Скверная кровь - Валерий Красников

Сняв комнату на постоялом дворе, я приступил к делам. Кое-чем надо было заняться незамедлительно: подобрать достойное жилище, нанять пару слуг, обзавестись породистой лошадью и приличным экипажем. Мне следовало производить впечатление не меньше имперского графа, правда, не слишком богатого, но с достатком.

Посетив нескольких уважаемых торговцев, чтобы изложить им свои пожелания, я не без удивления выяснил, что весть о моих подвигах опередила меня, так что здесь все были готовы и рады мне помочь.

Мне удалось договориться о найме скромного дома, что было воспринято с пониманием: одинокому мужчине ни к чему роскошные покои. Имея опыт управления большим поместьем, я знал, как обставить жилище и как наладить снабжение всем необходимым, но обустройство могло растянуться на несколько недель. На это время мне предстояло остаться на постоялом дворе.

Прошло всего несколько дней, а я уже утомился от приглашений на пиры и приёмы. Я отклонял все их, ссылаясь на раненую руку.

После того как дом был подготовлен к вселению, я нанял двух слуг и вручил им список всего необходимого, что должно было сделать его годным для проживания. Пока они выполняли моё поручение, я в своём новом жилище вынул из дна камина пару кирпичей, выкопал под ними яму и спрятал там большую часть сокровищ.

Теперь можно было приступать к осуществлению моего плана. И первым делом требовалось выяснить, что же в нынешних обстоятельствах, когда возможность незаконно присваивать земли и похищать с рудников золото отошла в прошлое, способно разжечь до предела неуёмную жадность Лафета и Корина.

В первые дни пребывания в столице я держал ухо востро, прислушиваясь ко всем толкам и пересудам, и моё внимание привлекли нескончаемые жалобы на неслыханный рост цен на продукты, составлявшие основу жизни для бедноты и простых горожан – кукурузу и просо. Разумеется, когда посевы губила засуха или побивал град, резкое подорожание никого не удивляло, однако в этом году погода была прекрасная, вот мне и стало интересно, с чего бы это ценам взлететь до небес?

Проведя расследование, я выяснил, что цены на просо и кукурузу контролирует лично король Калиона. Это меня нисколько не удивило, поскольку короли в колониях получали право на управление от Императорской канцелярии и по сути являлись управляющими колонией впридачу с громким титулом.

Система, установленная господином Дуло Риглодом, действовала таким образом: урожай, выращенный на полях, скупался посредниками, которые, в свою очередь, продавали его на склады, уполномоченные принимать зерно от имени властей колонии. Поступавший с этих складов товар продавался на рынке в количестве и по ценам, устанавливаемым властями. Чем выше был спрос, тем больше посредники, зернохранилища и простые покупатели платили землевладельцам и фермерам.

На первый взгляд всё это выглядело разумно. Но если так, то что же в год, когда предложение было обычным да и спрос не превышал нормы, могло стать причиной неслыханного роста цен?

Пытаясь найти отгадку, я выяснил, кто именно отвечает за поставки зерна из зернохранилищ на рынок. Этими вопросами занимался королевский чиновник Трибо де Пулен!

Существует ли предел человеческой алчности? Эти люди не только похищали золото, но и нагрели руки на строительстве туннеля, в результате чего чуть не затопили Ролон. А теперь добрались до системы продовольственного снабжения. Впрочем, меня волновало не столько то, что в результате их махинаций с ценами доведённый до крайности народ может взбунтоваться, сколько другое – кому придётся за всё это отвечать? Наверняка аферистам потребуется кто-то, на кого можно будет свалить вину. И не подыскивает ли эта шайка кого-нибудь на роль козла отпущения?

Поломав голову над этим вопросом, я нанял парнишку-полукровку следить за конторой графа Трибо на главной площади. В то же время я отправил графу послание, где сообщил, что узнал о нём от одного своего друга в Ренивьеде. Имя Элоизы было так же упомянуто: мол, я «имел намерение встретиться с вами ранее, но задержался, поскольку столкнулся с необходимостью оказать кое-какие услуги племяннице короля».

Трибо де Пулен назначил мне встречу в тот же день.

Он изменился с тех пор, как я видел его, когда был ребёнком. От малоподвижного образа жизни и обильной еды граф сильно раздался вширь, его одежда лопалась по швам.

– Весьма рад встрече с вами, господин Пасиль! – воскликнул чиновник при встрече. – Наслышан, как же – история, как вы спасли Элоизу, сейчас у всех на устах. Вас называют героем и сравнивают с рыцарями из древности империи.

Я скромно пробормотал в ответ что-то невнятное.

Мы расположились за столом в его конторе, где писцы корпели над бумагами, и де Пулен распорядился подать нам вина.

– Вы, кажется, упомянули, что обратились ко мне по рекомендации имперского друга.

– Думаю, он и вам друг. Он сармиец. Сейчас он ловец, но в прошлом, слышал, он был ещё тем пройдохой. Его зовут Фарид…

Говоря это, я нарочито смотрел в сторону, но краешком глаза, конечно, наблюдал за его реакцией. Вид у де Пулена был такой, словно он испугался змеи. Я снова воззрился на него, изобразив из себя саму невинность.

– Кажется, это имя мне смутно знакомо, господин Пасиль…

Я не дал ему договорить.

– Так вот, узнав, что я намерен отправиться в Калион, он посоветовал мне связаться с вами. Сказал, что вы человек разумный, осторожный и ловкий…

Трибо де Пулен попытался выдавить улыбку, но мышцы его лица были слишком напряжены.

– …в добывании денег, – закончил я.

– О, понимаю, понимаю… А он говорил, как я, хм, добываю деньги?

– Нет, лишь нахваливал ваши деловые качества. Кажется, вспоминал какие-то ваши совместные операции, связанные с золотом. – Я подался к нему, заговорив тихо и доверительно: – Скажу честно, господин Трибо, у меня сложилось впечатление, что вы с Фаридом расстались не совсем мирно, но он хотел бы восстановить добрые отношения. Принимая во внимание его сомнительную репутацию, я склонен предположить, что этот авантюрист надул вас в ходе какой-нибудь сделки.

Выражение лица де Пулена смягчилось. Он потряс головой и замахал руками:

– Господин Пасиль, вы и представить не можете, чего я натерпелся с этой особой! Я слышал, магистр наградил его после того, как тот покаялся и заплатил ордену приличную сумму, чтобы укрыться за рясой ловца от королевского правосудия.

– Я искренне сожалею, что явился к вам со столь нежелательной рекомендацией. Боюсь, Фарид специально направил меня к вам, чтобы позлить вас и позабавиться. Вот ведь незадача: я хотел увеличить своё состояние, завязав деловые отношения с одним из лучших коммерсантов в колонии, а вместо этого оказался в положении навязчивого глупца.

Я встал с явным намерением откланяться, но де Пулен усадил меня обратно.

– Вы ни в чём не виноваты. Расскажите лучше о себе, о своих планах.