Планета под контролем - Илья Новак

– Тогда приступайте, – сказал командор.

Кивнув, Динас Форте шагнул в дверь. И когда он выходил, впервые – действительно впервые в его жизни, он сам с удивлением понял это, – его губы изогнулись, но не в привычной гримасе, а, наоборот, уголками вверх.

* * *

– Как это называется? – спросила Глата, когда он отпустил ее.

– Что? – Кренчик отключил ранец и встал на ноги, оглядываясь.

На склоне горы находился широкий, заросший травой выступ, куда они опустились. Ниже простиралось глубокое узкое ущелье, виднелся край поля кренча. Ущелья, склоны, долины и распадки – все было накрыто легким тюлевым покрывалом света. На небе проплывало одинокое облако, и лишь вдалеке, у горизонта, угадывалась темная полоса туч. Воздух все еще наполняла влага, теплый ветер, налетая порывами, трепал волосы ренши. Далеко под ними на пологом склоне соседней горы виднелись фигурки половинок.

– Вот это… – Она махнула рукой, раздвинув пальцы, словно пытаясь зачерпнуть воздух, и пошевелила губами, не в силах выразить свои ощущения. – Это… это не вещь. Как же сказать? Этот… цвет? Я не знала, что есть такой. Как я могла раньше никогда его не видеть? Как такое может быть? Все небо такое!

– Синий, – сказал Бет-Зана. Он тоже не понимал, как могло быть, чтобы она не видела этого раньше, но, в отличие от Глаты, ничему не удивлялся.

– Послушай… – Бет-Зана глянул вверх, на вершину горы, возле склона которой они опустились. – Ты недолго побудешь одна?

– Я хочу есть, – ответила ренша.

– Я тоже. Скоро ты сможешь попробовать такое, чего никогда раньше не пробовала. Я быстро. Сиди здесь, я сразу же вернусь.

Ранец поднял его к вершине, возле которой, удерживаемая газовыми струями, висела «пиранья». Люк в верхней части был открыт – его ждали. Бет-Зана скользнул внутрь. Он снял ранец; куски прикрывающей его пластиплоти, начавшей уже шелушиться и желтеть, упали на пол. Бет-Зана прошел в рубку, где в пилотском кресле сидела ящерица-круля, а рядом расположился очень толстый мальт, и устроился в третьем кресле. После того как он вспомнил все подробности плана, в котором согласился участвовать лишь потому, что его эго погибало после нескольких неудачных попыток обрести постоянную доминанту, теплых чувств к этим двоим, изображающим когда-то принятых в Клубок лекарей, он не испытывал.

– Выглядишь ты теперь неплохо. Все нормально? – спросил Зонди Брег, старший оперативник диверсионного отдела Кризисного бюро Призма-12. – В стратосфере мы видели один поплавок. Несущая часть еще висит, но все внутренности будто выгорели. Похож теперь на взорвавшегося моллюска. Да, мы спешим…

Круля, одна из многочисленных внучек хозяина Кризисного бюро и младшая оперативница того же отдела, молчала, сосредоточившись на управлении. «Пиранья» медленно полетела вдоль склона.

– Почему спешим? – спросил Бет-Зана.

– Только что Лорд выходил на связь. На Крокусе кланы глостеров обложили Меловую Гору. У них конфликт с малекулянами, а те на перемирие никогда не пойдут. Алголь беспокоится о своих вложениях. Да еще Фантазм этого максвелонитского психа ди Кога опять принялся создавать призраки. Надо уладить это.

– Но только забрав ее, – возразил Бет-Зана.

Мальт грузно повернулся в кресле и уставился на него. По краснощекому, заплывшему лицу трудно было о чем-то догадаться, но казалось, он ведет сам с собой внутренний спор.

– Ты оказался слишком ценным работником, – наконец произнес Зонди Брег. – И потом, тебе не понравится здесь. Ты побывал среди звезд, представь, каково будет на Глифе после всего этого? Да и деньги в тебя вложили большие. Здесь я тебя не оставлю.

– Значит, мы должны взять ее с собой, – заключил Бет-Зана.

– А она, наоборот, привыкла к Парнику. Она не сможет адаптироваться к технологиям Оси. Ей лучше остаться. Она не будет счастлива там. Подумай над этим, прижива… или как теперь называть тебя?

Бет-Зана не зарычал, как сделал бы раньше, – все это осталось в первой и второй фазах.

Он рассудительно сказал:

– Это невозможно. Если ты скажешь ей… – он кивнул на спину крули, – чтобы она улетала, я вас задушу. Вы, мальты, сильные, она – прирожденная убийца, но я задушу вас обоих и попытаюсь посадить корабль, хотя и не умею управлять им. Так что лучше тебе, а не мне подумать над этим, Брег.

Зонди Брег несколько секунд размышлял, потом кивнул, признавая бессмысленность спора.

Раздался сигнал, мальт потянул к себе каплю динамика на тонком проводке, некоторое время слушал, затем, крякнув, сказал:

– Ха! Только что «Эгибо» разлетелась вдребезги. Ядерный взрыв средней силы. Когда вы дрались там, в пещере, я видел через наш зонд, как трое успели проникнуть в челнок. Кажется, акрулос, контрабандист и какой-то купец. Видимо, кто-то из них прожил достаточно долго, чтобы попасть на станцию. Халгане оставили там ловушку для таких гостей, а?.. – Он скомандовал круле: – Ладно, опускайся за ней. Кстати, ты не заметил, что это за зонд болтался рядом с нашим? Если я все правильно понял, мы действовали тут не одни.

* * *

Ренша Тес сказала, глядя на дзена большими зелеными глазами:

– Он бросился на дикого и прокусил ему горло. Просто загрыз, понимаешь? – Она всплеснула руками в ужасе, но чувства ее не были глубоки, и улыбающееся лицо вновь склонилось над лежащим на спине Кааном. – И он привел нас сюда, на этот выступ, куда не добралась вода. Он все время говорил, что ты – его старший брат, и он принял от тебя какую-то мисси… мис-сию. Ешь, если ты Властный, то должен есть это… – Тонкие пальцы вновь коснулись его губ и просунули между ними клубень.

Каан раздавил его языком о небо и проглотил. Кренч был абсолютно безвкусным, но дзен надеялся, что это, по крайней мере, поможет ему быстрее прийти в себя.

– А потом он лег, – продолжала Тес. – Закрыл глаза и заснул. Просто заснул и, когда мы попробовали разбудить его, не проснулся. Как же он может быть твоим младшим братом, если выглядит таким… таким… – Она замолчала, потому что в ее лексиконе не было словоформы «старость».

Приподняв голову с ее колен, Каан покосился в сторону, где на траве лицом вверх лежал мертвый Архуда. Кажется, его сердце просто остановилось – может быть, он даже был счастлив перед смертью, потому что все еще улыбался.

Кренчики о чем-то галдели, бегая друг за другом по склону. После адептов Конклава Света, диких глифанов с их пиявками, пиратов, клонов и халганского хана, после всего этого они казались Каану воплощенным добром. Но ведь их создали халгане – получалось, добро существовало лишь постольку, поскольку существовало зло. Или нет? Мозги Каана не были приспособлены к подобного рода философии. Он подумал: смогут ли кренчики стать прародителями новой расы, лишенной агрессии, злобы и склонности к насилию – но при этом полноценной?

– Он называл тебя то Властным, то Каанцей, то мис-сией, пришедшим, чтобы спасти нас, – лепетала Тес. – Говорил, что ты – гордость глифанов, в их таборе был один с таким же, как у тебя, лицом, и деда его звали Каанцей. Кто ты? Властный, правда?