Ипостась - Вадим Панов

Мысль поискать поглубже пришла после того, как Ли Ханьфанг обнаружил несоответствие между детской травмой и отсутствием у взрослого Василия Окоёмова шрама на пальце. Маленькое расхождение, которое он пропустил месяц назад, когда видел досье впервые.

Василий Окоёмов, мичман крейсера «Иван Грозный», погиб за несколько недель до выхода судна из порта. Эта никому не нужная информация отыскалась в базе данных китайского МГБ по запросу «Василий Окоёмов». Довольно легко отыскалась. И что-то подсказывало майору, что обнаружить эти файлы в сети русских ВМФ сейчас уже не удастся. Иногда такое случается – подчищаются все данные, человеку перепрошивают «балалайку» лучшие машинисты, причем перепрошивка не ломаная, а самая настоящая, не стоит и пытаться найти в ней баги – их там попросту нет. Но одна маленькая деталь, такая, как эта, может перечеркнуть весь проект. Интересно, кто он на самом деле и чья это операция?

Гадать смысла не было – маловероятно, что задание человека, жившего под именем погибшего почти три года назад русского мичмана, имело хоть какое-то отношение к Ли Ханьфангу или Фэн Фэй Ху. Предугадать развитие событий тогда было просто невозможно. Но случайности не только мешают и путают карты, иногда от них можно получить много пользы.

То, что Окоёмов профессионал, сомнений не вызывало. Майор проверил сеть – у каждого бойца «номерного» отряда была установлена радиометка, кроме того, коммуникатор должен посылать в эфир собственные географические координаты. Ли Ханьфанг обнаружил метки восемнадцатой: эта стерва выжила и двигалась куда-то на юг. Да и хрен бы с ней. Но вот метки Окоёмова не было, а его коммуникатор успел послать в эфир только одно сообщение, совсем недалеко от вскрытого подземного сервера.

Ли Ханьфанг осторожно дернул ручку на двери с номером 305. Закрыто. Ключ бесшумно утонул в отверстии замка, не встретив преграды. Изнутри свой ключ жильцы вынули.

«Дыродел» давно уже перекочевал из сумки в руку, Ли Ханьфанг был готов пустить его в действие в любое мгновение.

Осторожно, стараясь не привлечь внимания шумом проворачивающегося механизма замка, майор повернул ключ. Дверь, тихонько скрипнув, отошла от косяка, приоткрывшись на несколько сантиметров. Времени на раздумья не оставалось – дверь внесла коррективы в планы, этот скрип могли услышать. Нельзя дать противнику подготовиться. Тем более что сам Ли Ханьфанг давно был готов к самым решительным действиям.

Остался всего один шаг. До цели, обозначенной невзрачным стариком, немного полноватым, с короткими седыми волосами и цепким взглядом спокойных, холодных глаз. Человеком, известным под именем Фа.

Кем был товарищ Фа, Ли Ханьфанг не знал. Ни фамилии, ни звания. Фа всегда был одет в идеально отутюженный китель военного образца, лишенный знаков отличия, и светлые, оттенка хаки брюки. Он всегда выглядел одинаково, словно был не живым человеком, а куклой. Одинаковая одежда, одинаковая прическа, одинаковое выражение лица.

Старик не занимал никаких постов. Но в МГБ к его мнению прислушивались. До последних месяцев. Сейчас авторитет Фа, пока еще держащийся на высоте, стремительно падал – операция, проводившаяся под руководством старика где-то в Африке, провалилась, и поговаривали, что недовольство действиями Фа выражал сам Председатель. Майор Ли знал, что старик потерял в Африке не то сына, не то племянника. Наверное, это дело не только сильно подкосило позиции Фа в МГБ, но и надломило его внутри. Но на работе, на том, что делал старик, это никак не сказалось. Этот человек неуклонно следовал своему Дао. И именно поэтому майор Ли Ханьфанг, знавший о товарище Фа не так уж и много, безоговорочно поверил ему.

В тот день, когда генерал Ши рассказал майору о специальном задании, которое будет ждать его в Мьянме, в кабинете присутствовал еще один человек. Нетрудно догадаться, кем он был – товарищ Фа.

Старик тихо сидел в кресле, повернутом в сторону большого, от пола до потолка, окна. Он никак не проявлял себя, казалось, ему абсолютно неинтересно происходящее в кабинете, как будто слова генерала его вообще не касались. Фа с выражением умиротворения на лице внимательно рассматривал маленькую черную собачку, весело прыгавшую по аккуратно стриженным газонам внутренней территории МГБ КНР, похожей скорее на парк, чем на место, где базировалось строгое государственное учреждение.

Фа не принимал участия в разговоре, он даже не слушал, о чем говорит генерал. Ли Ханьфанг то и дело бросал косые взгляды на высокую спинку кресла, за которой скрывался старик. Он не знал, для чего тот здесь, но понимал – раз товарищ Фа остался в кабинете генерала, значит, так нужно.

Генерал Ши закончил рассказ о «резонансе», о чудо-процессоре, способном, если верить предположениям машинистов, взломать какую угодно из существующих на сегодняшний день систем защиты информации. Или поддерживать работу неприступной для любых вирусов системы со своей стороны – здесь подходы могли меняться, суть оставалась прежней. Майор не слишком глубоко разбирался в компьютерной терминологии, для него было ясно одно – процессор, с помощью которого возможно взломать что угодно, это оружие куда действенней тактического ядерного заряда. Он понимал важность возложенной на него миссии – майор был готов приложить все усилия, чтобы процессором владела Народная Республика.

Когда в кабинете генерала Ши повисла тишина, нарушаемая лишь тихим причмокиванием хозяина, который нервно грыз костяшку указательного пальца, кресло, обращенное к окну с обширной лужайкой и играющей на ней собакой, повернулось.

Старик бросил взгляд на генерала. Ши, нахмурив брови, резко поднялся. Старик кивнул, после чего хозяин кабинета резко, нервно чеканя шаг, вышел в приемную, плотно затворив за собой дверь. Из собственного кабинета, оставив майора и товарища Фа наедине.

– Вы должны понимать два момента, товарищ майор, – без вступлений сказал Фа. – Во-первых, прежде всего, важна технология, а не сам процессор.

Ли Ханьфанг кивнул. Эта мысль была очевидна, но не приходила в голову до слов старика.

– Приятно, что вы понимаете, о чем я. Не все об этом задумываются.

Майор непроизвольно осмотрел кабинет – если товарищ Фа хочет говорить конфиденциально, неужели он полагает, что в кабинете генерала не установлены скрытые камеры или микрофоны?

Старик задумчиво крякнул, видимо, заметив действия Ли Ханьфанга.

– Не переживайте, генерал не станет за нами... подглядывать, – ответил старик на незаданный вопрос майора.

Ли Ханьфанг кивнул. Ему-то, в сущности, какая разница?

– Процессор не должен попасть в Китай, – медленно проговорил товарищ Фа.

Майор помолчал несколько секунд, переваривая услышанное, – слова старика никак не вязались с тем, что двумя минутами ранее говорил генерал, – а потом недоверчиво переспросил:

– Что вы сказали?

– Вы правильно меня поняли, майор, – товарищ Фа неспешно кивнул. – Ни процессор, ни технология его изготовления не должны попасть на территорию Народной Республики.