Искатели странного - Анатолий Андреев

— Остановись! Я приказываю Тебе стоять! Ты не можешь наносить вред людям!

Робот замедлил движение, но тут истерически завизжал, запрыгал человечек у стены:

— Возьми его! Возьми!

Робот снова пошел на Грега. Грег медленно отступал, ловя малейшие движения робота. Робот поднял руки, намереваясь схватить его. Грег моментально уклонился и нанес правой рукой сильнейший удар по корпусу робота. Удар не причинил тому заметного вреда, но массивный корпус робота заметно покачнулся. Громко ахнул Эл, в неестественном напряжении воли уселась и пыталась подняться на ноги Дженни. Вновь робот пошел вперед, и снова Грегу удалось избежать захвата, нанеся удар. И этот удар, гулко отозвавшийся в безмолвии притихшего помешения, не только не остановил чудовище, но даже не замедлил его продвижение.

Все присутствовавшие затаили дыхание. Слышались только мерная поступь робота, тяжелое дыхание Грега да тяжкие удары человеческих кулаков в силиконовую плоть монстра. Уже выявился рисунок противоборства — человек, значительно уступая в весе и в силе, изо всех сил стремился избежать захвата, понимая, что этим схватка и закончится. Робот же, не обращая внимания на удары, шел вперед, не оставляя механических упорных попыток добраться до человека, поймать его. Казалось, положение безнадежно для Грега, и он не оставляет сопротивления только из тупого упрямства.

Вот из уст маленького человечка в белом халате, напряженно следящего за поединком, вырвался восторженный вопль — медленно отступающий Грег коснулся спиной стены. Справа от него стояла двухметровая стойка с реанимационной аппаратурой, а спереди, широко расставив руки, надвигался робот. С невообразимой, невероятной быстротой Грег метнулся вперед, поднырнув под руку чудовища. Робот успел ухватить его за плечо — кончиками пальцев — и теперь подтягивал его к себе, без усилий погасив инерцию его броска. Внезапно Грег, оттолкнувшись от пола, резко выбросил тело вверх. Робот погасил и это движение, продолжая удерживать противника за плечо. Но этот маневр Грега приблизил его к роботу вплотную, и в следующее мгновение его напряженное тело распрямилось, как соскочившая со стопора пружина. Обеими ногами он с такой силой ударил в грудь робота, что казавшийся железным захват не выдержал. Раздался треск рвущейся ткани, клочья пижамы остались в руке робота, а Грег мягко приземлился на пол в двух метрах от врага, тут же повернувшегося и вновь возобновившего движение. Грег одним резким рывком оборвал и бросил на пол стеснявшие его остатки рукава пижамы. На обнаженном плече медленно наливались красным четыре полосы — следы пальцев робота. Все вернулось в первоначальное положение.

Противников уравнивало то, что при всей силе своих кремнийорганических псевдомышц, при всей своей электронной скорости реакции, робот чуть-чуть запаздывал в движениях. Здесь на Грега работали законы механики: пусть робот принимает решения мгновенно, пусть электрические сигналы на мышцы приходят без запоздания, но инерция массивного тела была все-таки слишком велика! Для того чтобы сменить направление движения руки, требовалось время, какие-то доли секунды, которых хватало Грегу, превратившемуся в превосходную боевую машину. Он не тратил эти доли секунды на расчеты, он словно предугадывал все действия противника, поэтому он безнаказанно успевал сделать обманное движение, уклониться от страшного объятия врага и нанести удар. Любого живого соперника удары такой силы отправили бы на тот свет, на этого же не оказывали заметного воздействия. Конечно, они заставляли содрогаться его корпус, заставляли откачнуться или даже отступить на шаг, но повредить ему они, по-видимому, не могли. Грег все-таки не оставлял своих бесполезных попыток, его удары не стали слабее, они следовали один за другим с убийственной размеренностью. В самой их методичности было что-то нечеловеческое. Руки Грега были сбиты и оставляли на корпусе робота кровавые пятна, но на силу ударов это не повлияло. Уже в самом факте, что безнадежная вроде бы борьба затянулась и идет без малейшего перевеса, было что-то вселяющее трепетное упование на иной исход событий, чем предначертанный самой судьбой, заставившей меряться силами хрупкого человека и могучего, злобного нечеловека. Злобного не по природе своей, злобного в силу ожесточенности другого человеческого существа, его больной психики, его искаженного восприятия окружающего мира, сумевшего навязать свой уродливый взгляд на мир роботу, оказавшемуся беззащитным перед человеческими жестокостью и хитростью.

Тем временем ход боя неожиданно изменился. Бойцы кружили по комнате, в какой-то момент сзади робота оказался опрокинутый и разбитый реанимационный агрегат. Грег тут же словно взорвался. Взлетев в воздух, он с разворота ударил ногой в голову робота. Удар оказался такой силы, что робот попятился, споткнулся и с грохотом упал. Без промедления он начал подниматься, но Грег уже вновь взлетел вверх и, совершив сальто в воздухе, всей массой припечатал голову робота к пластику пола. Как резиновый мячик, он тут же отскочил в сторону, и вовремя: ручищи робота взметнулись и сомкнулись в воздухе, на долю мгновения опоздав схватить Грега. Грег приземлился прямо в лежащий на боку прибор и, пока он из него со звоном выбирался, робот уже оказался на ногах. Голова у него оказалась повернута под неестественным углом, он шел на Грега, слегка покачиваясь. Со зрением, видимо, у него тоже было не в порядке — он то и дело натыкался на обломки предметов на полу. Но и Грег оказался на пределе сил. Движения его замедлились, и если бы не нарушенная координация робота, ему бы уже несколько раз не поздоровилось.

Виктор, поднявшийся на ноги и бережно поддерживающий вывихнутую руку, сдавленно выдохнул:

— Добей его! Добей его, пока он на один глаз слепой!

А у Грега сил хватало только на то, чтобы удерживать робота на расстоянии — пусть поврежденный, он оставался тем не менее смертельно опасным. Развязка наступила совершенно неожиданно. Майк, лежавший до сих пор ничком на полу, зашевелился, подтянул под себя ноги и встал на четвереньки. Секунды две-три он внимательно изучал обстановку, затем с явным усилием встал на ноги, сделав два коротких шага, подобрал с пола злополучный штатив для капельниц — когда он наклонялся, его здорово мотнуло в сторону, — затем деловито приблизился сзади к роботу и с ходу нанес удар тяжелым основанием штатива. Робот прекратил преследование Грега и медленно — что-то там у него все-таки оказалось повреждено — начал поворачиваться к новому противнику. Как раз когда он завершил поворот и оказался лицом к лицу с Майком, тот уже размахнулся и следующий удар своей импровизированной палицей нанес прямо по окулярам фотоприемников робота. Сергей и очнувшийся, но сидящий пока на полу, Элмер, в один голос сочувственно ахнули. Несмотря на всю напряженность ситуации, робота было жалко.

Искалеченный робот замер, постоял немного неподвижно, затем медленно стал продвигаться вперед, совершая руками ищущие движения. Что-то он все же видел, поскольку рухнувшую на пол реанимационную стойку сумел обойти, лишь слегка зацепившись ногой.

Воздух прорезал напряженный крик сумевшей наконец сбросить с себя сонную одурь Дженни:

— Да сделайте же что-нибудь! Хоть что-то сделайте!

Грег невероятным усилием воли подчинил себе измученное тело и нанес стоящему вполоборота к нему роботу несколько ударов такой силы, что силиконовые шейные сочленения не выдержали. Голова робота беспомощно повисла на неестественно вывернутой шее. Очевидно, поврежденными оказались и размещенные в голове датчики, потому что он замер, затем неуверенно сделал полшага вперед и медленно, заваливаясь набок, опустился на пол.