Рыцари подземных магистралей - Виталий Романов

Психиатр махнул рукой в сторону серебристых призраков, молча стоявших у стены.

– На самом деле – их нет! Никаких рыцарей нет. Это просто галлюцинация. Но галлюцинация особого рода. Она имеет материальное воплощение. И за счет этого способна причинить вред любому физическому объекту.

«Ты умен, человек», – констатировало существо коротко и без эмоций, просто отдавая должное собеседнику.

– Но ты не любишь убивать, потому что задача другая – собирать информацию. Смерть – оружие на самый крайний случай. Обычно ты пытаешься отпугнуть непрошеных гостей с помощью визуальных образов, которые вызывают страх у большинства землян. Рыцари, закованные в латы, – ужас и смерть, хаос и боль, разрушения и агония. Это заложено в подкорке у большинства моих соплеменников. Слишком мало времени прошло с тех пор, как на нашей планете шли жестокие войны и люди гибли в их огне. Ты используешь этот визуальный образ, чтобы отогнать людей от мест, где им не положено быть. Вот только никак не возьму в толк: почему никто раньше не догадался? Ведь симптомы у пациентов спецклиник одинаковые! На это рано или поздно обратили бы внимание!

«Программа меняется», – опять коротко. Так, что надо напрягаться изо всех сил, отыскивая дверь, к которой дали ключ.

– Программа? Программа… Черт! Черт! Я понял! Время от времени меняется программа! И пациенты в лечебницы поступают уже с другими фобиями! Им мерещатся не рыцари, а, например, ведьмы и маги! Иные, выползающие из Сумрака!

Нет ответа. Но кажется – будто в голове довольный смех. Чужой смех…

– Да, ты хитер! – признал психиатр. – Я никак не мог понять: почему не боишься, что люди догадаются? Оказывается, любая фобия имеет ограниченный срок действия. Понял… И еще! В твоем арсенале есть другое оружие. Когда надо – ты готов применить нечто более мощное. Подземную реку. Плывун.

«Плывун – упрямая сущность. Древняя, старше нас. Она не подвластна и поступает по-своему. Я могу управлять некоторыми объектами, но не всесилен».

– Значит, плывун – сам по себе, – кивнул Ракитин, в душе радуясь тому, что хозяин пещеры становится более разговорчивым. – Хорошо! Но есть другие вещи, которые мне непонятны. Не смог разгадать, увы. Почему ты так старательно оберегаешь некоторые зоны и тоннели под землей? Ты же способен перемещаться! Даже придавать иную форму предметам, вызывая зрительный обман.

«Антенна».

Коротко и ясно.

– Антенна! – вскричал Ракитин. – Ну конечно! Раз есть наблюдатель, прибывший извне, значит, есть место, куда переправляется информация! Там она аккумулируется и обрабатывается! Господи, как все просто! Дурак я! Дурак! Антенна! Видимо, это некая большая конструкция, которую не перетащишь с места на место, да? Точно! Люди могут заметить ее, даже повредить с помощью механизмов! Вы спрятали антенну где-то в зоне плывуна, чтоб снизить вероятность… Как только рабочие приближаются к объекту, ты начинаешь противодействие!

Чужой промолчал. Никаких фраз не появилось в голове у Ракитина. Только грусть. Или ему это показалось?

– Есть еще один вопрос, на который я не могу найти ответа, – заторопился Игорь Борисович, чувствуя, что кровь совсем останавливается. – Почему ты иногда убиваешь, но иногда спасаешь? Приходишь на помощь? Почему? Почему?

Перед мысленным взором психиатра с огромной скоростью промелькнули сцены: сначала размыто, неотчетливо – какой-то коллектор мыслей и эмоций, накапливающий информацию. Трехмерная матрица-контейнер, из некоторых ячеек вытекает черная гниль. Потом резко, контрастно – Елена Кудрявцева в руках троих парней. Перекошенный в крике рот девушки, призыв о помощи. Оксана Лаптева, прикованная наручниками к железным конструкциям в насосной. Эмоции и мысли! Отчаяние, призыв о помощи.

«Помогите кто-нибудь!» Черная вспышка и немодулированный вихрь в ответ на крик. Зловонная гниль.

«Продолжатель рода, – возникло в голове. – Если не беречь продолжателя рода – цивилизация умирает. Так уже было. Не здесь».

– Продолжатель рода, – недоуменно пробормотал Ракитин. И вдруг понял: – Женщина! Ты помогал женщинам, когда слышал зов о помощи?!

«Всегда».

– Я удивлен, – после короткой паузы честно признал психиатр. – Удивлен. Это никак не вписывалось в построенную мною модель поведения…

Головоног промолчал. Очень быстро – почти неуловимо – промелькнула картинка: некто или нечто пытается освободить ячейки от черной слизи.

– Но… – попытался добиться ответа врач. – У нас половина населения планеты – продолжатели рода! Их очень, очень много. Ты действовал нерационально!

«Каждый продолжатель рода уникален и бесценен. Любой – часть информационно-генетической матрицы. Искажение элемента приводит к искажению целого на длинном интервале времени. Цивилизация, которая забывает об этом, обречена на вымирание. Так уже было. Не здесь».

– Было. Не здесь, – задумчиво повторил Игорь Борисович.

«Вы на той же дороге. На длинном интервале времени».

– Все так печально? – усмехнулся психиатр.

«Искажения вашей матрицы достигли пороговых величин».

– Почему ты не хочешь выйти наверх? Говорить с людьми? Поделиться опытом? – Ракитин изо всех сил растирал руки, щеки, грудь.

Вереница непонятных символов, и голова раскалывается от боли. Так, словно в нее попытались поместить то, что на ментальном уровне человека воспринять невозможно.

«Наверху меня сожгло бы излучение звезды», – вместо ответа. И ясно, что истинная причина в другом. Но головоног не хочет объяснять.

– Почему ты разговариваешь со мной? Так долго прятался и вдруг не убил человека, оказавшегося в центре тайны.

«Это уже не имеет значения. Просто мне было трудно и больно одному…»

– Что не имеет значения? – не понял психиатр.

«Наша беседа. На длинном интервале времени».

– Ты думаешь? – усомнился Ракитин. – А я считаю, что разговор очень полезен. Для землян. И если ты отпустишь меня… Почему-то я уверен, ты не станешь убивать…

«Тебя убьют сородичи. На коротком интервале времени».

– Убьют сородичи… Господи, как холодно! – пробормотал Игорь Борисович, все еще не понимая. – Неужели у вас на планете такой мороз? Я не могу дышать.

И вдруг в голове у Ракитина возникла картина: машины-цистерны на поверхности. Длинные магистрали трубопроводов, по которым течет смертельный яд.

– Жидкий азот! – ахнул врач. – Они применили жидкий азот!

Треснул каменный свод над головой. Из щели стал выползать морозный туман, заполняя собой пещеру, пряча стены в белесой дымке.

«Мы теряем наблюдателя второй раз, – голос в голове прозвучал торжественно и печально. Так, словно чужое существо говорило не о себе, о ком-то другом. – Второй раз за тридцать три оборота планеты вокруг звезды».