Война с джиннами - Василий Головачев

— Я не обманываю! Если бы Лам-ка откликнулся, меня бы здесь уже не было!

Павел встал, подошел к девушке, пристально заглянул ей в глаза с расширяющимися зрачками, на дне которых плавились горечь, гнев и надежда.

— Я же сказал: только от тебя зависит жизнь Ромашина и твоя собственная. Ты должна делать все, что я прикажу!

— Никогда! — с вызовом вскинула подбородок Зари-ма.

— В таком случае я вызову сюда Ромашина и убью его на твоих глазах! А тебя отпущу. Живи, зная, что это ты виновница его смерти.

— Ты даг-акус! Подлец!

Волосатый Герман зажал девушке рот и взревел: она укусила его за палец. В бешенстве он ударом тыльной стороной ладони отбросил ее к стене.

— Дрянь! Командир, разреши, я с ней…

— Позже, — оборвал управляющего Куличенко, покачал головой. — Ты избрала неправильную тактику, сеньорита. Мы однозначно добьемся своего, разве что потеряем пару минут. А ты потеряешь все: честь, душу, жизнь. Выбирай.

Зари-ма приложила ладошку к запылавшей щеке, смерила Германа презрительно-воинственным взглядом.

— Артем убьет тебя, даг-рех!

Герман шагнул к ней, но Павел остановил его.

— Не торопись, она мне еще нужна. Итак, дикарка, ты отказываешься сотрудничать со мной? Или все же вызовешь своего трусливого защитничка?

— Он не трус! Он ребенок! Твой Демон хотел задавить его!

— Он хотел только скорректировать программу. Впрочем, это неважно. Будешь вызывать Лам-ку?

— Я пытаюсь! — выкрикнула Зари-ма простодушно, со слезами на глазах. — Он не отвечает! Демон убил его! — Она всхлипнула.

— Дай я с ней потолкую, — предложил Герман с гадкой улыбкой. — Она станет как шелковая.

— Внимание! — раздался в кают-компании мягкий голос инка. — В радиусе пятисот мегаметров замечены пять неопознанных объектов, использующих режим «инкогнито».

Павел и Герман переглянулись.

— Кажется, нас вычислили, — бесстрастно проговорил Куличенко. — Ромашин обманул меня.

— Но они не должны знать, где находится база! — воскликнул Панк. — Никто не должен знать! Строители уничтожены, документация тоже…

— Иди, готовь арсенал. Придется дать федералам урок. Я хотел закончить сначала с этими глупцами, вставшими на пути, обезвредить недозревшего «джинна», однако этим можно заняться и позже. Ну что ж, господа, начнем!

Павел взял Зари-му под локоть и повел, невзирая на ее сопротивление, в пост управления базой. Там он одним движением швырнул полюсидку в кресло, наставил палец:

— Сиди тихо и смотри! Сейчас я разделаюсь с этими кретинами из погранфлота, а потом займусь Ромашиным и тобой.

Герман сел в одно из кокон-кресел, рядом с креслом оператора, запеленался. Павел остался стоять посреди небольшого круглого зала поста, стены которого представляли собой панорамный виом. В настоящий момент они слегка светились изнутри как пчелиные соты, но стоило Павлу послать мысленный приказ включить обзор, как стены растаяли, и помещение объяла глубокая, подчеркиваемая иглами звезд, черная бездна. Стали видны бледные мерцающие облачка, плавно перемещавшиеся среди неподвижных звезд. Это были такие же астероиды-плутино, освещенные более крупной звездой — Солнцем, что и использованный Павлом для маскировки базы.

Внезапно звездная полоса Млечного Пути исказилась, будто между ней и зрителями пролетела некая прозрачная вуаль. Эта вуаль накрыла астероид со всех сторон, и в зал с волной холода просочился сгусток тьмы, оформившись в прозрачно-зыбкое подобие человеческого тела.

— Оскар, друг мой, — сказал Павел небрежно, — к нам пожаловали нежданные гости, надо их пугнуть так, чтобы остальным неповадно было совать сюда свой нос.

Глыба текучего воздуха заискрилась изнутри и втянулась обратно в стену зала, растворилась в темноте. По звездам снова пробежала волна искривления: прозрачная тень Демона унеслась в бездну космоса, спеша выполнить директиву хозяина.

Прошла минута, и вот среди немигающих звездных игл вспыхнули один за другим три ярких язычка пламени. Тьму прорезали лучи света, радужные искры, паутинки синих и зеленых молний, неэффектные из-за большого расстояния: боевой робот гиперптеридов начал бой с кораблями пограничников, занявшими позиции в полумиллионе километров от астероида с базой. Однако силы были далеко не равными. Бой закончился так же быстро, как и начался. Передовые силы землян были уничтожены в течение минуты.

— Порядок, — удовлетворенно сказал Павел, оглядываясь на застывшую с кулачками у груди пленницу. — Они получили неплохой урок, пусть усваивают. Итак, сеньорита, где же твои друзья? Почему они не спешат тебя выручить?

Зари-ма покачала головой. В глазах ее стояли слезы.

— Ты… Мраг-Маххур! Тебя ждет карм… ад!

— Гера, пошли кольцевое сообщение, — повернулся к помощнику Павел. — Если Артем не ответит мне в течение получаса, я скормлю его принцессу «джинну».

Герман Панк, запеленутый в полупрозрачные лепестки кокон-кресла, ответил коротким кивком, посылая в сеть связи спецслужб Солнечной системы непеленгируемую передачу.

Внезапно словно иней осыпался с потолка зала — в воздухе замелькали снежные иголочки. Похолодало.

Зари-ма широко открыла глаза, веря и не веря собственным ощущениям.

— Лам-ка?..

Между кокон-креслом операторов и Павлом Куличенко возник прозрачно-текучий вихрик и превратился в…

* * *

Артему стоило огромных усилий убедить Лам-ку в том, чтобы тот не отвечал на вызовы Зари-мы. «Щенок-джинн» не понимал его, сердился по-своему, окуная собеседника в «ледяную воду» своих нечеловеческих эмоций, уходил и возвращался, но все же в конце концов понял, что от него требуется, и подчинился. После пятиминутного контакта с ним Артем отходил два часа, прежде чем восстановил силы и успокоил растревоженную нервную систему.

Еще труднее было уговорить Лам-ку познакомиться с моллюскором. Здесь уже заработали его инстинкты, то есть императив-программы, записанные на генетическом уровне и не зависящие от воли самого Лам-ки, а тем более — от желания человека, пытавшегося его успокоить. Лишь опыт и воля Селима фон Хорста, внедрившегося в психику моллюскора, позволили не допустить конфликта между боевыми роботами негуманоидов, каждый из которых отстаивал точку зрения на мир своих создателей.

Лам-ка «облаял» моллюскора, но «кусаться» не полез.

Сверхробот иксоидов «занес ногу», чтобы ударить «щенка», но не ударил, с помощью Селима оценив ситуацию.

Они не подружились, но и, благодаря терпению и настойчивости людей, не стали врагами, создав небывалый прецедент мирного диалога между представителями антагонистически настроенных цивилизаций, миллионы лет назад уничтоживших друг друга.