Врата скорби. Повелители огня - Александр Афанасьев

– Вот как? – прищурился человек в синей шинели – меня уже давно забавляет один жизненный парадокс, Борис Викторович – прямо таки не дает покоя. Почему, несмотря на наличие в подполье весьма опасных… персонажей, приговор суда чести в отношении вас до сих пор не приведен в исполнение. Есть ли в этом… промысел божий? Или некая тайна, в которую Третье отделение непременно должно быть посвящено.

– Убить меня не так просто, Николай Степанович.

– Да полноте, Борис Викторович. Убить можно любого. Царя… вас… меня… все мы смертны и эсеры не раз это доказывали. Но вы…

– Я бы предпочел назвать это удачей…

– Как знаете. Но, тем не менее – вы вошли в контакт с уцелевшими левыми радикалами и направили в регион несколько человек с целью проникнуть в силы арабского исламского сопротивления. Вы решили действовать исподволь. Ваши люди – должны были проникнуть в ячейки и повести в них пропаганду. Примерно так, как это происходило у нас.

– Ну… с народниками бы вы меня не равняли, право…как то даже неудобно, Николай Степанович. Это ведь такие люди были…

– Народники… наши арабские земли находятся примерно в таком же состоянии, в котором были центральные губернии России в начале века. Перенаселение, вызванное тем, что население получило доступ хоть к какой-то медицинской помощи, радикализм, агония старых общественных форм при отсутствии новых, нищета и нехватка земли ввиду отсталых способов земледелия и неблагоприятного климата, резкое размежевание различных частей общества…

– Просто грех таким положением не воспользоваться, Николай Степанович, верно?

– Ваша правда, ваша правда. Итак – вы послали своих людей на Восток. Полагаю, что мы далеко не все еще знаем, но одним из них был Тоцкий. Еврей, выкрест, эсер-максималист, заочно приговорен к смертной казни за террористическую деятельность. Он пробрался в самую южную оконечность Аравийского полуострова, попал в плен к бандитам и за короткое время заразил их идеями троцкизма и агрессивного марксизма. При этом – он прозорливо опирался на ислам и на стремление простых людей к справедливости, которое имеется в любой религии. Так возникла мутация радикального ислама с сильными элементами марксистской революционной теории и троцкистской революционной практики. Его назвали «Идарат». И это было ваше творение, ваших рук дело, Борис Викторович.

– Вы только из меня Воланда не делайте, Николай Степанович. В конце концов, основа – первична. Если есть условия, то движение подобное Идарату не могло не появиться. Условиями – были нищета и угнетение.

– Несомненно, Борис Викторович, несомненно. Бандиты существовали там и до того, как на Восток пробрались ваши… разжигатели революционного пожара. Однако вы – в немалой степени способствовали обогащению их идеологической базы. Теперь они не просто грабители и даже не бойцы за веру, которая во многом дискредитирована продажностью и имущественным положением мулл. Теперь они бойцы за справедливость.

– Если не может остановить – возглавь.

– Да, но в данном случае вы не останавливали, вы и являлись инициаторами этого процесса, верно? Особенно я аплодирую вашей гениальной задумке с Соломоном. Демонический главарь, которого давно уже никто не видел. Которого ищут все, но никак не могут найти. Который рассылает фетвы и воззвания. И от которого приходят деньги на продолжение борьбы. Кто же мог знать, что вы, воспользовавшись вашими связями в МВД – сделали, в общем-то обычному, поверившему в троцкистско-марксистскую болтовню бандитскому главарю поддельные документы и засунули его в тюрьму по сфабрикованному обвинению в убийстве. Тюремные стены защищают нас от бандитов – но мало кто задумывается о том, что и бандитов они тоже защищают. Особенно в таком месте как Аден.

– Ну… это несложно.

– Для вас вероятно, Борис Викторович, но позвольте, я продолжу. Поскольку у вас была организация – вам ее надо было финансировать, а сами вы этого делать не могли. И тогда вы решили обратиться к тем, у кого были, и деньги и желание их вкладывать в разжигание войны на территориях, принадлежащих России. То есть к англичанам. Вы приказали вашим людям установить с ними контакт в Адене…

– Вот здесь немного не так, Николай Степанович.

– А как же – позвольте вас спросить?

– На них вышли здесь, в Санкт-Петербурге. Точнее даже не в Санкт-Петербурге, а в Москве.

– А почему англичане поверили вам? В таких случаях – никто никому не верит, я и сам бы не поверил.

– Все очень просто, Николай Степанович, Моим людям не поверили бы как верноподданным – но поверили как бывшим троцкистам. Кем они и являлись.

– Отлично придумано… а про вас англичане знали?

– Конечно же, нет. Боюсь, в это они уже не поверили бы.

– Гениально. Точная дозировка…

– Боюсь, у вас так бы не получилось, Николай Степанович…

– Да куда нам… верным псам государевым. Мы же опричнина… но позвольте, я продолжу. Получается, вы вышли на англичан, и таким образом получили и ресурсы и в некотором роде свободные руки. У британцев остались и люди и интересы в Племенной Федерации – но они получили приказ держаться от вас подальше. Я угадал?

– Ну… примерно так.

– Значит, задачу внедрения вы решили. А поскольку почва была благоприятная, финансирование бесперебойным, поставки оружия – существенными – Идарат превратился в самую серьезную силу в регионе. И тогда вы поставили себе вторую задачу – взять политическую власть.

– Ну, вы тоже себе ставили подобную задачу, верно, Николай Степанович?

– Позвольте?

– Касим аль-Хабейли. Его ведь продвигало к власти ГРУ. А ворожил – Третий отдел. Поправьте, если я ошибаюсь?

– Ну… в общем то не ошибаетесь. Один вопрос можно?

– Да хоть два, Николай Степанович.

– Откуда вы взяли деньги? Ведь для того, что произошло в Адене – вам надо было иметь огромное количество денег на подкуп. Такие деньги – вам не могли дать даже англичане. Опять в рептильный фонд залезли, а Борис Викторович?

– Никак нет.

– А как тогда, позвольте полюбопытствовать.

– Авы еще не догадались? Ограбление банка.

– Боже…

– Банкирам все равно, у них есть касса взаимопомощи, все утраченные деньги им возместили за счет этого. А кто знал, что положили в тот фургон, наличность – или резанную бумагу?

– Да… – Гумилев даже покачал головой – вы, мсье, просто удивительный авантюрист. Просто удивительный…

Савинков лишь пожал плечами.

– Хорошо, у вас есть деньги. Теперь вам надо ими с толком распорядиться. И с этой целью вы начинаете подкупать мелких князей, входящих в Федерацию. Ваша ставка – на Абу аль-Бейхани, правителя княжества Бейхан. Вы должны провести его к власти. И вам это удается… почти. Вот только на Племенном совете – начинается перестрелка. И все ваши гениальные планы – гибнут, разбиваясь о рифы жестокой…