Ермак. Телохранитель - Игорь Валериев

Пленнику хватило одной, после чего мы направились к моей цели. После того, как лакей показал головой на необходимую мне дверь, он направился в страну Морфея. Я аккуратно пережал ему сонную артерию. Видимо, бесшумно уложить на пол отрубившееся тело мне не удалось, так как нужная мне дверь стала открываться и из неё показалась рука с фонарём. "Страна не пуганых идиотов", — успел подумать я, смещаясь за открывающуюся дверь.

Вышедший из двери офицер, увидев лежащее тело лакея, направился к нему. Перемещение за спину, дозированный удар, ловля падающего фонаря, и у меня на руках две отключившейся тушки. Матерясь про себя, затащил тела в комнату. После чего, подобрав фонарь, и, зайдя в помещение, аккуратно закрыл дверь. Подняв фонарь повыше, осмотрел свои жертвы.

"Нда, лакей первого разряда с кучей наград и целый жандармский подполковник, — крутанул головой. — Повеселились, однако, господин хорунжий. Ладно, работаем дальше".

Связал руки за спиной подполковника, посадил его на стул. Кляп в рот засовывать не стал, но рот завязал, попавшимся в комнате полотенцем. Поставил на стол лампу-фонарь и, придвинув стул, сел напротив офицера. Оставалось только ждать. Минут через двадцать заметил по задрожавшим векам и изменению ритма дыхания, что жандармский чин начал приходить в себя. Когда он открыл глаза, то, увидев мою голову в маске, дёрнулся назад и чуть не свалился со стула. Ожидая такой реакции, я удержал мебель с подполковником вравновесии, после чего произнёс.

— Алексей Павлович, не пугайтесь — это я, хорунжий Аленин. Если вы дадите мне слово офицера, что не будете каким-либо образом предупреждать охрану, я Вас развяжу. Вы даёте слово офицера? Если да, то кивните!

Последовал кивок подполковника, и я развязал верёвку и полотенце на адъютанте Главного начальника Охраны генерал-майора Свиты Его Величества Петра Александровича Черевина.

— Как Вам удалось пробраться сюда, хорунжий? — подполковник Мозалев энергично растирал запястья. — И снимите этот колпак с головы.

— Господин полковник, до самого дворца, если честно, особых трудностей не возникло. В самом дворце потребовалась помощь. Пришлось обратиться к лакею первого разряда. К сожалению, не успел узнать его фамилии, — я стянул с головы шапку-маску и указал ею на тихо сопящего носом вынужденного гида-проводника до нужного мне помещения.

— Он хоть живой, хорунжий?

— Могу привести в чувства, но лучше пускай полежит пока. Я его сильно напугал. Кляп вынешь, точно в истерике заголосит. Подождём утра. Тем более до рассвета осталось чуть больше часа.

— Может сейчас разбудить Его превосходительство? Он мне приказал поднять его с постели, как только Вас, хорунжий, поймают, — толи со мной, толи сам с собой посоветовался Мозалев.

— Не поймали же! А какой ваш начальник бывает, когда его поднимают, чтобы сообщить неприятное известие, Вам, господин полковник, лучше знать. Я своё дело сделал, — сказав это, я откинулся на спинку стула.

Начинало немного потряхивать от адреналиновогоотходняка. Нервишки пощекотал сегодня ночью хорошо. Охране императора хоть и предписано стараться задерживать подозрительных лиц, а стрелять только в случае явной угрозы для охраняемого лица. Но, по Чехову даже в театре "если в первом акте пьесы на стене висит ружье, то в четвёртом оно обязательно выстрелит". А здесь ночь, нервы на взводе и оружие в руках.

Почему-то вспомнился анекдотический случай в мотострелковой части, на территории которой наш отряд спецназа был на время операции расквартирован. Новый набор призывников, которых привезли в часть покупатели, оказался в своём большинстве из представителей среднеазиатских республик СССР. Но хочешь, не хочешь, а некоторым из них через пару месяцев пришлось идти в караул. Наблюдал из раскрытого окна кабинета следующую картину. Боксы с боевой техникой. Мимо ворот важно прохаживается молодой боец, с автоматом на плече и подсумком для магазинов на ремне. Часовой на посту. Весь важный от возложенной на него ответственности.

Вдруг на площадку выруливает целый майор — замполит полка. Редиска в нравственном отношении, полная. Большой любитель поиздеваться морально над бойцами. Здесь решил, как позже выяснилось, проверить несение службы в карауле молодым пополнением.

— Стой, не ходи сюда, — часовой снял с плеча автомат.

Охреневший от такой команды замполит делает еще несколько шагов в направлении часового. После этого, часовой передёргивает затвор, наводит автомат на офицера и ласково так говорит: "Всё! Последний раз идёшь".

Замполит бухнулся плашмя на бетонку там, где стоял. Попал в лужу с разводами ГСМ. Пролежал в ней минут десять, пока не пришёл разводящий со сменой. Добили меня слова разводящего: "Товарищ майор, так они у нас без патронов в первые караулы ходят. Как бы чего не вышло".

Вот и мне ночью, когда крался мимо постов и патрулей, очень не хотелось чтобы чего-нибудь вышло. Понятно, что здесь в Гвардейский пехотный отряд почётного конвоя, Дворцовую полицейскую команду с её секретной частью, Дворцовую роту, да и в Собственный конвой отбирали лучших из лучших. Но ружьё-то могло стрельнуть! А всё генерал Черевин. Развёл меня в разговоре на слабо, как последнего мальчишку, Хотел уже вспомнить подробно тот разговор, чтобы понять, как попался, но тут адъютант Петра Александровича произнёс: "Боюсь, час или полтора до пробуждения не сыграют большой роли. А получить от Его превосходительства дополнительное недовольство из-за нерасторопности мне как-то не хочется. С Вашего позволения, хорунжий, я пройду в спальню и разбужу Петра Александровича".

— Не смею Вам мешать, господин полковник. А я пока займусь лакеем. В порядок его приведу.

Пока я приводил в себя жертву принудительного усыпления, в конце данного процесса услышал неразборчивый разговор на повышенных тонах, доносившийся из апартаментов главного охранника императора. Через несколько минут в комнату-приемную вошел генерал, одетый только в брюки и нательную рубаху. Осмотрел комнату, задержав взгляд на лакее, который никак не хотел сидеть на стуле, пытаясь съехать на пол.

— Прошёл всё-таки все посты и патрули?! Молодец! К обеду подробный рапорт со схемой, где и как пробирался. Какие силы охраны видел. Охарактеризуешь действия каждого. Это в первую очередь. До конца недели подробную записку с предлагаемыми мерами по улучшению охраны дворца. Илларион Иванович говорил мне, что у Вас, Аленин, есть какие-то интересные мысли. Можете идти. И лакея с собой прихватите.

— Слушаюсь, Ваше превосходительство, — я подхватил под мышки проводника, который находился в шоке и никак не реагировал на окружающую обстановку, вытащил бедолагу в коридор. Закрывая ногой дверь в комнату, услышал рык Черевина: "Ширинкина ко мне! И мышь не проскочит?! Все силы бросим?! Он мне ответит…". Дальше не разобрал и сосредоточился на приведение в себя моего "Сусанина". Через тридцать секунд взгляд моей жертвы стал осмысленным. Увидев меня, он попытался рвануть в сторону, но я его удержал.

— Всё, успокойся, пошли, покажешь дорогу на выход из каре, — я сделал шаг по коридору и увидел, как лакей судорожно замотал головой и застыл, как столб. Хорошо, что в этот момент из кабинета вылетел подполковник Мозалев.