Никто, кроме нас! - Олег Верещагин

…Разошлись уже за полночь, и сильно. Я вышел проветриться; около сарая под навесом Светик разбирала трофейные консервы, Санька сидел рядом и помогал. Они о чем-то тихо разговаривали, по временам касаясь – мимолетно так, красиво и естественно – рук друг друга, и я пошел подальше, к речке, над которой ползал туман. Постоял, глядя на воду. Настроение было пустенькое, даже спать не хотелось. А хотелось, чтобы завтра можно было купить мороженое.

Вот чтобы можно было пойти и купить его.

* * *

Телега подъехала к КПП на окраине села рано утром, часов в шесть, оповестив о своем приближении таким разноголосым дребезжанием, что пятеро солдат-нигерийцев и даже командовавший ими американский сержант-негр (на своих братьев по цвету кожи смотревший хуже, чем на помоечных крыс) завозились, готовясь к отражению атаки бронетехники противника. Только сельский участковый, не просыхавший и не менявшийся со времен Брежнева, отнесся к жутким звукам равнодушно. И оказался прав. Из-за перепутанных туманными нитями кустов выплыла самая обычная телега, запряженная унылым монстром цвета старого помета. На облучке сидел тощий дед с длинными усами, в «кузове» по обе стороны от копны сена устроились двое мужиков, два пацана тринадцати-четырнадцати лет и девчонка лет восьми-девяти. Дед был из соседнего села, участковый его знал.

Сооружение остановилось. Дед стал искать карточку-пропуск. Один из негров, подойдя к телеге, сказал девчонке, кладя руку на ее колено:

– Девочка, хочиеш конфэту?

– Ага, – хихикнула та, спрыгивая с телеги.

На шею повернувшемуся за ней негру один из мужиков со скучным лицом накинул удавку. Нигериец заколотил ногами. Второй мужик бросил в КПП одну за другой две РГД.

– Гыть! – сказал дед, выщелкивая из рукава в переносицу сержанту-американцу гирьку на ремне.

Мальчишка, сидевший ближе к передку, так отоварил ногой в горло подошедшего с этой стороны солдата, что тот молча рухнул под колеса. Второй парень, выдернув из сена автомат, успокоил последнего оставшегося в живых нигерийца.

– Все? – поинтересовался дед. – Едем?

– Едем, – сказал мужик, удавивший негра, помогая девчонке забраться обратно. – Леха, Сереня, останьтесь тут, соберите, что надо.

Мальчишки соскочили с телеги. Мужик поманил к себе стоящего с сонным видом участкового. Тот покладисто заскочил на телегу, зевнул, спросил:

– Пистоль сдавать?

– А что, доверили? – мужик усмехнулся.

– А то… Я есть власть на месте.

– Оставь себе… В селе еще зверьки есть?

– А то вы не знаете… Нету. Вчера гарнизон сняли, через два дня обещали смену прислать.

Скрипя и раскачиваясь, телега ехала по деревенской улице. Участковый нудно рассказывал, как в соседней деревне гарнизон отравился самогонкой – поголовно всех пробрал дикий понос, трое померли от обезвоживания, а тем временем кто-то спи…дил тридцать шесть единиц стрелкового оружия и дерьмом написал на стене кунга оскорбительные для демократии и толерантности слова… Около бывшего правления, где висел ооновский флаг, телега тормознула, и все, включая участкового, стали деловито разгружать из-под сена пластиковые упаковки натовских сухпайков. Их гора росла на травке зашуганного газончика, из которого еще торчали остатки стенда с результатами соцсоревнования 1985 года. Сверху бухнулись какие-то свертки. Участковый свистнул проходившим по улице двум пацанам лет десяти-двенадцати – они явно направлялись на рыбалку, в последнее время превратившуюся из развлечения в насущную необходимость:

– Ну-к, пробегитесь по улицам, постучите в окна, скажите – собрание, кто не придет – расстреляют…

Мальчишки дунули по улице в разные стороны. Участковый закурил. Дед, убедившись, что все разгружено, звонко щелкнул вожжами и, не прощаясь, поехал дальше…

…Пайки раздавали по две штуки на человека местным, по пять – беженцам, ютившимся кто где. Участковый деловито принес список и предупредил всех:

– Все видели, что меня зверски били… – и со всей дури хрястнулся физией о стену правления – в толпе охнули. Размазав по лицу кровь и закапав погуще форму, он заявил: – И чтоб без очереди не лезли и по два раза не подходили, я вам не партизан, все ваши хари знаю наизусть…

– …когда просплюсь – даже по фамилиям помню! – сказал кто-то.

Толпа посмеялась добродушно. Участковый махнул рукой:

– Выкликаю – подходите!

– Это от кого? – поинтересовались вновь из толпы.

– Не от НАТО и не от ООН, – сказал один из приехавших мужиков, по выправке – офицер.

– От них дождешься, – согласились с дальнего края.

Какая-то женщина уточнила:

– А вот скажите, они объявление делали, чтоб детей привели на вакцинацию в субботу, фельшпункт даже откроют – это как?

– Не водить и не давать, – ответил офицер. – Что там колют – мы не знаем, но подумайте – с какого добра им что хорошее колоть?

– А если забирать начнут? – раздался еще один женский голос. – В Малиновке прямо с улицы похватали три дня назад, человек двадцать увезли.

– А ты не будь дурой и не отдавай, – отрезал офицер. – Да, мужики, к этому вопросу! Вот тут у нас десять «Эм шестнадцать», магазины, патроны. Дерьмо, но все-таки. Кому дать, чтоб вашей семье вакцинацию не сделали? Или только сухпайки точить будем? Ну?! В партизаны не зовем, а это пригодится…

– Мне дайте, что ли, – тут же вышел вперед плечистый молодой бородач.

– И мне…

– И мне…

– Давай сюда…

– И мне, – сунулся мальчишка лет тринадцати-четырнадцати и получил пенделя. Отскочив, он спокойно пообещал: – Сам найду.

Толпа зареготала. Происходящее уже имело вид народного гулянья…

…Лешка тоже получил целых пятнадцать пакетов – на себя, мать и сестру. Грузивший пакеты в драный пакет мужик шепнул:

– Два верхних – только тебе. Усек?

– Усек, – ответил мальчишка. – Под дубом посмотрите, новости… – и отчалил в сторону.

– …так что скоро кранты им! – ораторствовал офицер между тем. – Их выгоним, а всякую там мразь обратно не пустим – будем сами страной править, через своих людей, а не через Абрамсонов и Шмутюкевичей разных!

– Жидов вообще надо гнать, – согласился проверявший рядом винтовку бывший агроном Коля Фурман.

Хохот…

…На выходе из деревни за ноги были аккуратно развешаны трупы блокпостовцев – без штанов и трусов. Двое поработавших мальчишек, сидя около собранного оружия, флегматично наблюдали за происходящим, ели шоколад, и один из них напевал – в такт качанию тел:

– Ай-яй-яй, убили негра-а-а… убили негра-а-а… убили негра-а-а…

– Пошли, – скомандовали им. – И стволы давайте сюда.

Идиллия была нарушена появлением с другой стороны троих местных мужиков. У одного за плечами была «свеженькая» «М16», у двоих в руках – охотничьи полуавтоматы, нагло не сданные по распоряжению оккупантов.