Сострадание к врагу - Сергей Герасимов

Через несколько минут к машине подошла немолодая женщина, худая, похожая на вяленую рыбу, и поинтересовалась, что они здесь делают.

— Хотим посмотреть на церемонию, — ответил Капитан.

— Сюда приглашаются только жители Тибера, — возразила женщина. — Присутствие чужих нежелательно. У вас есть разрешение?

— У нас нет разрешения, — сказал Капитан. — Мы жители далекой планеты, которой, скорее всего, нет в ваших списках. — Но мы хотели бы применить ваш опыт у себя.

— Какой опыт?

— Мы собираемся построить нескольких фабрик счастья у себя дома. Но вначале мы хотели убедиться в том, что фабрики работают по-настоящему качественно.

Женщина задумалась. Ее высохшее лицо на несколько секунд превратилось в маску.

— Хорошо, я поговорю насчет вас. Может быть, вам разрешат смотреть, — сказала она и ушла.

— Построить такую фабрику на Земле? — удивился Денисов. — Как вы могли подумать о таком?

— Я думаю об этом давно, — ответил Капитан. — За пятьдесят лет на Земле вполне могли появиться сильные инфонаркотики. Уверен, что они уже есть. Вполне возможно, что кто-то уже придумал и построил там местную фабрику счастья. Мало ли у нас негодяев.

— Или построил что-нибудь еще хуже.

— Вот именно. Между прочим, во всей Галактике нет ни одной по-настоящему развитой технической цивилизации. Нет такой расы, которая преобразовала свою планетную систему, полностью овладела энергией своей звезды. Таких рас нет и в ближайших галактиках, иначе земные телескопы их бы уже засекли. Как видишь, космос полон слабых миров, которые гибнут, не успевая раскрыть свои возможности. Поэтому я боюсь за Землю, очень боюсь.

* * *

Йец возвратилась злой.

— Никто не захотел со мной разговаривать, — сказала она. — Все заняты собственным приготовлением к смерти. Больше ничто их не волнует. Один даже посоветовал мне поучаствовать в розыгрыше жетонов.

— А ты?

— Послала его подальше. Это зомби. Они уже мертвы. Начало через несколько минут. Вы как хотите, а я смотреть не собираюсь. Если вы остаетесь, я пойду домой пешком. Я чуть не подралась с ними, а переругалась с целым десятком. Те, кто поближе к центру, выглядят как мертвые рыбы. Как дохлые рыбы. Вонючие дохлые рыбы.

— Мы не остаемся, — сказал Капитан. — Я уже узнал всё, что хотел.

Он сделал несколько штрихов вечным карандашом, закончил рисунок и свернул планшет.

— Мы уезжаем? — тихо спросила она.

— Да. Сейчас ты везешь нас домой. Но вначале проедешь мимо тех трех автомобилей. Медленно, не спеша.

Она обернулась и посмотрела на три черные машины.

— Но это же…

— Вот именно.

У машин стояли несколько молодых человек. Красивые, белокурые, с наглым выражением на лицах.

— Но это не те, что убили Сифа, — сказала она.

— Значит, их друзья или приятели.

Блондины сели в машину. Черный автомобиль двинулся в сторону дороги.

— Может, поедем за ними? — предложил Денисов.

— Не лучшая идея, — возразил Капитан. — Мы здесь заметны, как прыщ на лысине. Но попробовать можно. Только сильно не гони, девочка. Если они захотят уйти, пусть уходят.

Черный автомобиль проехал совсем близко от них… Йец выждала минуту и выехала на дорогу.

В пригороде черный автомобиль свернул вправо и направился в сторону одиноко стоящей группы невысоких зданий.

— Что делать? — спросила Йец.

— Проводи их до дверей. Выясним, куда мы попали.

— Я знаю, куда, — сказала она. — Дома не настоящие, только видимость. Они окружены защитным полем, которое и создает изображение. Там внутри можно поместить всё, что угодно.

— Можно ли проникнуть внутрь?

— Можно. Но там будут корсы.

— Корсы? Это те самые собако-львы, которых мы однажды встречали в чужом саду? — спросил Денисов.

— Да. У них мгновенная реакция. Это живая смерть.

Черная машина подъехала к зданиям и… исчезла. Растворилась в воздухе.

* * *

В этот же день Йец отправилась в церковь, как того требовал обычай.

— Я должна позаботиться о его душе, это важно, — сказала она. — Ты только не обижайся.

— Почему я должен обижаться? — удивился Денисов.

— Когда умирает мужчина, его жена должна поговорить с богом об этом. Тяжелый и сложный разговор. Но я не была женой Сифа, мы просто любили друг друга пятьдесят лет назад. Жены у него не было, и это должна сделать я. В память о том времени.

— Понятно. В какого бога верят на Тибере?

— На Тибере у каждого свой бог. Мы верим не так, как вы. Это наше личное дело, мы не рассказываем никому об этом, кроме самых близких друзей.

— Ты едешь в церковь?

— Да. И ты не должен меня сопровождать.

— Я не буду входить. Подожду снаружи. Тебе нужна охрана.

— Зачем?

— Не знаю зачем, просто чувствую. Что-то собирается вокруг нас, надвигается, как туча. Сифа ведь убили через несколько часов после того, как ты с ним поговорила. Тебя тоже однажды предупреждали. После твоих расспросов в музыкальном баре. Поэтому не отпущу тебя одну. Я еду с тобой.

Но поехать вместе не получилось. Вскоре после разговора Денисов почувствовал себя плохо. Он лежал в постели, и робот-паук колол его в плечевую артерию.

Йец щелкнула пальцем по крышке паука и посмотрела на экранчик:

— Ничего страшного. Одна из местных лихорадок, которой давно не болеют люди. Болеют только мыши и тараканы. Вот теперь еще ты.

Она отправилась в церковь на машине и взяла с собой Тома. Попетляв по переулкам, они подъехали к большому зданию странной архитектуры. Оно сразу бросалось в глаза: нагромождение тонких шпилей, торчащих под разными углами.

— Это очень пустой квартал, — сказал Том.

— Да, ты прав. Удивительно. Люди перестали приходить сюда много лет назад. Они больше не исполняют свой долг перед умершими.

Внутри церковь была похожа на пчелиные соты. Единое большое пространство над головой, а внизу отдельные маленькие кельи. Она открыла дверцу, и внутри зажегся слабый голубоватый свет.

— Стой у двери, — обратилась она к Тому. — Никуда не уходи, даже если меня долго не будет.

Йец вошла и закрыла дверцу за собой. Ее сразу же окружила знакомая с детства тишина церковной кельи: внутреннее покрытие стен гасило любые звуки.

Девушка опустилась на колени, нащупала контакт и подключила его к своему виску. Мир вокруг перестал существовать. Она ощутила присутствие бога.