Метро 2033: Право на месть - Денис Шабалов

– Огонь! – не раздумывая больше, скомандовал Добрынин. Какой толк тишину соблюдать, если противник уже в курсе, что у него гости. К тому же у них задача не по скрытому проникновению. Задача – народу как можно больше положить, охрану продавить и бронепоезд в часть провести.

Сзади тут же ударили залпом несколько стволов, длинными очередями на полмагазина – и длиннющей очередью из своего ПКМ всадил Немой. Ударили, затихли – и сразу же через секунду захлопали гранаты. Кажется все…

– Отработано, – подтверждая, послышался в наушнике голос Немого. – Меняем позицию!

Молодцы ребятушки, грамотно… Отстрелялся, вскрылся – и тут же ушел в другое место, пусть даже на пять-шесть шагов в сторону. Иногда и эти пять шагов жизнь спасают.

– Внимательно по сторонам смотрим, внимательно! – обозначился Добрынин. – Не расслабляемся! Нащупали нас, сейчас могут еще пойти! Сидим ждем!..

Сам тоже не зевал, исследуя взглядом чащу леса на предмет инородных предметов. Вертел головой вправо-влево, скользя взглядом по контролируемому сектору… Только так ненормальности в лесной растительности и различаешь. Пятно более темное, чем остальные… движение ветви или кустика резкое, несвойственное… тень ли странная, движущаяся не так как нужно, вразрез с остальными тенями… на все эти вещи глаз был наметан, вычислял и выхватывал на раз. Натренировался, пока назад по тайге шлёпал. Это вам не городские джунгли, в лесу глаз-алмаз нужен! Народу нынче много, кому охота имущество одинокого путника экспроприировать. Сначала на корм мутировавшей фауне чуть не пошел, потом в засаду влип – и после таких приключений как-то быстренько опыта набрался.

Тут хитрость такая есть… В одну точку смотреть нельзя, взгляд должен скользить, хватать общую картинку. Периферическое зрение должно работать. Туннельное зрение – это не только медицинский термин. Это еще и такое состояние бойца, когда он в стрессовой ситуации видит только цель прямо перед собой. Только ее и ничего больше, только ее контролирует, на ней фокусируется, только с ней и работает. И не видит вторую цель, которая в десяти шагах левее первой появляется. И это – все, это конец, если ты в своем секторе противника не контролируешь.

Следующие часа полтора прошли в тишине и спокойствии, хотя Добрынин и ждал хоть какого-то подвоха. Вокруг никто не шастал, демаршей не совершал. Данил выслал вперед Батарея, максимально осторожно прогуляться по местности – и спустя час Пашка, вернувшись, доложил, что наткнулся на сам укрепрайон. Обнаружил два ДЗОТа, снайперские позиции и укрепленные мешками окопы. Огневые точки находились прямо по курсу, чуть более сотни метров, справа и слева от железнодорожной ветки. Батарей близко не полез, понаблюдал метров с пятидесяти, высматривая в просветы между деревьями – но перемещения противника не заметил, хотя внутри укреплений явно кто-то был. Из левого ДЗОТа торчал ствол «Корда», который Пашка опознал по характерному набалдашнику пламегасителя. Из правого – что-то непонятное, но тоже крупнокалиберное, уважение внушающее. ДЗОТы были развернуты не вкруговую оборону, а только навстречу, имели по три бойницы и крыли сектора порядка ста восьмидесяти градусов по фронту. Справа и слева от каждой огневой точки виднелись укрепленные мешками с землей траншеи, уходящие в стороны и наверняка имеющие сообщение с такими же ДЗОТами по соседству. На деревьях, чуть позади огневых точек, располагалось несколько снайперских гнезд – мощные бревенчатые платформы, по краям каждой – такие же мешки с песком, до земли протянуты подвесные веревочные трассы с роликами, для экстренной эвакуации. На этом разведданные заканчивались и Добрынин призадумался, взвешивая все за и против.

Начинать штурм или нет? Или все же не стоит ломить людьми прямо в парадные двери, а лучше войти через черный ход, пока бронепоезд в парадный стучится?..

С одной стороны – Братство подготовилось к боям в этом районе. Откопаны укрепления, высажены снайпера, установлены крупнокалиберные пулеметы. Пристреляны сектора… Минные поля, минометы, достающие сюда от самого Убежища, РПГ и РПО… Если начнется штурм – заваруха будет серьезная.

Но с другой стороны – все фортификации выполнены на уровне девятого-десятого века. Земля и дерево, и ни капли бетона. Такие фортеции пулю даже седьмого калибра плохо держат, чего уж там говорить про все последующие. А у них на бронепоезде огневой мощи достаточно, чтобы все вокруг причесать. Это раз. Минирование ветки не осуществлялось, в этом Добрынин был уверен на двести пятьдесят девять процентов. Когда бы??! Паук сначала эту ветку сам планировал использовать, а потом уже поздно было – сначала здесь Батарей хозяйничать начал, а потом и Паникар все закрыл. Если и есть теперь заминированный участок ветки – то только на входе в укрепрайон, а то и вовсе позади, непосредственно у забора части. В качестве последнего средства, чтоб бронепоезд удержать. Это два. Три – живой силы тут все же мало. И подтягиваться не будет, сейчас город – важнее, Паук это понимает. Удержат Убежище – удержат и Сазань, не удержат Убежище – тогда и Сазань смысла держать уже не будет. И четыре. Лезть в часть – значит нарваться на Хранителя. Без брони, за которой можно укрыться, без тяжелого вооружения, даже и имея бутыли с напалмом… Перспективка тухловатая. И в прошлый раз подобной вылазки хватило.

Значит – штурмовать. Все же лучше с человеком в поединке сойтись, чем с этой тварью… Но штурмовать сразу, единым мощным ударом. Максимально близко подвести бронепоезд к укрепрайону, благо железнодорожная ветка отсюда и почти до самих ДЗОТов целая, хоть и заросла все тем же мелким молодняком. Сразу подавить плотным огнем, перепахать этот кусок периметра, причесать оба ДЗОТа, траншеи, отстреляться из РПО термобарическими, выжечь часть леса вместе с противником, отработать минометами по площадям, возможные минные заграждения проредить. Тут же отойти на километр-полтора-два, укрывшись в броневагонах – и пусть себе Братство обрабатывает пустой участок леса минометами в ответку. Сколько там дальность у «Саней»?.. Дайте-ка вспомнить… Семь километров? А от вокзала только до сазанской горы около шести, так что бронепоезд уже за пределами досягаемости получается…

– Движение на час, – ожила вдруг гарнитура голосом Паникара.

Добрынин аж подпрыгнул от неожиданности – слишком уж глубоко задумался, просчитывая плюсы и минусы.

– Где? Сколько?

– Численность непонятна. Справа от меня движение было. Вдоль путей идут, расстояние метров сорок. Тебе в лоб выходят.

– Приму, – отозвался Добрынин. – Паникар, Батарей, подстрахуйте с флангов. Как покажутся – сразу мне доклад, численность группы!

– Принято.

Лес в этом месте образовывал небольшую полянку, сплошь поросшую папоротником чуть выше колен. Железнодорожная ветка проходила прямо посредине, насыпи как таковой не было, бетонные шпалы были уложены прямо на землю. Добрынин, улегшись спиной плашмя, сразу же скрылся под широкими листьями, сомкнувшимися над ними зонтиком. Сменил магазин на удлиненный двадцатипатронный от ВАЛа, перевел «Винторез» в автоматический огонь, прижал его к телу, наперевес, прикладом к плечу, стволом вниз. Носками нащупал какой-то корень, зацепился…