Пришельцы против пришельцев - Василий Головачев

Но этими встречами программа не исчерпывалась. В ней были и мастер-классы, и конференции на разные темы, и конкурсы (даже такие экзотические, как конкурс кулинарного искусства «Битва поваров»), инсталляция живых скульптур, велогонка, выступления песенных групп, театр моды, концерты мастеров искусств и даже балет.

Варавва, изучив программу, и сам был бы не прочь послушать знающих людей и поучиться у мастеров. Тем более что, по отзывам в Интернете людей, побывавших на фестивалях, съезжались в М-зону действительно интересные личности, бескорыстно занимавшиеся изучением аномальных явлений. У Кашина даже мелькнула мысль позвонить Старшинину и спросить, почему эксперты отдела науки и сам шеф не заинтересовались Молёбкой после посещения района группой капитана Супруна и не отправили туда серьёзную исследовательскую экспедицию. Всё-таки НЛО там и в самом деле наблюдали не раз. Однако мысль пришла поздно, когда он уже сидел в самолёте, и Варавва решил высказать шефу свои умозаключения после командировки.

В аэропорту его встретил молодой парнишка по имени Алексей, лейтенант, сотрудник местного отделения «конторы», поинтересовался, как прошёл полёт, Варавва ответил, что всё нормально, и они подошли к чёрной «Волге» с местными «силовыми» номерами.

– Куда сейчас? – спросил Алексей, садясь за руль. – К нам в отдел?

– В гостиницу, – сказал Варавва; уже стемнело, и ехать сразу на место происшествия было бессмысленно, а в «контору» ехать не было нужды. – Где тут поблизости от Молёбки есть отель поприличней?

– Предлагаю «Сталагмит» в Кунгуре, это шестьдесят километров от Молёбки, ближе ничего не найдём. А из Перми ехать вдвое дальше.

– Хорошо, поехали в «Сталагмит». Интересное название.

– Гостиница сравнительно новая, позиционируется как гостинично-туристический комплекс, имеет свой бассейн. Организует экскурсии по Кунгуру и за город. Места у нас богаты церквями да монастырями, музеев много, очень приличный музей крестьянского быта – «Деревня Ермака». Имеются сказочные поляны, тематические уголки, центры всевозможных ремёсел. В общем, есть на что посмотреть. А «Сталагмит» стоит буквально в сотне метров от входа в знаменитую Кунгурскую ледяную пещеру. Не бывали?

– Не приходилось.

– Изумительно красивый подземный ход длиной больше километра. Пещеру облагородили, наладили подсветку, народ валом валит полюбоваться на сталактиты и сталагмиты. Я там был дважды, понравилось. Если хотите, можем устроить экскурсию.

– Некогда, – односложно отказался Варавва. Клаустрофобией он не страдал, но подземелья не любил ни в каком виде, провалившись в детстве (ему тогда исполнилось всего шесть лет) в старые катакомбы и проплутав по ним больше суток. – Может быть, потом. Что известно об инциденте?

Проводник оценил настроение московского гостя, подобрался.

– В общем, пока ничего не известно, следователи только начали работать. Баркова нашли в общей палатке, он поселился там вместе с товарищем из Екатеринбурга. По предварительным данным, его убили ударом в шею. Удар был несильным, следов почти не осталось, но пришёлся в сонную артерию, мужик умер мгновенно. Это всё, что я знаю.

– Причины тоже неизвестны?

– Скорее всего.

– При нём были какие-нибудь бумаги?

– Не знаю, – виновато шмыгнул носом водитель.

– Кто занимается расследованием?

– Пермская бригада и местная полиция.

– А Чешко здесь?

– Вы его знаете? – с ноткой удивления в голосе спросил Алексей.

– Слышал от… его свояка.

– Не знал, что у него есть свояк. Вообще, по отзывам, это косорукий товарищ.

– Какой? – удивился, в свою очередь, Варавва.

Алексей улыбнулся.

– Взятки берёт. Но у него хорошие связи в областном УВД, недавно ему полковника дали, до этого в майорах ходил.

– Да, это характеристика. Он участвует в расследовании?

– Вряд ли, но его в Молёбке видели.

«Волга» добралась до окраин Перми, но в город въезжать не стала, свернула к трассе до Екатеринбурга.

– Ваши парни не подсоединились к расследованию? – спросил Варавва.

– По всем признакам это обычная уголовщина, – пожал плечами провожатый. – Нас никто не подключал, да и нужды в этом нет.

– Но у вас лично есть какое-то мнение?

Алексей помолчал.

– Уфологи вообще народ странный, а Барков был самым оригинальным. Если не считать пропавшего Белоброва. Кстати, в Молёбке сейчас находится Евгения Дарницкая, она журналист, сотрудник «Пермской правды», много раз интервьюировала Баркова и других учёных.

– Отлично, надо будет встретиться с ней. У вас есть её координаты?

– К сожалению, нет, могу узнать у знакомых, но вы её легко узнаете. – Алексей расплылся в улыбке. – Она там самая красивая.

– Спасибо.

Вопросы у Вараввы закончились, и разговор сам собой увял.

Молчали до Кунгура, к которому подъехали уже в одиннадцатом часу вечера. Алексей начал было рассказывать историю старинных зданий, мимо которых проезжала машина, однако Варавва слушал его вполуха, и гид замолчал.

Подъехали к гостинице, располагавшейся рядом с кручей, в основании которой и начинался вход в ледяную пещеру.

Гостиница оказалась достаточно вместительной, четырёхэтажной, с большим полукруглым павильоном справа, похожим на тир.

Алексей дождался, пока гость устроится, спросил:

– Что-нибудь ещё?

– Спасибо, ничего, – ответил Варавва. – Вы тоже здесь поселитесь?

– Нет, я в городе остановлюсь, у меня тут родичи живут. Когда отправимся в Молёбку?

– Чем раньше, тем лучше. Сколько туда ехать?

– Погода хорошая, на удивление, поэтому доберёмся за час.

– В таком случае жду вас в семь часов утра.

Алексей подал руку, и на этом они расстались.

Варавва спросил у молоденькой администраторши, работает ли ресторан, и получил ответ:

– С восьми утра до десяти вечера. А бар работает допоздна, – добавила девушка.

Только теперь Варавва обратил внимание на стойку бара справа от окна ресепшн, оглядел ассортимент предлагаемых блюд и остался доволен. В меню входили быстро разогреваемые супы и вторые блюда, так что с голоду умереть ему не грозило.

Поднялся на третий этаж на лифте, открыл дверь одноместного номера, осмотрелся, бросил сумку с вещами в шкафчик, не распаковывая. Умылся, спустился вниз, в бар, заказал понравившееся видом блюдо – «Трофей Ермака», состоящее из трёх сортов мяса: кролика, индейки и свинины, а также зелёный чай и пирожки с вишнями. Уселся за отдельный круглый столик у стенки бара, хотя мог бы расположиться и на большом диване; всего бар вмещал не менее трёх десятков посетителей.