Древний. Предыстория. Книга первая - Сергей Тармашев

— Лучезар! — Алина тихо прыснула. — Щекотно!

— Терпи. — От молодого целителя вместе с теплом шло ощущение спокойствия и жизнерадостности. — Это страшный медицинский приём, называется щекотун! От него нет спасенья!

— Нет такого приёма! — весело засмеялась Алина и вдруг ощутила, как её начинает клонить в сон. — Что-то я, кажется, засыпаю… Так и должно быть?..

— Так всё выйдет быстрей, и никакие любопытные личности не будут отвлекать меня расспросами, — добродушно объяснил Лучезар. — Укладывайся на любое ложе, какое по нраву.

Алина доковыляла до ближайшего кристалла, услужливо вспыхнувшего перед ней сплетением лучистых энергий, и утонула в его неощутимых и тёплых объятьях. Ощущение невесомости лёгким ветерком тихо навеяло на сознание дрёму, и юная жена погрузилась в сон.

— Алина, солнышко моё, с тобой точно всё хорошо? — Заботливо поправляющая одеяло мать задавала этот вопрос раз, наверное, в двадцатый. — Ты слишком спокойно выглядишь! — Она внимательно вглядывалась в глаза лежащей в постели Алине и старалась отыскать в её потоке хотя бы малейшие признаки недомогания. — Если тебе приснится дурной сон, сразу же разбуди меня!

— Мама, со мной всё в порядке, — успокоила её дочь. — Лучезар меня исцелил. — Она высунула из-под одеяла плечо: — Вот! Как новенькое, даже лучше. Он очень искусный целитель, я даже не думала, что он так сможет. Не оставил ни следа на коже, ни отпечатка на энергоконтуре!

— С телом он справился идеально, никто не спорит, — закивала мать. — Со временем из него получится великий целитель. Но тяжёлые травмы могут оставить след в психике! Ты ещё совсем молода! Вдруг тебя будут мучить кошмары!

— О том, как я падаю с ветки на ветку? — прыснула Алина. — Я так сто раз падала, и ничего, пока что ни одного кошмара не было. И сёстры вроде тоже не жаловались, хотя и они лазали по деревьям, когда были маленькими. Разве ты сама в детстве не залезала на деревья, мам?

— Залезала, конечно, — согласилась мать. — Но я не ставила неудачных экспериментов с гравитационными полями и не разрывала себе мышцы плеча надвое! Алина, у тебя была порвана мышца! На две части! Это же мучительная боль! И ты терпела её целый час!

— Я терпела её в десять раз меньше! — отмахнулась Алина. — А может, и ещё меньше, я не помню. Откуда час взялся? Милана меня сразу к Лучезару отвезла, родовые земли его рода начинаются сразу за лесом. А за час можно было вокруг Руты облететь не торопясь! Ну да, было больно, конечно, но не так, чтобы упасть и не шевелиться. Ничего ужасного не случилось, ну, подумаешь, упала и немножко ободралась. Первый раз, что ли. Ты же знаешь, что я никогда не плачу.

— Знаю, солнышко моё, — вздохнула мать. — Ты у нас стойкая, подобно скале. Но я всё равно переживаю за тебя. Ты же гармоничная, твой поток нестабилен и только начинает принимать свои истинные контуры. Вдруг болевой шок совпал с неконтролируемым всплеском или провалом потока, это могло отразиться на твоём здоровье! Синаптические связи могли пострадать!

— Тоже мне, всплески и провалы! — весело захихикала Алина. — Я же дочь сияющих, а не сын! Вот когда Тринадцатый был маленьким, и даже в моём возрасте, так в его присутствии разные кристаллы взрывались и разлетались на куски! Вот это всплеск! А у меня всё спокойно, я ни разу не испортила ни одного кристалла. Так что мои всплески никому не вредят, даже мне.

— Да? А из-за чего ж тогда ты разорвала себе плечо? — иронически уточнила мать. — И кто такой этот Тринадцатый? Я не помню чада с таким именем, тем более гармоничного.

— Так звали Торбранда до того, как он получил имя Торбранд, — объяснила Алина.

— Торбранд? — Мать удивилась. — Знаменитый даарийский воин Высокомерного Тора? Откуда ты знаешь его детское имя?

— Мама, он носил детское имя до тридцати пяти лет! Это все знают! — Дочь вернула ей удивлённый взгляд. — Разве ты не смотришь частоты касты воинов?

— Смотрю, конечно, — вздохнула мать. — Кто же их сейчас не смотрит… Вершится Великая Асса, и каждый день может принести нам нашествие тёмных. А мы живём в порубежном мире…

— Не бойся, мама, мы всех победим! — Алина взяла мать за руку. — Мы же сияющие! На нашей стороне Высокомерные из вышних сияющих миров, и сама Великая вспышка даёт нашей расе бесконечную силу! Вся цивилизация сияющих встала на пути у врага, словно направленный в грудь противнику клинок, остриё которого — это незыблемая доблесть касты воинов, а его опора — бесконечная мудрость гражданских каст! И потому нас не победить!

— Эту речь слышали все, — грустно улыбнулась мать. — Так сказал боевой ас Альвбьорн перед тем, как совершить свой последний подвиг. С тех пор её крутят везде. Но сам он пал в первой битве этой Ассы вместе с миллиардами других бойцов. За те девять суток, что длилась первая битва, воинская каста потеряла половину всех воинов и две трети флота.

— Но они победили! — с жаром воскликнула Алина. — Высокомерные тёмные бросили на эпицентр пространства высоких энергий бесчисленные триллионы кораблей! Но никто не дрогнул перед несметными армадами врагов! Могучие асы погибли, уничтожая целые флоты врагов, безлюдные системы, в которые заманивали армады чужих, сгорали во вспышках сверхновых, и отблески этой битвы будут миллионы лет наводить ужас на тёмные миры, доходя до их жарких мрачных глубин вместе с фотонами света! Высокомерные сияющие явились на зов павших асов, и ни один чужой не ушёл живым из исконных миров нашей расы! В той битве погибли все бойцы касты воинов, кто прожил долгую жизнь и давно исполнил долг перед родом. Они сознательно шли в первых рядах, зная, что это будет их последний подвиг! Зато теперь сражения сместились в порубежные миры, а на место павших встали новые бойцы! Это же и есть священная МЕСТЬ — занять МЕСТо павшего родича, заМЕСТитЬ его в битве! Сейчас каста воинов растёт, даже самые мирные гражданские рода создают боевые флоты, миллиарды новых ратников отправляются в помощь воинам!

— Но они не рождены бойцами и не воспитывались с первых месяцев жизни по воинскому укладу, — мягко возразила мать. — Поэтому они гибнут чаще. Да, потери тёмных огромны и, наверное, даже не поддаются подсчёту, но их армады всё плывут и плывут, погружённые в анабиоз, через гиперпространство. Они никуда не торопятся и никуда не свернут, зачастую пространство, которое им необходимо преодолеть, столь безгранично, что флоты врагов будут прибывать ещё сотни лет. Нескольким поколениям всей расы сияющих предстоит вырасти в условиях бесконечной войны.

— Ну и пусть! — воинственно заявила Алина. — Мы всё равно победим! Каста творцов изобретёт новые боевые корабли и кристаллы мощи! А твоя каста выстроит их много миллионов! Воины будут сражаться, целители — спасать раненых, папина каста — создавать продовольствие, никто не дрогнет, всё будет так, как сказал ас Альвбьорн! И мы победим!

— Конечно, победим. — Мать ласково укрыла Алину одеялом. — Никто не сомневается. Просто случится это ещё не скоро, и весь наш род будет очень рад, если ты дорастёшь до этого времени целой и невредимой, а не возьмёшь за правило всякий раз падать с тридцатиметровых деревьев и рвать себе мышцы в клочья. — Она с улыбкой коснулась пальцем кончика носа дочери. — Ты гармоничная, Алина. Твои дети будут славными представителями рода, а сама ты станешь искусной мастерицей. Когда-нибудь ты обязательно разовьёшься до аса, ведь твой поток способен достичь таких высот. Поэтому давай договоримся: ты больше не будешь так нас пугать и впредь станешь вести себя более здраво. Хорошо? — Мать тихо рассмеялась: — Не то распугаешь всех мужей, и как потом создавать семейный союз? Гармоничным дочерям и без того непросто отыскать свою половинку. Мы уже начали поиски, пока что по всей Пограничной! На очереди галактика Свага!