Быстрые перемены - Вадим Панов

Май 1771 года, Кавказ

Студенты Квинтус и Монтус сидели, развалившись в густой душистой траве на склоне горы Машук, и пили местное терпкое вино. На много вёрст вокруг открывалась дымчатая даль, воздух был зноен и пахуч. Неподалёку от эрлийцев валялись две холщовые сумы, из которых торчали замусоленные учебники. По одному из них неторопливо полз муравей. Название книги гласило: «Современные наставления молодому лекарю-магу века XVIII». Молодые лекари-маги должны были сейчас находиться на занятиях в эрлийской обители, но решили провести погожий день поприятней. Благо открывать порталы, хоть и не очень уверенно, они научились.

Низенький и пухлый брат Квинтус лениво жмурился, как сытый кот, на яркое солнце, периодически прихлёбывая из потёртой фляги. Длинный и худощавый Монтус с горящими глазами сообщал Квинтусу новую секретную задумку, сильно размахивая руками:

– …У сего Боригора деньги точно водятся! Там и поместье, и скакуны, и лавка бакалейная с доходом, и ассигнации… А карета! Вся в золоте!

– Любопытно! – одобрил Квинтус.

– Так вот. Я с ним в трактире ненароком беседу завёл, познакомились, люд мне всю свою трагедию и выложил. Он весьма влюблён в фату Светозару. А та, вишь, нос воротит. Сей люд так измучился и исстрадался, что готов любую награду дать тому, кто заставит фату сменить гнев на милость и пасть в его объятья, – победным тоном объявил Монтус.

– Но мы ж приворотными зельями не занимаемся, – неуверенно проговорил Квинтус.

– Правильно, – Монтус довольно захихикал и отхлебнул из фляги. – Я предложил сему люду субстанцию понадёжней.

– Что-то я заранее опасаюсь, – проворчал Квинтус. – Опять ерунду сотворим.

– На сей раз всё исправно будет, вот увидишь!

– Ну, растолкуй, – недоверчиво проговорил брат Квинтус.

– Боригор любит Светозару. А ей дороже всего – как я разведал – своя красота и молодость. Словом, постареть страшится. Разумеешь? – хитро прищурился брат Монтус.

– Инжекции чудесной красоты, что ли, нужны? Я в них не смыслю.

– Инжекции, какие можно, Светозара сделала, – отмахнулся Монтус.

– И?

– Уже не действуют, – развёл руками Монтус. – Тут особо крепкое омолаживающее зелье требуется. Его нигде ни достать, ни купить, кроме как у нас – это я так Боригору растолковал, – а он, от страсти разум потерявший, поверил. Выгоду чуешь?

– Ой, не томи, выкладывай, – капризно потребовал Квинтус.

Долговязый с готовностью продолжил:

– Изволь! Творим снадобье. Продаём Боригору. Люд дарит его Светозаре. А она ему – узрев действие зелья – свою э-э… дамскую признательность. И все довольны! У них – амуры, у нас – первый доход. Можно столько всего купить на эту прорву денег!

– Постой, постой. А как ты собираешься зелье творить?

– Ну уж не я, а ты. – Монтус посмотрел на приятеля чистыми голубыми глазами. – Моё дело план составить, а твоё – исполнить. Свою часть предприятия, получается, я уже выполнил.

Несмотря на объёмы, брат Квинтус легко вскочил на ноги. Его красные от жары щёки вздрагивали от возмущения:

– Ох и шельма ты!.. Опять на меня всё свалить хочешь? Будь благодарен, я наставникам не доношу. Пойду-ка от греха подальше, целее буду.

И действительно – брат Квинтус решительно зашагал прочь, гордо вздёрнув полный подбородок. Долговязый брат Монтус вскочил и побежал за другом, сильно сутулясь.