Рой - Вячеслав Кумин

Заскочив в броневик, что каким-то чудом устоял на шасси, Владислав помчался прочь, подскакивая на больших кусках грунта. Очередной удар попал точно в цель, но чуть сзади. Броневик начало беспорядочно кувыркать по проходу ударной волной вперемешку с обломками перекрытия и породой. Костяной слой вообще мгновенно сдуло. Мощные сейсмические удары постепенно обрушивали коридор.

– Опять… – простонал Роев, выбираясь из изрядно помятого тягача. – Вот только интуиция на этот раз меня что-то подвела… Не иначе допинг все же притупляет некоторые ментальные возможности.

А стрелки все не успокаивались, били и били в район бункера, целя по коридору, но, к счастью, строители сделали очень прочный свод, и он хоть и потрескался, но все же еще держался. К тому же спасала значительная глубина залегания и крепкая скальная порода. Древние знали, где устраивать свои бункеры.

– Хотя, конечно, если стрелять достаточно долго, то это не спасет…

Тут откинулся люк, и из практически сплющенного модуля вылезла с окровавленной головой контуженая Эхинацея. Вывалившись наружу, она, согнувшись в три погибели, надсадно проблевалась.

«Интересно, после очередного удара по голове мозги у нее обратно встали?» – подумал Владислав как-то отвлеченно.

Очередной снаряд, похоже, поразил слабое место. Свод загудел, затрещал и стал стремительно осыпаться.

Не осознавая, что делает, чисто на инстинктах, требовавших спасти ближнего своего, Роев подхватил Эхинацею под руку и вместе с ней побежал к бункеру по сильно запыленному коридору. При этом беглецы то и дело падали, спотыкаясь о куски пенобетонных плит, камней, или прыгали в сторону, чтобы их не раздавил очередной свалившийся с потолка валун.

Перебравшись через встреченный на пути костяной завал, Роев откопал дверь, ведущую непосредственно в бункер, кое-как ее открыл, и они оказались в относительной безопасности, хотя даже тут чувствовались сотрясения.

– Зачем?… Зачем они это сделали? – едва сдерживая рыдания, спросила Эхинацея, размазывая получившуюся из пыли и слез грязь по лицу. – Ведь ты же вывел меня к ним… Неужели они хотят тебя так убить, что решили пожертвовать мной?

– Да, как мне думается, я как раз тут почти ни при чем…

– Что ты имеешь в виду? – уставилась Эйлен на Роева расширенными глазами и даже всхлипывать перестала.

– Помнишь, я рассказывал тебе о твоих пси-способностях?

– Конечно…

– Ну, вот именно этого они и испугались до жидкого стула. Благодаря этим способностям ты стала для них неконтролируемой. Более того, ты стала для них смертельно опасна, ибо твои способности – это власть, а никто не хочет терять власть. Так что от тебя просто-напросто решили избавиться при первой возможности.

– Отец…

– Вот в первую очередь твой отец и не хочет терять власть, ибо это такая штука, как деньги, которых всегда мало. Власть сродни наркотику, от которого почти невозможно отказаться добровольно, и родственные чувства тут не играют большой роли. За власть сыновья свергают отцов, братья убивают братьев… Ну, ты поняла.

Эхинацея сокрушенно кивнула.

– Но почему они не выждали?

– А вот тут виноват уже я. Помимо тебя, увидели меня и решили прихлопнуть двух зайцев одним орбитальным ударом, в итоге не только тебя как угрозу ликвидировать, но и меня, чтобы получить свободный доступ в бункер Древних и продолжить его зачистку.

– Они за это заплатят… – сузив глаза, прошипела разъяренной кошкой Эхинацея.

«Ну вот, похоже, у нее снова начало крышу сносить, – подумалось Роеву. – Ну, по крайней мере, хоть не я стану главной целью. Лишь бы не вспомнила прежнюю жизнь…»

– Ладно, пойдем, что ли… – сказал Владислав, с трудом вставая.

– Куда?

– Новый транспорт искать будем и спустимся вниз. Надо наконец-то найти и оборудовать нормальное помещение для жизни… а то я уже задолбался спать в модулях. Теперь врагов можно долго не ждать, а потому ничего не мешает устроиться с относительным комфортом.