Осколки надежд - Иван Плотников

– А мы успеем? Может лучше уже идти вперед, подальше от этого… – Вайс сделал неопределенный жест рукой.

– Можем и не успеть, Выброс уже начинается.

– Тссс! – прижал к губам палец Вайс. – Ты слышишь?

Полянин застыл, там, откуда они прибежали, слышался грохот, да и стены вокруг них уже начали содрогаться. Но было что-то еще, какой-то приглушенный в общем фон стук.

– Да. Что это?

Агент пожал плечами. Вдвоем они направились к источнику едва различимого стука. Усиливаясь, звук вел их назад. Попав, наконец, в один из коридоров, откуда ритмичные удары доносились явственнее всего, Вайс и Егор остановились. Стук, казалось, шел откуда-то снизу. Журналист посветил фонариком по сторонам и обнаружил в стене углубление, а в нем лестницу, ведущую вниз. Это была та самая ниша, о которой говорил Охотник! Воодушевившись, Вайс ухватился за перекладины и начал быстро спускаться, Полянин поспешал за ним. Внизу оказалось довольно просторная комната, в которой были расставлены какие-то механизмы больших размеров. Журналист вспомнил, что Охотник говорил о генераторах. Стук, доносившийся из угла, гулял между стенами помещения, многократно усиливаясь. Там же обнаружился большой люк, наглухо закрытый металлической крышкой с поворотным засовом. Периодически она вздрагивала от мощных ударов производимых снизу. Выждав паузу между ними, Вайс постучал рукоятью пистолета. Стало тихо. Егор повернул засов и откинул крышку. Из черноты подвала показалась всклокоченная голова Доусона.

– Сэр? – уставился на агента солдат, моргая отвыкшими от света глазами.

– Айкер! – позвал Вайс.

– Я здесь, сэр! – донеслось из глубины подвала.

– Как вы?

– Все в порядке, сэр. Эти дьяволы сумасшедшие бросили нас сюда, даже не потрудившись отобрать оружие. Здесь чертовски темно, но я кое-что нашел…

– После. Мы спускаемся. Нам всем придется какое-то время переждать здесь.

– Переждать что, сэр?

Но Вайс уже лез в подвал. Закрыв крышку люка, вслед за ним спустился Полянин. Внутри было жарко, душно и темно. Журналист сел на пол. Снаружи грохотало все сильнее, пол вздрагивал, и Егор стал опасаться – как бы не рухнули стены и перекрытия Станции, похоронив их в здесь навечно. В какой-то момент грохот приобрел столь мощное крещендо, что сидевшие в подвале люди мысленно попрощались с жизнью. Подземелье озарилось бледным светом, хотя ему неоткуда было взяться, и Егор на мгновение увидел всех: Вайса, напряженно сжавшего губы, угрюмого Айкера, Глорию, беззвучно шепчущую какие-то слова, опустившего голову вниз Доусона и Леера, закрывшего глаза. Тут же все стихло, подвал вновь погрузился в темноту.

* * *

– Кажется… – произнес кто-то и замолчал на половине фразы.

– Тихо! – шикнули на него в ответ.

Все прислушивались, долго пустыми глазами глядя по сторонам. Снаружи не доносилось ни звука.

– Может, пойти все-таки посмотреть? – предложил Лум. – Или так и будем сидеть здесь до морковкиного заговения?

Генерал молча кивнул. Бойцы принялись растаскивать баррикаду, закрывшую вход в подвал, и через две минуты проход был свободен. Лум осторожно приоткрыл дверь и выглянул в щелку. Удостоверившись, что все в порядке, вышел наружу. Здесь тоже было очень тихо: ни аномалий, крушащих все вокруг, ни мутантов не было видно. Выжившие защитники базы потянулись вслед за Лумом из подвала. В полной тишине поднимались они по ступенькам, держа наготове оружие, озираясь по сторонам. Лум направился к периметру. Поднявшись на один из уцелевших контейнеров, сталкер приставил бинокль к глазам. Остатки мутантов разбегались по окрестностям: псы и кабаны, химеры и мимикримы – все что есть сил устремились обратно в лес.

– Что аномалии? – внизу рядом с контейнером стоял бармен.

– Чисто, – ответил Лум.

– И небо, гляди-ка, какое чистое… – задумчиво вымолвил Клоп.

* * *

Генерал снял трубку и нажал кнопку вызова. Долго никто не отвечал, но командир «Пепла» терпеливо ждал. Наконец в динамике зашуршало, и чей-то голос удивленно произнес:

– Алле?

– Томаш? – прикрыв трубку рукой, вполголоса спросил генерал.

– Томаш мертв, – помолчав, ответил голос.

– А Карцер? Карцер жив? Кто говорит?

– Виталик.

– Какой еще Виталик?

– Крест.

– А кто за старшего? – сжав трубку, прошептал генерал.

– Никого. Здесь никого не осталось, кроме меня…

Генерал тяжело опустился на стул.

– Алле! Алле! Вы меня слышите? – шуршала трубка.

Но генерал не слышал. Уставившись в пустоту, он сидел, бессильно опустив голову. Мысли его витали где-то далеко.

* * *

– Допустим все, что ты рассказал сейчас об Оке, – истинно. Но зачем Кюри убивал владельца артефакта? Из садистских побуждений?

Они расположились на возвышенности, неподалеку от Станции, подставив лица теплым лучам солнца. На коленях Вайс держал массивную винтовку, обнаруженную в том подвале Айкером. Чуть в отдалении, чтобы не мешать беседе, сержант с солдатами организовал походный костерок. На перекинутой через рогатины палке висел котелок, в котором что-то весело булькало. Солдаты шутили и смеялись, подкалывая раскрасневшуюся от обильного мужского внимания Глорию.

– Совсем нет, – помолчав, ответил Егор. – Охотник устранял помеху. Одну из причин раскола Ока и образования Зоны. Если вкратце подытожить ту информацию, что я получил, то наше общество должно стабильно развиваться и эволюционировать с течением времени. И единственной причиной выхода Ока наружу и его раскола – является застой в развитии, который может быть вызван только искусственно. Ты знаком с теорией всемирного заговора?

– Да, кое-что слышал. Будто бы всей планетой в личных интересах управляет горстка людей.

– Так вот, она отчасти верна! Не обязательно существование какой-то тайной организации, вполне может быть так, что и связи между этими людьми нет. Однако можно точно сказать, что в высших кругах всегда будут те, кто станет всячески мешать эволюции науки и общества, потому что это невыгодно с точки зрения бизнеса. По их вине происходит торможение прогресса. Попробуй вспомнить, что нового было изобретено за последние пятьдесят лет? Впрочем, можешь не утруждаться. Я и сам знаю, что практически ничего. Научно-техническая революция, стартовавшая в первой половине двадцатого века, была умело направлена по экстенсивному пути развития: бездумное совершенствование и удорожание того, что было изобретено несколько десятков лет назад. Новые красивые кнопки на стиральной машине, еще более черный и плоский экран телевизора, умный пылесос с выходом в интернет, фен для сушки одновременно трех причесок и так далее. Это все то, что абсолютно бесполезно с точки зрения технического прогресса, но этим полон мир. Тупиковая ветвь, превращающая популяцию людей в стадо овец. И Око, суть которого заключается в организации правильного и гармоничного развития общества, распалось. Распалось с целью – найти и устранить помехи.