Темный лес - Лю Цысинь

Она попыталась крикнуть: «Остановите гибернацию!» — но было уже слишком поздно. Сверхнизкая температура превратила ее тело в лед, и Кейко была неспособна издать ни звука.

Техники и доктора отметили, что в момент входа в анабиоз глаза пациентки приоткрылись; в них появилось выражение ужаса и отчаяния. Если бы ее веки не замерзли, то глаза открылись бы полностью. Но это было обычным, часто наблюдаемым явлением при гибернации, поэтому никто не придал случившемуся значения.

* * *

На очередных слушаниях проекта «Отвернувшиеся» обсуждали испытание звездно-водородной бомбы.

В последнее десятилетие теоретики работали над математической моделью звезды, возникающей при термоядерном взрыве, названную стелларной моделью. Наконец появились компьютеры, способные эту модель просчитать, и можно было начинать производство таких звездных бомб. Первую бомбу собирались изготовить мощностью в 350 мегатонн, в семь раз мощнее самой большой бомбы, когда-либо созданной человеком. Испытать такую бомбу в атмосфере было невозможно; подземный взрыв на обычной глубине тоже не годился — всю окружающую расплавленную породу выбросило бы из шахты. Понадобилось бы бурить сверхглубокую скважину. Но даже в ней было опасно испытывать настолько мощный заряд. Ударная волна пройдет сквозь всю планету и может спровоцировать землетрясения и цунами. Бомбу такой мощности следовало испытывать в космосе. Взрыв на околоземной орбите тоже был опасен — возникающий при этом электромагнитный импульс разрушит системы связи и линии электропередачи. Самым подходящим полигоном была обратная сторона Луны. Однако Рей Диас настаивал на другом варианте.

— Я решил провести испытания на Меркурии, — объявил он.

Его предложение удивило присутствующих, и они начали задавать вопросы.

— В соответствии с принципами проекта «Отвернувшиеся» я не обязан ничего объяснять, — холодно ответил он. — Испытания следует провести на Меркурии, в литосфере планеты. Мы пробурим сверхглубокие скважины.

Встал представитель России:

— Мы не исключаем испытаний на поверхности Меркурия. Однако скважины обойдутся слишком дорого — раз в сто дороже, чем на Земле. Более того, сведения о том, какими окажутся последствия ядерного взрыва на Меркурии, для нас совершенно бесполезны.

— Испытания на Меркурии невозможны даже на поверхности! — вмешался представитель США. — На сегодняшний день Рей Диас привлек больше ресурсов, чем любой другой Отвернувшийся. Его пора остановить! — Это предложение поддержали делегаты Великобритании, Франции и Германии.

Рей Диас лишь рассмеялся.

— Даже если бы я потратил так же мало, как доктор Ло, вы бы все равно из кожи вон вылезли, чтобы заблокировать мои инициативы. — Он повернулся к председателю. — Прошу главу и членов СОП не забывать, что из всех планов Отвернувшихся мой план наилучшим образом согласуется с оборонной стратегией Земли. Его даже можно рассматривать как часть этой стратегии. В абсолютных цифрах затраты могут представляться высокими, но значительный процент этих расходов работает на оборону. Поэтому…

Его перебил представитель Великобритании:

— Вам все же стоит объяснить, почему вы настаиваете на подземных испытаниях на Меркурии. Если, конечно, вы не просто стараетесь потратить как можно больше денег. Мы не понимаем, зачем это нужно.

— Господин председатель, господа делегаты, — спокойно парировал Рей Диас, — вы, очевидно, заметили, что СОП совершенно не уважает Отвернувшихся и полностью игнорирует принципы проекта. Если мы должны все объяснять, то какой же тогда смысл в проекте «Отвернувшиеся»? — Он одного за другим обводил собравшихся неистовым взглядом, а те прятали глаза.

— Тем не менее, — продолжал Рей Диас, — я согласен дать некоторые объяснения. Взрыв глубоко под поверхностью Меркурия выбьет огромную полость. В ней мы соорудим базу. Очевидно, что это самый дешевый способ построить такое сооружение.

В зале зашептались. Один из делегатов задал вопрос:

— Отвернувшийся Рей Диас, вы собираетесь создать на Меркурии площадку для запуска звездно-водородных бомб?

Рей Диас без колебаний ответил:

— Да. Сегодня стратегические разработки главного оборонного плана делают упор на внешние планеты Солнечной системы. Из этого следует, что на внутренние планеты, не считающиеся полезными для дела обороны, никто не обращает внимания. Я запланировал соорудить базу на Меркурии, чтобы устранить этот стратегический перекос.

— Он боится Солнца, но рвется к самой близкой к нему планете. Немного странно, правда? — отметил делегат США. В зале засмеялись, и председатель сделал замечание.

— Пустяки, господин председатель, — отмахнулся Рей Диас. — Я давно привык к тому, что меня не уважают. Я привык к этому еще до того, как стал Отвернувшимся. Но всем вам стоит уважать факты. Когда падут и внешние планеты, и Земля, база на Меркурии станет последним бастионом человечества. С Солнцем за спиной, залитая жесткой радиацией, она окажется неприступной крепостью.

— Отвернувшийся Рей Диас, значит ли это, что ваш план придает особое значение последнему бою, когда человечество уже проиграло? — спросил французский делегат. — Это так в вашем духе!

— Господа, мы ведь не можем не задумываться о сопротивлении до самого конца, — мрачно ответил Рей Диас.

— Хорошо, Отвернувшийся Рей Диас, — сказал председатель. — Сколько же таких сверхмощных бомб предусмотрено вашим планом?

— Чем больше, тем лучше. Изготовьте сколько сможете. Конкретные цифры зависят от мощности, но, по сегодняшним оценкам, для первой фазы моего проекта потребуется по меньшей мере миллион.

Весь зал покатился со смеху.

— Очевидно, Отвернувшийся Рей Диас не просто хочет зажечь небольшое солнце. Он хочет зажечь небольшую галактику! — громко заявил делегат от США. Он наклонился к Рей Диасу. — Вы и в самом деле полагаете, что все запасы протия, дейтерия и трития в океанах Земли предназначены для вас? Из-за вашего извращенного пристрастия к бомбам нужно сделать из Земли мастерскую бомбистов?

К этому времени Рей Диас остался единственным человеком в зале, который не смеялся. Он спокойно дождался, пока гвалт стихнет, а затем медленно, слово за словом произнес:

— Это последняя война человеческой расы. Запрошенное мною количество зарядов не так уж и велико. Я догадывался, чем закончится сегодняшнее заседание. Тем не менее я продолжу свои усилия. Я буду собирать бомбы. Заверяю вас, я изготовлю столько, сколько смогу. Я буду работать днем и ночью, и ничто меня не остановит.

В ответ на это заявление представители США, Великобритании и Франции выдвинули совместное предложение № Р269. Оно предписывало положить конец стратегической инициативе Отвернувшегося Рей Диаса.

* * *

На поверхности Меркурия властвовали два цвета: черный и золотой. Черной была почва планеты. Ее низкая отражательная способность означала, что почва оставалась черной даже под беспощадными лучами Солнца. А золотым было само Солнце, заполнявшее собой изрядную часть неба. На его диске можно было без труда видеть волнующееся море огня, над которым, как черные облака, проплывали солнечные пятна. По краям диска танцевали вихри протуберанцев.