Путь к Свету - Василий Арсеньев

– Эпидемия прекратится, как только вы почтите Господа нашего! – сказал Джонсон и тотчас понял, что сболтнул лишнее.

– Стало быть, это ваших рук дело! – завопил китаец.

– Успокойтесь! – в ответ вскипел Джонсон. – Мы не применяли против вас оружия массового поражения…

– А, может, вы, мистер Джонсон, не подстрекали мой народ к бунту?

Я решил вмешаться в ссору:

– Господа, не время для сведения старых счётов. Мы вовсе не за этим собрались здесь и сейчас! Нам нужно обсудить, можем ли мы принять предложение мистера Джонсона – признать Джеймса Ротшильда Богом в обмен на технологии? Хотим мы этого или нет, но в данном случае вопросы религии довлеют над всеми прочими, в том числе экономическими, вопросами. Однако крамольная мысль приходит в мою голову – если он Бог, то зачем ему признание? И ещё – всё это звучит как торг…

– Господин Романов, мы знаем, что вы на весь мир объявили себя Божьим избранником, что само по себе богохульство… Вы обвиняете в лицемерии других, а сами чем лучше? Говорите о мире, а готовитесь к войне, заявляете о дружбе между народами, а прибираете к своим рукам всё новые территории. Вы – волк в овечьей шкуре!

– Давайте не будем переходить на личности, мистер Джонсон, – усмехнулся я. – Это всегда слабый довод в споре! Впрочем, истина не в споре рождается, а исходит от Бога. Время покажет, кто из нас прав, и расставит всё по своим местам… Господа, этот человек пытается убедить нас, что все плоды нового постиндустриального мира с избытком получат развивающиеся страны… просто так. Но… бесплатным бывает только сыр в мышеловке!

– Господин Романов, у меня нет мышеловок, – возразил Джонсон, и зал сотрясся от дружного смеха собравшихся мировых лидеров.

– Очень смешно! Я очарован вашим остроумием, мистер Джонсон, но не вашим новым миром, который воздвигнут на чудовищном обмане. Вы, играя на вечных грёзах человека о материальном счастье, творите общество хищных зверей, готовых за те крохи, что вы им кидаете со стола, загрызть любого. Помяните моё слово – люди однажды придут в себя и ужаснутся от осознания того, что вы с ними сделали. Но будет уже поздно…

– Это слишком серьёзные обвинения, господин Романов, – со злобной ухмылкой на губах заговорил Джонсон, – а у вас есть доказательства?

– Надо отдать вам должное! Вы горазды заметать следы… Вы вычислили всех моих агентов, вы переманили на свою сторону журналистов и даже персонал российского посольства. Но одного вы не учли…

– Я весь внимания, господин Романов.

– Жив Господь, пред Которым я стою! – в этот миг отворилась двустворчатая дверь и явились двое старцев в ветхих одеяниях. Джонсон побледнел:

– Это что за балаган, господин Романов?

– Не ждали, а они пришли к вам, как зеркальное отражение всех ваших злодеяний, мистер Джонсон.

– Кого же эти люди представляют на нашем саммите? – осведомился Джонсон.

– Они представляют Бога истины! Мы вас выслушали, мистер Джонсон, а теперь выслушаем другую сторону…

– Люди мира сего! – воскликнул свидетель Божий.– Вы ослепли и не видите, что пришёл к вам человек погибели, который сеет семена порока по всей земле. Америка отринула свои пуританские нравы; восстали новые города безбожников Содом и Гоморра! И потекли чёрные реки, и погибли все добродетели некогда благочестивых людей. Канули в лету чистота и невинность девушек. Воцарились блуд и прелюбодеяния, стыд и срам! Люди не боятся наготы и познают друг друга, не стесняясь чужих глаз! Они пали после того, как поклонились зверю из бездны и приняли начертание на чело и десницу свои…

Джонсон злорадно выкрикнул:

– Из какой психиатрической лечебницы вы вытащили этих полоумных стариков?

– Мне жаль тебя, Джонсон, – с состраданием поглядел на него старец. – Лжепророка ждёт озеро огненное, горящее серою…

– Вы только посмотрите на него – он сам не понимает, что говорит! – воскликнул Джонсон. – Господин Романов, вы совершили ошибку, пригласив этих людей. Нет, я знал, что вы человек со странностями, но чтобы дойти до такого…

– Мистер Джонсон, я просил вас не переходить на личности. Но… вы первый начали! Любопытно, кто сжёг людей в Тегеране, а китайский народ подвигнул на бунт? Вы летаете по воздуху и творите злодеяния. И ещё меня называете странным?!

– Господь наделил меня силой! – прокаркал Джонсон.

– Чтобы творить зло?

– Нет, праведное мщение!

– Убийства вы называете мщением?! А в чём были повинны люди на площади Весны в Тегеране? В том ли что отвергли ваши притязания на власть и забросали вас ботинками? И теперь всякого, кто посмеет сказать что-то поперёк, вы будете казнить! Нацисты сжигали в печах мёртвых, вы – живых предаёте огненной казни… Вот до чего довели вас разговоры об исключительности американской нации! Господа, если мы тотчас не присягнём на верность этому человеку и его господину, нас ожидает печальная участь иранского лидера… Так что я ставлю вопрос ребром: кто признаёт Джеймса Ротшильда спасителем мира, Богом и Мессией, припадите к стопам его верного и преданного слуги?

– Нет, это уже никуда не годится! Сумасшедший дом! – вспылил председатель КНР, поднимаясь из-за стола. Его примеру последовали остальные мировые лидеры. Мы с Джонсоном остались вдвоём в тронном зале. Он окинул меня испепеляющим взглядом:

– Скандал – это то, чего вы добивались, господин Романов? Берегитесь, вы играете с огнём!

– Да говорили мне уже об этом… Кто? Ваш господин и говорил! – спокойно отвечал я.

– Мы сомнём вашу страну за одни сутки! А вы будете умолять о пощаде…

– Поживём-увидим! Передавайте привет господину своему, мистер Джонсон.

Я выходил из тронного зала и увидел британского представителя. Это был Пол Смит.

– А где же ваш премьер-министр? – спросил я у него. – Почему он не явился на саммит?

Пол улыбнулся и подумал про себя: «Его третий день не могут найти…»

– Я вижу, вы – хороший человек, Пол. Не судите меня строго!

– Ваше Величество, вы правы, – горячо заговорил он, – Британия погибает вслед за Америкой. И лишь вы ещё что-то можете сделать.

Я вздохнул:

– Если бы в этом мире всё зависело от нас с вами!

***

В начале июня 51-го года за месяц до начала войны в Иерусалиме произошло землетрясение. Погибло около семи тысяч человек. Город лежал в руинах. В пропасть низверглась гора с вновь отстроенным храмом. Это было начало конца империи Джеймса Ротшильда…

Конец четвёртой книги