Врата скорби. Следующая остановка – смерть - Александр Афанасьев

Спереди – грохнули выстрелы

– А… твою ж мать…

Но стрельба – кончилась так же быстро, как и началась – это щейхи, оказывается, выслали вооруженный дозор для встречи гостей. Опознались кое-как. А то могли бы и из пулемета – запросто…

* * *

Шейхи – собрались около пещер, в месте, издревле используемом для советов. Их было восемь человек – не считая глав больших и уважаемых семей, в которых было достаточно вооруженных мужчин – эти так же имели право принимать участие в подобных мероприятиях. Место это – было не лучшим, потому что от частого сбора здесь людей здесь водились в немалом количестве клещи и блохи. Но традиция – есть традиция.

Никто даже и не подумал обыскать гостей и приказать сдать оружие – это было бы оскорблением. Все присутствующие тоже были вооружены – вооружение разнилось от старых винтовок Энфильда и Мосина до ручных пулеметов. Все внимательно слушали…

Человек, чье лицо заросло бородой, дабы скрыть многочисленные шрамы – шагнул вперед. Это был Волков, и он путешествовал в отряде под видом простого казака.

– Ассаламу алейкум ва рахматуллахи ва баракатуху – сказал он – да воздаст вам Аллах благом, и да приведет он в порядок дела ваши…

Шейхи сдержанно поздоровались.

– Я пришел и говорю с вами от имени принца Касима Дхалы, вашего законного правителя по праву той клятвы, которую вы сами и ваши отцы давали его отцу!

Шейхи зашушукались…

– Принц Касим Аль-Хабейли, чей трон узурпирован самозванцем, намеревается вернуть его в самом ближайшем будущем, дабы взойти на трон и править согласно шариату и в облегчение страданий бедного народа княжества. Принц Касим не признает прав подлого узурпатора Абу, да покарает его Аллах, и говорит вам: кому вы покорились, воины? Вы покорились негодяю, который совершает мунафикун на каждом шагу, который пьет харам и не может оплодотворить женщину, потому что и сам он как женщина, он – грязный маниук. Вы предали клятву и не поднялись, когда он убил вашего князя и привел на земли принадлежащие правоверным англизов, этих подлых и злонамеренных кяфиров, которых каждый правоверный должен убить, как только встретит. Что ж, в таком случае – Аллах карает вас законной карой за клятвопреступление и слабость. И будет карать дальше, пока вы не вспомните, что вы – воины и дети воинов.

– А почему принц Касим не пришел к нам сам, чтобы сказать это? – выкрикнул один из собравшихся

– А почему вы не пригласили его, как законного наследника своего отца, а вместо этого сидите здесь и говорите о том, какой Абу мунафик и как он совершает всяческие непотребства? Разве принц Касим должен приходить на ваши земли без приглашения? Принц Касим богатый человек и у него денег больше, чем у кого либо другого в Адене. Для чего ему вы, если вы забыли о клятве? Живите и дальше, терпите надругательство над шариатом и над вашими сыновьями, которое совершает Абу. Только помните, что сказано об этом в Коране: неужели вы входите к мужчинам и совершаете непотребное, отрезая пути? В таком случае вы превзошли в мерзости своей все известные народы. И помните, как Аллах покарал таких: не одним, а сразу несколькими наказаниями! Он сделал так, чтобы небо и земля поменялись местами, и чтобы пошел дождь из камней и серы, и чтобы разверзлась земля, и заставил нечестивых вопить от ужаса. Вы хотите претерпеть такое же наказание? Неужели, вы осмеливаетесь навлекать на себя гнев Аллаха Всевышнего!?

Шейхи молчали – это и в самом деле были тяжкие обвинения.

– Ты неверный – встал шейх – как ты можешь судить нас и наши дела?

– Принц Касим готов предстать перед любым шариатским судьей, дабы дать ему отчет в делах своих. А вы – готовы сделать это? Или вы видите своим шариатским судьей Абу?! Абу, который узурпировал власть. Абу, который так разжирел, что и ходить без посторонней помощи не может? Абу, который привел сюда англизов? Знаете, что будет от того, что он привел сюда англизов? А вы послушайте…

Велехов шагнул вперед

– Тем, кто хочет меня слушать – слушайте, ибо я говорю от имени своего господина, Великого царя Искандера, отца пятерых детей и всевластного повелителя страны Руси, а так же Великого султана Анатолии и Румелии, цезаря Рима, князя князей и хана ханов. Великий царь Искандер прогневан на вас за то, что вы пустили на свою землю его врагов, лживых и подлых англизов, не признающих ни Аллаха, ни договоров, не имеющих совести. Ваш полноправный и законный князь Самед заключил договор с царем Руси, но его подло убили, и вы не взбунтовались. Белый царь считает, что теперь вы равны тем, кто сделал это. Белый царь имеет стальные корабли и стальных птиц, и может сжечь вас огнем, но он, по обычаю своему, проявляет великодушие и мягкосердечие. Он признает прямые и неотъемлемые права сына князя Самеда, принца Касима на законный трон княжества Бейхан и на владение этими землями. Тем, кто выступит против узурпатора Абу, Белый Царь дарует прощение, тем же, кто не выступит – те узнают силу его гнева. Знайте так же, что Белый царь пошлет стальных птиц в любом случае, но кого они будут жечь, вас или нечестивца Абу с его войском – решать вам.

– Ты угрожаешь нам, кяффир? – выкрикнул один из воинов

– Аллах свидетель, я всего лишь передаю волю Белого Царя так, как ее услышал. От себя могу добавить, что я, казак Донского Казачьего Войска, хорунжий Григорий Велехов взял крепость в Харибе, потому что там окопались бандиты, которых нанял Абу и перебил их всех до единого. Я так же сбил британскую стальную птицу, и кто не верит – есть свидетели, которые поклянутся в этом Аллахом. Я говорю о том, что если здесь будут англичане – волей Белого царя мы вышвырнем их отсюда, равно как и всех, кто будет противиться воле законного правителя этого княжества, и встал в один строй с узурпатором. Клянусь Аллахом – так и будет…

* * *

Давуд – утром собрался, как положено, как будто он пошел в город. Пистолет – он укрепил под одеждой. С собой – взял котомку – если бы он не взял ее, заподозрили бы неладное. Туда он положил две лепешки, емкость с водой, немного соленого самодельного овечьего сыра, нож. Еще взял немного денег, которые у него были. Ему давали деньги – те, кто познакомил его с учением Льва Троцкого – но вот только тратить их тут было некуда, и он откладывал, тратя только во время редких походов в город. Еще взял небольшую жестяную коробочку из-под чая, которую когда-то выбросили англичане. Внутри – было достаточно места для ката, а отполированная крышка – могла служить зеркалом для передачи сигналов. В дорогу – он взял посох.

Когда он уже собрался – ему дорогу заступила мать. Тихая, бессловесная, вечно чем-то занятая женщина, одна из трех жен отца. Когда будет революция – они освободят всех женщин… хотя мать, наверное, будет против. Она никогда не противилась отцу, даже когда тот избивал ее…

– Куда ты пошел? – спросила она. Давуд был уже взрослым, и она не имела право спрашивать мужчину о его делах – но она спросила

– В город.

– В город?

Вопрос «зачем?» не прозвучал, хотя намек был понятен. Давуд нахмурился и не ответил