Семена огня - Владимир Свержин

На лестнице уже слышались шаги, и ступени, прогибаясь под грозной воительницей, истошно скрипели, жалуясь на свою нелегкую судьбу.

– Поймите, я хочу вам помочь.

– Молчите! – уже не сдерживая раздражения, зло рявкнул Пипин, рывком поднимаясь из-за стола. А в голове у Карела и Евгении послышалось:

– Ну-ка, детишки, смените друг другу памперсы. К вам поднимается строгая няня.

Дверь с треском распахнулась, хотя со стороны могло показаться, что громоздкая дама едва дотронулась до нее. Часовой у входа сиротливо вжался в угол и спрыгнул бы вниз, когда бы не опасался привлечь внимание сестры повелителя.

– Здравствуй, Брунгильда, – Пипин с трудом придал голосу уверенное выражение.

– К черту! – рявкнула воительница. – Где мелкий гаденыш?

– Скоро будет здесь, их уже изловили.

– А это кто? – она кивнула на Карела и Евгению. – Что расселись? Почему не приветствуете?

– Это герцог Нурсии, – уже без прежней уверенности, точно оправдываясь, пустился в объяснения Пипин, – и его невеста.

– Ге-е-ерцог? – медленно протянула Брунгильда, оглядывая замершего и как-то вдруг сжавшегося Карела. – Хорош! – констатировала она. – Я забираю его себе.

– Да, но… – вскочил высокородный чужестранец.

– А ее – убить.

– Вот еще! – Карел выхватил меч. – Да я…

То, что случилось дальше, имело вид эпический, почти сказочный: Брунгильда шагнула в сторону нурсийского наследника и легонько толкнула его в грудь. Будь за спиной бывшего сержанта президентской гвардии ворота, они вылетели бы вместе с петлями. Но ворот не оказалось, и поэтому избранник воинственной особы, пролетев несколько метров, шмякнулся об стену и сполз на пол, хлопая глазами и беспомощно хватая воздух ртом.

– Стало быть, так? – подбоченилась Брунгильда. – Стало быть, не желаешь по-доброму? – Она склонилась и подняла с пола выпавший из руки Карела меч. – Хорош клинок, узорчатый, на востоке кован. Так вот, принц, ежели милость моя тебе ни к чему, иначе поступим. Стало быть, в Лютеции, как приедем, так сразу и объявим, что ты, поскребыш, владыку нашего Дагоберта собственной рукой прикончил. А потому и тебе, и людишкам твоим не жить. Уразумел?

– Ничего не выйдет, – силясь подняться, сквозь зубы процедил Карел. – Слишком много свидетелей, слухи расползутся быстро.

– Может, расползутся, а может, и нет. У нас тому, кто с ползучими якшается, спуску нет. Голову с плеч – и вся недолга! Так что, герцог мой прекрасный, здешний люд попусту языком трепать не станет. А и расползутся слухи, тебе-то что? Ты-то уже с башкой поврозь будешь.

– Брунгильда, – попытался вмешаться Пипин, – говорят, Нурсия обильна золотом и людьми, зачем нам ссориться с ними?

– Молчи! – рыкнула воительница. – А то сейчас сам у меня оплеух нахватаешься! – Она вновь зыркнула на Карела. – Вставай и ступай за мной! – Она насмешливо глянула на Евгению, заботливо хлопочущую около «жениха». – Ты поцелуй его на прощание, я дозволяю.

– Вот еще! – вспыхнула Женечка.

Но громогласная дама уже не слушала ее.

– Пипин, отчего эта девка все еще здесь? Я же велела прикончить ее.

Майордом нехотя хлопнул в ладоши, вызывая стражу. Между тем в головах Евгении и Карела звучало:

– …Смотри, Пипин явно не хочет этой казни. А значит, он не сильно огорчится, если ты вдруг исчезнешь. В лесу, конечно, без снаряги неуютно, но думаю, шо на курсе выживания вас этому обучали.

– А как же я? – взмолился Карел.

– Сержант, возьми себя в руки, иначе эта помесь бабы Яги с бабой для забивания свай возьмет тебя в свои. А в таких объятиях ты можешь сгинуть не только бесславно, но и бесцельно. Так что надо менять положение дел и быть готовым к активному действию.

– Но я не хочу, она ужасная! – вопил на канале связи Карел.

– Да, согласен, никогда еще амплуа «герой-любовник» не звучало с таким уклоном в героизм. Но, детишки, у нас есть еще один выход: вызвать Базу, они пришлют сюда катер с ликвидаторами. Те устроят небольшой конец света в одной отдельно взятой нашими войсками области, вытащат пострадавшую детвору, утрут нос, доставят в Институт. Думаю, вам там даже будут рады. Мало ли, что для работы вы не подходите?

Сами ж видели, какая огромная территория, уйма зданий, и все представляют историческую ценность. Так что потрудитесь во благо науки, разного вспомогательного персонала всегда не хватает.

Между тем один из стражников заскочил в майордомский «кабинет» и замер, склонив голову.

– Призови сюда Фрейднура, сына Зигмунда.

Стражник еще ниже склонил голову и выскочил на лестницу.

– Ну что, Евгения Тимуровна, ваш выход. – Лис переключился на связь с Бастианом. – Так, Валет, брось пока свой наблюдательный пост и резвой мухой дуй к воротам. Сейчас наш доктор Фрейд помчится к Пингвину, а тут останется всего один стражник, его я возьму на себя. Под шумок смоешься из крепости, подстрахуешь нашу «Мисс вынесенный мозг». Какая ни есть, но это наш крест.

– А что я должен делать?

– Изобразить из себя длань Господню и отшлепать коварного обидчика. Ты же на теологии байку про дедугана, который собирался принести в жертву сына, проходил?

– Это вы об Аврааме и Исааке?

– Да хоть о Марксе и Спенсере. Надо подстраховать Женю и дать ей возможность «сделать ноги».

– Кого?

– Валет, слишком много разговариваешь! Давай бегом к воротам! Только аккуратно, не привлекай внимание.

Спустя несколько мгновений Фрейднур стоял перед властителем Нейстрии, ошеломленно глядя на будущую жертву.

– Ты ведь говорил, что не знаком с этой дамой? Значит, тебе не составит труда ее прирезать, – Пипин досадливо передернулся.

Глаза норманна приобрели свойственную героям анимэшек круглую форму и такой же размер.

– Но ведь это…

– Ты решил спорить со мной? Может, тебя следует прирезать вместе с ней?

– Я ж только, ну, что, вот… Это не так!

– Ступай, ступай! – напутствовала его Брунгильда, вмешиваясь в речи брата. – Перед тем, как перерезать горло, разрешаю с ней позабавиться.

Борода Фрейднура заметно вздрогнула. Он нервно сглотнул в попытке подавить собственный ужас.

– А чтоб ты не вздумал ее отпустить, – продолжала воительница, – я пошлю за тобой еще пару своих комисов.

– Мне очень страшно, – призналась Евгения. – Они же меня действительно хотят убить. Так глупо и нелепо. Господин инструктор, вы мне поможете, ведь правда?

– Главное, не забудь сама помочь себе. Кстати, все хотел сказать, шо сихо-наге[3]во дворе было классно проделано.