Абсолютная гарантия - Борис Иванов

– Ты не отыгрался. Ты выиграл Счастье Игрока. Такое бывает раз в век...

– А что это значит? – озадаченно спросил Шишел, косясь на монеты, таинственно мерцающие в душноватом сумраке шатра.

– Увидишь, когда мы продолжим, – угрюмо ответил Игрок. – Если бы не честь игрока, я бы оборвал игру... Впрочем, может, ты не сумеешь воспользоваться своим счастьем... Посмотрим.

– А как быть с монетами? – продолжал настаивать Шишел.

– Пока что они мои, – порадовал его Абанамат.

«Здорово, – подумал Шишел. – Счастье – получи, а денежки – шиш...»

Монеты – вместе с блюдом – он выиграл в пятом коне.

В шестом он выиграл право на все долги, которые числились за проигравшимися партнерами Абанамата. Долги, естественно, в виде предметов техномагии. Наличных у колдуна не оказалось. Впрочем, к этому моменту Шишел уже окончательно понял, что на деньги в этом шатре не играют.

– Теперь ты понял, что такое Счастье Игрока? – спросил тот.

Потом наклонился к самому Шишелову лицу и тихо, но с невероятным бешенством в голосе произнес:

– В плохое время боги привели тебя ко мне. Мне осталось поставить на кон мой шатер. Но мы поступим иначе...

– Как скажешь, – буркнул Шишел, подсчитывая в уме, хватит ли у него теперь средств на то, чтобы приобрести порядочную ксиву и добраться до Океании.

– Ставим на весь твой выигрыш... – все так же тихо и бешено продолжал Игрок. – И если выигрываю я, то ты просто уйдешь отсюда живым... Поверь, это само по себе счастье...

Слова эти очень не понравились Шишелу.

– Знаешь, дорогой, – заметил он, – со здоровьем у меня все в порядке. В ящик играть еще не собрался...

– Это хорошо, – тихо обронил Игрок.

Казалось, он вот-вот прожжет Шишела своим взглядом.

– А вот если выиграешь ты... Тогда тебе придется выбирать...

Он сделал паузу, подчеркивая значение своих слов. Шишелу показалось, что замешанная на горьковатом аромате курений, дымившихся в бронзовых чашах по углам, духота, царившая в шатре, по крайней мере утроилась.

– Тебе придется выбирать... – все тем же свирепым полушепотом продолжил Игрок. – Если ты выиграешь и в этот раз, то... Или я убью тебя. Чтобы никто не мог сказать, что я нечестен. Или ты примешь от меня тот выигрыш, который я для тебя уже выбрал. Ты о нем не пожалеешь, поверь.

– А денежки как же? – растерянно спросил Шишел, прикидывая, не въехать ли техномагу в лоб да с тем и убыть, прихватив отыгранное добро.

Тот пояснил:

– Поверь мне, они не нужны тебе...

Тон колдуна стал пренебрежительно рассеянным.

– Ты просто не сумеешь ими воспользоваться. Или исполнишь какое-нибудь свое пустяковое желание и заплатишь за это судьбой. Хорошо, если только своей... А то, что я отдам тебе, подарит тебе мудрость...

– Мой интерес, – решил идти напрямую Шишел, – это отсюда ноги унести. На Океанию. Или на Мелетту... А мудрости мне, может, пока и своей хватит...

Игрок поморщился.

– Я не ссудная касса, чтобы оплачивать твой проезд. Что до твоего выигрыша – если он состоится, то он поможет тебе найти путь в те Миры, которые тебя так манят... Играем?

– Играем, – согласился Шишел.

В самом деле – лезть в драку с колдуном не стоило. Его об этом предупреждали. Оставалось одно – бросить кости и – при удаче – получить кота в мешке.

Кости подарили Шишелу выигрыш.

Минуту-другую Абанамат торжественно молчал.

– Итак, – со значением произнес он, – ты выбираешь тот выигрыш, который я приготовил для тебя?

– Давай показывай свою хреновину, коли уж продулся, – уныло отозвался Шишел. – Глаза как – пошире раскрыть?

Колдун величественно усмехнулся;

– Наоборот, закрой их.

«Знаю, знаю я эти штучки... – подумал Шишел. – «Закрой глаза, открой рот...» И – р-раз в лобешник!..»

Но глаза все-таки закрыл.

И увидел перед собой некое подобие сна.

Перед его мысленным взором предстало то же самое, что только что представало перед взором обычным – заполненный душным сумраком шатер и фигура Абанамата, величественно восседавшего напротив. Однако все это было чуть нереальным, тускло мерцающим и как-то более возвышенным, чем на самом деле.

Но не только в этом было дело.

Чем-то мысленная картина резко отличалась от реальной...

Ах да, на плече колдуна примостилась страннейшая тварь – помесь летучей мыши и обезьянки-игрунка. И была эта тварь и вовсе уж призрачной, как бы на грани восприятия балансирующей. И есть она, и вроде нет ее...

Шишел открыл глаза – нет никакой твари!

Закрыл – вот она! Кривляется, зараза!..

– Это что? – растерянно спросил он, стараясь понять – остаться с закрытыми глазами, открыть их или пойти на компромисс и просто прищуриться?

– Это прямая нейропроекция. Прямо тебе в зрительный центр... – пояснил Абанамат. – Как в обычной виртуалке...

– Да не про это я... – досадливо поморщился Шишел. – Я про зверя этого... Которого у тебя на плече вижу... Колдун опять величественно усмехнулся:

– Это внутренний демон, у которого нет имени... – торжественно произнес он. – Теперь он твой!

Поименованная демоном тварь вежливо поклонилась Шаленому.

– И на кой же мне эта обезьяна с крылышками?! – поинтересовался тот.

– Он предстал тебе в виде крылатой обезьяны? – с некоторым удивлением спросил колдун. – Что ж... Каждый видит его по-своему... Впрочем, ты будешь видеть его только тогда, когда захочешь... Ну, или когда захочет он...

– И где ж мне его содержать прикажешь? И прикармливать чем?

Абанамат расхохотался:

– Он будет жить у тебя в мозгу! И оттуда будет беседовать с тобой. Указывать на ошибки, хвалить за верные мысли, спорить с неверными...

– Ты что, шизоида из меня сделать хочешь?!! – взвился Шишел. – Чтоб я сам с собой разговаривал?.. Глюки чтоб видел? Чтоб крыша у меня съехала?.. На фиг, на фиг!

– Демон был моим более двадцати лет, – с грустью произнес колдун. – И я не жалею об этом. Он ведь многое знает о жизни здесь... И еще он может немного предсказывать будущее... Ты не можешь представить, как грустно мне с ним расставаться...

– Вот и оставь его себе на здоровье! – с досадой прервал его Шишел. – А я лучше заберу свой товар да пойду!

– Ты уже дал свое согласие, – твердо оборвал его Абанамат.

– Ни хрена себе согласие! – Шишел наконец окончательно открыл глаза и начал грозно подниматься с сиденьица, на котором гнездился во время игры. – Получается – или в гроб ложись, иль в дурдом иди!.. Ни фига себе партию мы с тобой сыгранули!