Каракал - Владимир Матвеев

– Рикарда, – сдался Матвей, – ты Заноза, и этим все сказано. В форте бухтела постоянно, ставила все под сомнения и пыталась влезть в каждую дыру, и сейчас со своим вопросом впилась мне в одно место не хуже нее.

Бойцы прыснули – все они были профессионалами и гоготать, когда отряд выполняет боевую задачу, естественно, никто не стал. Каракал, конечно, уверил, что у него все под контролем, а они уже научились доверять ему, по сути, все они обязаны командиру «Прайда» своими жизнями, но это не повод превращать все в передвижной балаган.

– Точно подмечено, командир, – согласилась с ним Кинзи. – Рика самая настоящая заноза.

– Эй, – возмутилась та, но выглядело это не совсем убедительно. – Я на таможне служила и просто обязана была залезать во все щели. Лучше скажи, почему наш бывший сержант Паприкой стала. И что это такое?

– Паприка – это одна из разновидностей пьяды.

– Так она перчинка? – снова заулыбались фурии. – Но почему?

– Ее имя созвучно с ароматной травой, которая используется как специя. Пьяда – звучит как-то грубовато, до перчинки не додумался, а вот Паприка самое то. Я же говорю вам, что не задумывался – говорил первое, что придет в голову. Но если не нравится, можем поменять, пока не привыкли.

– Не, не, не, – замотала Кинзи головой. – Очень нравится, не надо ничего менять. Я даже от имени такого не отказалась бы – всегда не любила свое Кинзи.

– Дальше рассказывать?

– Да.

– Да, командир.

– Конечно, – раздалось со всех концов.

– Алера, – он улыбнулся, что-то вспоминая. – Тут у меня вообще раздумий не было. Первая встреченная фурийка – и сразу пытается прогнуть меня. Играла ты не плохо там, у ворот, но для меня не совсем убедительно.

– Прости, командир, – почему-то смутилась девушка.

– За что? – поднял в изумлении брови Матвей. – Ты выполняла свою работу. Меняем позывной?

– Нет, конечно. Он меня полностью устраивает. Я – Плутовка, – и невинно захлопала глазами, рождая на лицах товарищей улыбки.

– Ну и, наконец, Мальвина. Есть сказочный персонаж с голубыми волосами и большими глазами. Отавия так смотрела на меня, когда я первый раз обедал у Дидары, что глаза у нее были, наверное, даже больше, чем у ее сказочной тезки.

– Не у одной меня такие глаза были, – усмехнулась фурия. – В разумного просто не могло влезть столько еды. К тому времени даже Утес давно поглаживал свой необъятный живот, но не ты, командир. Кидал в себя все, до чего руки могли дотянуться, как дрова в костер.

– Я же говорил, что у меня растущий молодой организм, – пожал он плечами, – а вы не верили.

– А Утес и Бесовка? – девичье любопытство было удовлетворено, но не до конца. – С огром понятно, а с твоей женой? Почему у нее такой позывной? И правда, что она у тебя уже третья? А первые две – кто они? Красивые? А к какому клану принадлежат? Они ведь из Семиградья? Берката и сумеречная эльфийка, да? Не из свободных же родов они?

Матвей даже не прислушивался, кто из фурий задает каждый из этих вопросов. Да и неважно это было, для него они звучали от одного лица. Но последний вопрос вдруг царапнул его слух.

– Откуда вы знаете? – нахмурился он.

– Не сердись, командир, – это всего лишь слухи, – попыталась успокоить его Кинзи. – По брачной вязи на предплечье можно разобрать, к какой расе принадлежит избранник. Это не одна общая татуировка – она состоит из трех отдельных элементов, сплетенных воедино. Странно, что ты этого не знаешь.

– Я еще много чего не знаю, Паприка, – вздохнул парень.

– Вот только последний узор на твоей руке и узор на руке Бесовки никто не может уверенно идентифицировать, что говорит о том, что вы такие же модифицированные сумеречный эльф и берката, как мы мадгарские колдуны.

Два метательных ножа беззвучно покинули свои гнезда на перевязи Каракала и замерли напротив зрачков замерших Кинзи и Рикарды. Одновременно с этим, опоздав буквально на мгновение, руки суккубы выстрелили в стороны, касаясь режущими кромками кхукри шеек Алеры и Отавии.

«Хреново заканчивается благодушный разговор, – подумал Матвей, контролируя всех четверых. – Начали за здравие, а заканчиваем чуть ли не за упокой».

– Командир, – осторожно произнесла Кинзи, уставившись на острие ножа. – Не обижай нас своим недоверием. Об этом знают только служитель храма и наша четверка. Со служкой мы поговорили, и рот он будет держать на замке. А что касается нас, то я специально завела этот разговор, дабы показать, что теперь мы твои бойцы. Как минимум, на полгода. Мы не совсем законченные стервы, чтобы плевать в спину того, кто спас нас на берегу Сенты. Просто, если об этом знаем мы, может узнать и кто-то другой.

Швырковые ножи, удерживаемые «призрачными руками», повисели еще мгновение, а потом вернулись на свои места.

Едва они с тихим шелестом заняли уютные гнезда, как и руки Бесовки опустились, возвращая свое оружие на предназначенное ему место.

– Все демоны инферно, – раздался восхищенный голос Плутовки. Она, наверное, была единственной, кто этот неприятный инцидент рассматривал немного с другой стороны. – Я тоже хочу так.

– Что так? – не понял Матвей.

– Действовать, как вы, – удивилась она, думая, что говорит очевидные всем и каждому вещи. – Вы с Бесовкой были единым организмом. Нет не так – у вас словно одна голова на двоих была, так будет правильнее. Не знаю, как ты удерживал свои ножи, но руки подруги я заметила, только ощутив прикосновение к шее холодной стали. В этот момент я почувствовала себя зеленой соплей, которую привели в тренировочный зал, на первое ознакомительное занятие.

– Не у одной тебя были такие мысли, – буркнула Мальвина, ехавшая по другую сторону от суккубы.

– Как вы узнали? – слушая Алеру, Матвей лишь покачал головой, а потом вновь повернулся к Кинзи. – Я особо никому не показывал свое правое предплечье.

– Служка, – кратко ответила та. – Твое предплечье действительно не видно – ты не появляешься без своих интересных наручей. Но служитель храма видел его целиком, когда проводил церемонию. А Бесовка, когда заворачивает рукава куртки, обнажает почти треть своего узора. Так вроде ничего страшного, но для тех, кто будет целенаправленно искать, к чему прицепиться, этого будет вполне достаточно.

– Все ясно, – хмыкнул Матвей. – И все достаточно просто. Паприка, Плутовка, Мальвина, Заноза, простите меня, я параноик. Возможно, когда-нибудь вы и узнаете всю правду. Но не сейчас.

– Простите, – виновато улыбнулась Бесовка.

– Да ладно, подруга, – отмахнулась Алера. – Скажи лучше – вы мысленно общаетесь с мужем?

– Нет, – усмехнулась она. – И сейчас он для меня командир, а не муж. И как у любого командира, у него есть много правил, которые он требует неукоснительно выполнять. Одно из них гласит: «Если ты не получил от меня конкретного приказа, то делай как я. Если меня рядом нет, проявляй разумную инициативу».