Тень хранителя - Алексей Байкалов

Указав на кучу напиленных, но еще не колотых дров, он протянул обоим ребятишкам внушительные топоры и добавил:

– Колем поленья отсюда и до обеда.

Стив скривился, а Олег с интересом обхватил топор и попробовал взмахнуть им.

– Смотри сюда, вот колода – это основа для колки дров. Чем больше на ней рубцов и порезов, тем с большей гордостью ты смотришь на нее, – вновь начал вещать Оттар, соскучившийся по общению. – Она является молчаливой и простой конструкцией, но требует мудрости при установке. Она партнер топора, ни один топор не раскроет своего потенциала, если колода неустойчивая или неправильного размера. В первую очередь колода должна быть широкой. В этом случае она будет устойчивой и контактная поверхность не позволит ей переворачиваться и отнимать энергию у лесоруба. Самое оптимальное – поставить колоду на каменное основание, по крайней мере на твердую поверхность, – выдав столь длинную тираду, лесоруб установил первый чурбачок на колоду и ловко взмахнул собственным топориком.

– Ох ты, – вымолвил Олег, наблюдая, как ловко чурбак разлетелся от несильного, но выверенного удара Оттара.

– Самое лучшее проникновение топора в дерево происходит, когда лезвие встречается с поленом под более или менее прямым углом.

– А почему зимой лес заготавливают? – Стив тяжко вздохнул. Он не привык работать и, если честно, не испытывал ни малейшего желания учиться этому.

– Зима – прекрасное время для заготовки деревьев: в них мало влаги, а стволы не пачкаются от грязи. Их легче транспортировать. Волоком лошадьми. Или, как мы копаем сейчас желоба, обшиваем их деревом, а потом, когда ударят морозы, прольем водой. Получатся своеобразные ледяные горки, по которым стволы со свистом полетят к реке.

Так сразу, без раскачки, начались трудовые будни мальчишек. Олега увлекло это, в сущности, монотонное занятие. Было в нем отчасти что-то сродни тренировкам. Вновь откуда-то из глубин подсознания всплыло, что скорость, ритм и меткость намного важнее, чем простая сила.

Опытным путем выяснилось, что колка дров топором требует правильного настроя. Для удара в первую очередь важна скорость. Если Стив бил обреченно и с ленцой, то Олег сразу решал, что полено должно расколоться. Для этого мальчик концентрировался не на точке в центре обреченного чурбака, а сразу под ним, и удар наносил так, будто пня не было на этом месте. Это и было секретом успеха: никакого сомнения или замешательства – сразу удар!

Когда Оттар увидел результаты работы обоих мальчишек, то лишь покрякал и увел Стива, поручив ему очень нудную работу, таскать воду из реки, для кухни. А сам с удовольствием присоединился к Олегу.

После сытного обеда Оттар отправил своих новых помощников чистить котлы. Пучки сорванной травы и зола от костра творили чудеса: пару часов работы и котлы заблестели изнутри.

Вечером лагерь наполнился людьми, вернувшимися с различных работ. Как понял Олег из разговоров, сейчас лесорубы готовились к зимовке, обустраивая лагерь. Еще готовили удобные подходы к реке, чтобы зимой беспрепятственно складировать срубленные стволы деревьев.

Тогда же произошел первый, он же последний, конфликт. Некий стражник – Олег даже не счел нужным запоминать его имя – решил, что двое молодых сорванцов вполне достойная цель для издевательства и эксплуатации более слабых, чем он. Пока мальчишки ели, млея от приятной усталости после сытного ужина, он в раскачку подошел к ребятам и кинул в лицо Олега свои грязные портки, со словами: «Чтоб к утру постирал, иначе выпорю…»

Стив захотел было вскочить, с покрасневшим от гнева лицом, но Олег спокойно положил ему руку на плечо и рывком поднялся сам. Его тренированный взгляд отметил показное равнодушие старшего по лагерю и приказчика Ганса. Даже здоровяк Оттар сидел не шелохнувшись, как бы предлагая им самим выпутываться. Обнажив свой кинжал, висевший на поясе, Олег демонстративно разрезал портки надвое и кинул их в грязь около стола, плюнув туда для пущего эффекта.

Стражник, вначале опешивший от такой наглости, потом взревел и с криком: «Зашибу» и кинулся на Олега. Но мальчик не растерялся. Прекрасно осознавая, что первым применять оружие нельзя, убрал клинок в ножны и ловко увернулся от взмаха загребущей руки, одновременно добавляя толчком энергии промахнувшемуся воину, от чего тот потерял равновесие и на скорости улетел кубарем на вытоптанную землю, глотая песок и поднявшуюся пыль.

– А ты не много о себе возомнил? – голос второго поднявшегося бойца не сулил Олегу ничего хорошего. Уже стоя, тот взял в руки небольшую деревянную дубинку и, чуть поигрывая ей, сделал шаг вперед.

– Сиди, Стив. – Олег в душе взъярился. Вновь абсолютное спокойствие и уверенность в своих силах охватили его. Он скользнул обеими руками к поясу, где висел набор метательных ножей и предостерегающе показал два ножа.

– Ты ими пользоваться умеешь, щенок? – Это поднялся первый зачинщик драки и тоже подхватил кем-то ловко брошенную ему дубинку.

Тогда юноша без слов взмахнул правой рукой, а затем и левой. Броски вышли сильными и точными. Две узкие полоски стали воткнулись туда, куда он метил – в дубинки.

– Следующие – в руки!

Олегу поверили. Раздался грозный окрик старших, и бойцы нехотя уселись обратно за свой стол. Свое-образную проверку на вшивость мальчишки прошли.

В лагере, по примерным подсчетам Олега, обитало почти полсотни работников, разбитых на спаянные десятки. Еще присутствовали охотники. Их было всего одна полная рука и полноценный десяток охранников-наемников, вся задача которых, как понял Олег, была не допустить смертоубийств среди тружеников.

Здесь не было никакого алкоголя и азартных игр. Поэтому столь жестокая проверка на стойкость не заставила себя долго ждать. Все ж какое-то развлечение. Но огрызнувшихся по полной молодых волчат больше не задирали. На первый план выходила работа, работа и еще раз работа.

Как результат, к началу первых серьезных морозов кухню окружали огромные круговые поленницы дров. Олег мастерски научился колоть, пилить и рубить деревья. Овладел наукой заточки топора, научился даже сносно кашеварить. При этом он не прекращал своих занятий, чем сначала вызывал насмешки здоровых мужиков, а потом и уважение, ибо в любую погоду, невзирая на дождь, холод и иногда пронизывающий ветер, Олег каждое утро бегал делать зарядку и комплекс разминочных упражнений.

Когда снег лег окончательно, началась настоящая заготовка леса. По всей округе дробно застучали топоры и завизжали пилы. Лагерь будто вымирал с утра. Лесорубы возвращались сюда только ближе к ночи, чтобы переночевать, а потом вновь с рассветом уйти на работу.

Горячую еду им таскали попеременно Олег и Стив. В обжигающе горячих котелках, на санках. Было в этом что-то завораживающее, когда ты идешь по лесу, на деревьях лежит снег, а воздух звенит от легкого морозца. Ты подходишь к работающей бригаде лесорубов и на мгновение замираешь, вдыхая запах свежеспиленных деревьев. Олег буквально наслаждался этим упоительным чувством, в отличие от вечно брюзжащего Стива.