Алмазная реальность - Виктор Бурцев

– Второй вашей громкой акцией можно считать вчерашний ввод войск России на территорию Украины.

– Как мы уже неоднократно объясняли, это не было военной акцией. Строго говоря, это даже не ввод регулярной армии, а спецоперация, в которой принимают участие спецслужбы.

– Какие конкретно?

– Заинтересованные… В том числе спецназ Службы внешней разведки. Службы Тьюринга и Особая дивизия имени генерала Романова. Эта спецоперация ни в коей мере не ставит целью аннексию какой-то части Украины. Это – упреждающий удар с целью не допустить распространения опасного психотропного оружия, которое в данный момент находится на территории Украины.

– По имеющейся у нас информации, поступившей из Службы Тьюринга, уничтожение штаб-квартиры секты «Увидевшие свет» в России было первым этапом, а десант в Сумах и захват руководства секты «Край» – вторым. Как вы можете прокомментировать это утверждение?

– Я вообще не сторонник религий и сект, особенно тех, которые принято называть тоталитарными. Не знаю, что там наговорили ваши информаторы из Тьюринга, но у нас были серьезные опасения в отношении воздействия этих сект на население. Обе секты ставили перед собой весьма мрачные цели. Я думаю, в ближайшем будущем будут преданы огласке соответствующие документы, а пока необходимо закончить спецоперацию.

– Каковы потери на текущий момент?

– На 12.00 по московскому времени мы потеряли восемь человек убитыми и одиннадцать ранены. Потери противника – около восьмидесяти убитых, несколько раненых. Сдаваться они не собираются. Это, кстати, и есть один из эффектов воздействия того самого психотропного оружия, о котором я сегодня уже говорил. Это настоящие камикадзе, поэтому вести боевые действия, к тому же в условиях города, довольно трудно.

– Ваш прогноз на ближайшее время?

– Я уверен, что это дело трех-четырех дней. Конечно, отдельных членов секты мы будем вылавливать еще долго, но основную массу и особенно руководство должны нейтрализовать уже на днях. Правительство Украины оказывает посильное содействие, сейчас они организуют лагеря для беженцев.

– Хорошо, что вы сказали о беженцах. По нашей информации, за последние сутки Сумы покинули около пятидесяти тысяч мирных жителей.

– Да, и на блокпостах ведется тщательный контроль. Представители Красного Креста уже работают на месте создания лагерей, так что за беженцев волноваться не стоит. Я думаю, мы еще не раз вспомним эти дни и порадуемся, что избежали очень большой беды…

25. МАРТИН МЫЛЬНИКОВ

Частное агентство «Акварис»

– Когда очнется-то? – спросил я у парня, который делал Таманскому укол.

– Как бог распорядится… – не совсем обнадеживающе отозвался он.

– Не понял?..

– Типа шутка, – ответил парень, диковато осклабился и загыгыкал.

Ничего себе личность. Почему-то мне припомнился старый-престарый американский мультфильм про двух дегенератов со странными именами Бивис и Батхед. Этот парень в вертолете явно смотрел сей сериал и принял его близко к сердцу.

– Слушай, баклан, – с волками жить – по-волчьи выть. – Если этот чувак откинется, я твои шары тебе в пасть заткну. И заставлю проглотить. Внятно излагаю, упырь?!

Произведенный эффект был силен. Начинающего Батхеда омыла волна вполне ощутимого счастья, он понял, что попал в свою компанию, и теперь смотрел на меня совершенно влюбленными глазами. За судьбу Таманского можно было не беспокоиться.

– Как считаешь, он очень удивится, когда обнаружит, что стал кибером? – спросил Шептун.

– Без понятия… – ответил я, глядя, как Батхед достает из специального отделения искусственный сустав и предплечье. – Он столько бабок огребет за этот репортаж, что потом себе новую руку купит. Человеческую.

– Да ну, хреновина какая, – отозвался Шептун. – Зато искусственная не болит… И не устает почти. Плюсов гораздо больше, чем минусов.

– Кому как… В тебе хоть кусочек мяса остался?

– А то! Конечно, остался… Я что тебе, робот?

– А в чем разница? – спросил я, вдруг ощутив, что кроме нелюбви к людям, к «мясным», в киборге просыпается и другое чувство. С этим чувством в колониальной Америке люди с белым цветом кожи произносили слово «черный».

– Робот – это вообще… не человек. Ты и не видел, до чего доходит…

– Видел. – Я вспомнил, как в учебке нас водили в спецтюрьму… В одной из камер сидело существо, отдаленно напоминающее человека. А рядом, на стенке, была вывешена фотокомпозиция, иллюстрирующая процесс захвата этой твари. И список погибших.

Это было давно.

Шептун посмотрел на меня внимательнее:

– Верю… Так вот, Мартин, робот… Это совсем другое дело. Понял?

– Но киборги себя тоже к людям не причисляют. Часто…

– Это все ерунда, приятель. Просто мелочи. Незначительные разногласия – по сравнению с тем, какая разница, какая пропасть лежит между нами и теми, о ком мы говорим. Любой ИскИн больше человек, чем робот…

– Да уж… – сказал я, и мы замолчали, наблюдая за операцией. Батхед ловко прилаживал искусственный сустав. Крови почти не было.

Ловкость его рук наводила на мысль, что доктор тоже киборг. Я присмотрелся повнимательнее…

Батхед почувствовал мое внимание, посмотрел в мою сторону и подмигнул. Весело так. Не переставая работать руками…

– Разногласия между киберами и людьми на самом деле суть искусственные, – продолжил тему Шептун, – Уже сейчас грань начинает понемногу стираться, процесс сглаживания углов не остановить. Еще несколько шагов в сознании, и процесс кибернизации станет государственным делом. Если… Если у нас сегодня ничего не получится.

– Получится, – уверенно ответил я. – Должно получиться…

– Не знаю… Столько мы шума наделали. Да и ставки уж слишком высокие.

– Высокие, – согласился я. – Ну и что?

– Хех, – Шептун усмехнулся. – Легко тебе жить, честное слово. Сомнений не знаешь…

– Если бы… – тихо сказал я.

– Что там эти?.. – кивнул в сторону кабины Шептун.

– Тишина. Сканируют наши системы, – ответил пилот-оператор, худощавый парень, лет тридцати, по имени Юра.

– Успешно?

– Некорректный вопрос, – ответил Юра и снова обратился к своим приборам.

– Кстати, а чего мы ждем? – спросил я.

Шептун посмотрел на меня, словно через стекло… Далеко вдруг оказался от меня Шептун. Где-то за тысячи и тысячи километров. Черт его знает, может быть, так оно и было. Шептун слишком сложная система, чтобы быть уверенным, что знаешь, о чем он думает, где в данную минуту находится.

– Не время еще… – ответил мне издалека Шептун. – Артема мы ждем…

– Понятно… – сказал я. – А почему все еще специалистов не видно? Не врубаюсь я…