что за благодетель стоит за мной? Друг ли он? Да, таинственный покровитель мне жизнь спас, но по доброте ли душевной? Не ровен час, спросит ответную услугу, а смогу я ее выполнить или нет – другой вопрос. И вообще, что можно попросить взамен спасенной жизни? Не знаю.

Я перебирала в памяти знакомого за знакомым, но так и не смогла понять, кто же за меня попросил. Мозговой штурм значительно застопорился и потому, что не было в моем окружении достаточно влиятельных людей, способных провернуть такую аферу. А если это Палач постарался?.. Да чтоб оно все в пламени адовом горело! Хватит уже себя накручивать, нужно думать, что дальше делать. Хотя выбор у меня не такой уж и большой. Можно, конечно, уйти отсюда, а что потом? Не скажу, что я поверила на слово Мадам, но в чем-то она права, жить спокойно мне не дадут. Даже если Темные обо мне прознают, не стоит исключать Палача и саму Мадам. Не отпустит же она меня после того предложения.

Вздохнув, я подняла руку, и, повинуясь моей воле, на кончиках пальцев в изломанном танце заплясала маленькая молния. Хоть колдовать не разучилась.

– Ты что творишь?! Угробить себя хочешь?! А ну прекращай!

Разгневанная Мари, вмиг оказавшаяся рядом, пугала почище детских страшилок.

– Тебе еще нельзя магией баловаться, – уже мягче пожурила она меня.

– А с ней вообще играть опасно, – буркнула я, заканчивая свою «игру». – Мари, я могу вас так называть?

– Конечно, – улыбнулась женщина.

– Хорошо, – немного нервно отозвалась я. – Скажите, а что со мной? Только правду.

– Ну головой…

– Знаю я о сотрясении и что обоняние отбито тоже знаю, но почему колдовать нельзя?

– Тебе бы с Мадам поговорить, – вздохнула та.

Ее взгляд, полный сочувствия, мне совершенно не понравился. Да и как я поняла, о врачебной тайне тут даже не слышали.

– Мари, я все понимаю, вы не хотите расстраивать начальство, но если начистоту, то я ваша пациентка, а не Мадам. Почему бы вам не сказать мне то, что я хочу услышать? Я ведь имею на это полное право, согласны?

Мари тяжело вздохнула и присела, сложив руки на коленях.

– Твой внутренний мир еще очень шаток и нестабилен. Восстановление идет быстрее, чем я думала, но все же… Выжгли тебя, деточка, – шепотом закончила она.

– Это как? Я не совсем понимаю.

– Маги ведь разные. Одни вот заклинания безобидные плетут, даже если…

– Мари! – одернула я ее, но, быстро взяв себя в руки, спокойнее продолжила: – Можно как-то ближе к теме?

– Магией тебя ударили. Да не по телу, а в самое нутро. Проклятие темное. Страшное. Еще немного, и убило бы оно тебя. Вот и слабость отсюда, сопротивляется организм той дряни, сам себя лечит… Да не все спасти удалось.

– В смысле? – очень тихо спросила я, страшась ответа.

– Последний удар помнишь? После которого тебе совсем худо стало?

Ладонь непроизвольно легла на живот, а пальцы с силой сжали сорочку. Внезапная догадка не заставила себя долго ждать.

– Нет, – прошептала я. – Нет. Не может быть.

– Злость свое черное дело сделала, выжгла тебя.

Я бесплодна?..

Неверие. Ступор. Иррациональное чувство обиды и непонимание – именно это я ощутила. По какому праву эта мразь примерила на себя волю Господа?!

– Все хорошо, – скорбно проговорила Мари, врываясь в мои мысли. – Главное – ты жива. Слышишь, деточка, жива всем назло.