Дунайские волны - Александр Харников

Цены на услуги этих работников были просто невероятными – биндюжники запрашивали за то, чтобы довезти товар от склада до гавани, 75 копеек серебром за четверть пшеницы. На фуру помещалось до 20 четвертей (около 100 пудов). В XIX веке даже рассказывали легенду о серебряной биндюге на золотых колесах, которую биндюжники заказали в складчину для «короля биндюжников» – в качестве трона.

Хлебный сезон заканчивался в ноябре, и к началу декабря ажиотаж прекращался. Поэтому остальное время биндюжники возили обычные грузы по обычным расценкам, зачастую забираясь со своими биндюгами в Киев, Винницу и Крым. Так что биндюжников вполне можно назвать прообразом современных дальнобойщиков.

Само собой, не брезговали они и контрабандой. Целые вереницы биндюг с контрабандными российскими грузами тянулись на особый причал на Фонтане, где корабли приставали заправиться родниковой водой. Именно там долгое время происходил взаимовыгодный обмен «левым» товаром.

Не чурались биндюжники и того, чтобы при отсутствии контракта подрабатывать на погрузке в порту. Благодаря этому название «биндюжник» со временем распространилось и на грузчиков. А учитывая любовь и самих биндюжников и грузчиков к крепким выражениям, не вызывает удивления то, что слово «биндюжник» вскоре начало означать просто «грубиян». Однако произошло это уже в XX веке, когда биндюжники исчезли, уступив место грузовикам.

31 октября (11 ноября) 1854 года.

Санкт-Петербург Подполковник Смирнов Игорь Васильевич, заместитель начальника Службы безопасности Эскадры по контрразведке

– Ты уверен, что это Шендзеляж? – спросил меня Андрей Березин, рассматривая фотографию. Андрей – это начальник СБЭ, ответственный в первую очередь за внешнюю разведку, он же – советник Министерства иностранных дел и доверенное лицо императора. Прямо как Киса Воробьянинов у Ильфа и Петрова. Вот только, в отличие от «Двенадцати стульев», здесь все было по-настоящему.

Интересно, что если в нашем будущем, откуда мы пришли, ФСБ и внешняя разведка – как ГРУ, так и СВР – соперники, то здесь мы очень хорошо и плодотворно работаем вместе и попутно занимаемся модернизацией соответствующих структур Российской империи. Но далеко не все можно поручить этим структурам – как-никак у нас несколько другой опыт, да и техническая оснащенность такая, какая местным и не снилась. К тому же и личные отношения между нами позволяют взаимодействовать со «смежниками» на совсем другом уровне.

До недавнего времени Шендзеляж казался нам не самой значимой фигурой. Да, через него мы вышли на основную британскую шпионскую сеть в Петербурге, но мы не ожидали, что именно он окажется вовлечен в похищение Елизаветы Бирюковой и Федора Филонова. Более того, вскоре после их исчезновения наш друг Зигмунд объявился в Гельсингфорсе, где его видели вместе с Валентином Ивановым – судя по всему, джентльмены решили переключиться на Валю. А после Гельсингфорса Шендзеляжа не видел никто – пока два дня назад он не всплыл, на этот раз в буквальном смысле этого слова – со дна Финского залива. Судя по всему, веревка, которая послужила чем-то вроде «якорной цепи» для упокойничка, подгнила и лопнула, а качающийся на балтийских волнах труп заметил местный рыбак и доставил его в Гельсингфорс.

– Либо он, либо его двойник. Но на фото все особые приметы в наличии.

– И что ты думаешь по этому поводу?

– Интересно вот что. И Шендзеляж, и его люди действовали весьма топорно. А вот похищение Бирюковой и Филонова, судя по всему, прошло без сучка и задоринки. Куда сладкая парочка подевалась и где они сейчас, нам неизвестно. Но либо Филонов мертв – но это вряд ли, не для того его похищали, – либо особой опасности нет, ведь в таком случае Филонов задействовал бы маячок.

Далее. Единственный известный нам участник похищения вскоре погибает, причем будь веревка чуть качественней, мы бы об этом не узнали.

– Так ты полагаешь?..

– Я полагаю, что в Питере появилась какая-то неизвестная нам организация. На это указывает и другая информация. Де Козан рассказал нам, что он еще в Париже получил инструкции, где говорилось о том, что его людей могут привлечь к какой-либо операции, и что незадолго до того, как мы взяли его группу, он нашел у себя под дверью приглашение, в тексте которого были указаны некий адрес на Крестовском острове, дата и время, а на конверте стояла цифра шесть.

Он откомандировал шесть человек по тому адресу. Дом, находящийся там, принадлежит некому чиновнику, который ныне пребывает на Кавказе, и в самом здании уже давно никто не живет. Зато рядом есть мостки, рядом с которыми мы обнаружили специально затертые следы нескольких людей, которые вели с улицы к мосткам, а вот обратно – нет. Такое впечатление, что вся группа отбыла по воде. Куда, к сожалению, неизвестно.

Более того, хотя новые правила регистрации иностранцев и выявили большое количество подозрительных личностей, но профессионалов среди них не обнаружено. А именно эти ребята, как мне кажется, очень неплохо подготовлены. Скорее всего, они уже давно в Петербурге. Причем все фигуранты – российские подданные. Вероятно, среди них немало поляков, но мало ли поляков числятся в самых разных министерствах?

– И в большинстве своем – вполне лояльные подданные, как мне кажется.

– Именно так. Выявить среди них супостатов – дело архисложное и архиважное, как сказал бы Владимир Ильич. А уволить их всех и выслать из Петербурга невозможно по объективным причинам. Остается попытаться понять, с кем мы имеем дело и что именно они замышляют. Вряд ли это ограничивается банальным сбором разведданных. Я не удивлюсь, если в их планах – какая-либо крупная акция. Только вот какая?

– Ты подозреваешь…

– Вряд ли они посмеют напасть на один из наших кораблей, либо на Елагин остров – да и им должно быть понятно, что шансов на успех у них практически нет. Смерть любого из нас, или даже кого-либо из министров или даже великих князей, конечно, будет болезненной, но мало что изменит в ситуации. А вот убийство императора ввергнет и Петербург, и страну в хаос.

– Да уж… Александра II в нашей истории убили дилетанты. А из твоего рассказа я понял, что эти ребята намного серьезнее.

– Конечно, мы уговорили императора передвигаться по городу только с охраной, но сколько ее, этой охраны? А от увеличения ее численности он, скажу сразу, откажется – он и так тяготится ее присутствием.

– И что же ты предлагаешь?

– Во-первых, нужно попробовать выяснить, что это за люди, кто они и откуда. Я полагаю, что они как-то связаны с Парижем – ведь де Козан получил свои инструкции именно там.

Во-вторых, мы пытаемся проследить телодвижения Иванова. Но должен сказать, Зимний он с момента своего прибытия покидал ровно три раза, и все три ходил в некий бордельчик, расположенный неподалеку. Интересно вот что – в тот бордель пускают только по рекомендациям постоянных клиентов. Мы пытались найти человека, от которого можно было бы получить такое приглашение, но не хотим проявлять излишнюю активность. Узнали лишь, что тамошние дамы весьма дорогие и, скажем так, профессионалки своего дела.