Союз нерушимый… - Юрий Силоч

– Во внеслужебное с удовольствием бы, но пока не могу, – вежливо отказал я. – Простите, я бы и вас угостил, да нечем.

– Да что за разговор? – расплылся в улыбке толстый. Он был чем-то похож на Палыча: такой же добродушный вид и такой же цепкий холодный взгляд. – Присаживайтесь к нам. Может быть, мы того лоботряса ещё на что-нибудь раскрутим!

Сначала я хотел сыграть болвана и отказать по какой-нибудь болванской причине, но затем мне в голову пришла интересная идея. Если учесть, что флотская контрразведка копала под маршала, а маршала мне предстояло если не завербовать, то как минимум устранить, новые знакомства мне точно не помешали бы. Можно было бы слить им какую-нибудь информацию, например. Или, наоборот, вызнать что-нибудь.

Так или иначе – игра началась.

Поначалу разговор не клеился. Новые знакомые пытались меня прощупывать, создавали много шума, громко и не по делу говорили, перескакивали с темы на тему так, чтобы я полностью потерял связь, смеялись, стучали по столу, хлопали меня по плечу и вообще всячески старались перегрузить моё сознание. Время от времени они вставляли в разговор по-настоящему важные вопросы: «От кого ты? Зачем тебя прислали? Что за задание-то у тебя?» Однако этот метод контрразведчикам не помог: я предусмотрительно оставил в фоновом режиме своего искусственного собеседника, поэтому основное сознание, уведённое вглубь, ни капельки не пострадало.

Было даже в чём-то забавно наблюдать за этими потугами. Непросто раскрутить откровенного идиота, который сейчас был снаружи и отвечал на вопросы либо односложно, либо просто мычал, разве что слюнку из уголка рта не пускал.

– Так что? – спросил толстый, уже успевший покрыться испариной. – Может, всё-таки по спиртику?

Я чуть не засмеялся.

– Простите, товарищи, – я пожал плечами. – Но мне ничего не известно. Я же как обычный курьер.

– Какобычный курьер! – неестественно хохотнул толстый.

– Ну ладно, обычный так обычный, – махнул рукой тощий. – Как вам на «Гагарине», а? Нравится?

– Хорошо, – ответил я. – Только воздуха не везде хватает, я чуть сознание не потерял. Хорошо хоть, какой-то старшина вытащил, а я, дурак, даже фамилию его не спросил. Теперь даже отблагодарить не смогу.

– А в каком отсеке это было? – поинтересовался тощий.

– Да чёрт его знает. У меня в глазах потемнело, пока в себя пришёл, автоматически почти до каюты маршала дошёл.

– А-а, понятно, – неопределённо пробубнил мичман и едва заметно толкнул под столом напарника.

– А маршал как? – оживился толстяк. – Мужик он у нас – во!

– Да, он мужик отличный! – я улыбнулся и показал большой палец. – И главное, простой такой. Тихий. Не орёт…

– Простой – это да. Он у нас такой. Замечательный командир.

– Ага, – согласился я. – Я как-то был у одного генерала в блиндаже. А там – картины французские, шкаф времён какого-то из Людовиков, бутылки вина все плесенью покрытые, картины из Версаля. А у него всё просто так… Он, что же, так и живёт?

– Да! – гордо кивнул головой толстяк. – Он у нас настоящий спартанец.

Обычный разговор, казалось бы, ничем не примечательный. Но мой мозг работал на полную мощность. Скорее всего, тот матрос подсунул мне жучок, и теперь контрразведка, не получив необходимой информации, намеревается меня расколоть. А если это проверка, инициированная Гречко? Вопросы, которые мне задавали, вполне подходили под эту версию: маршал хотел обезопасить себя и понять, кто к нему попал, от кого и с какой целью. Но зачем жучок? А просто пригодится. «Думайте, товарищ майор, думайте».

Фальшивые мичманы не отставали.

– Как вообще дела на фронте-то?

– Ну това-арищи… – протянул я. – Это же секретная информация. С меня же голову за это снимут.

– Да мы без конкретики, – примирительно поднял ладони тонкий. – Просто в общем. Это типа вопроса: «Как дела?»

– Да вообще неплохо. Но не так давно тяжко было, – рассказал я. – Прислали каких-то новых солдат, а они провалили всё, и англичане прорвались. Пришлось в бой резервы вводить.

– Ого, – притворно удивился толстяк. – А Париж как? Ты ж, наверное, и Эйфелеву башню видел!

– Да там той Эйфелевой башни осталось… – отмахнулся я. – Стоит какая-то хрень радиоактивная посреди города. Разобрали б уже, а то только вид портит.

– А француженки-то? Француженки как, нормально? – сально подмигнул полный контрразведчик.

– Не знаю, не пробовал, – я помотал головой, брезгливо сморщившись. – Да и страшные они как смертный грех. А как дела флотские? – решился я тоже выведать хоть что-нибудь.

– Да неплохо, – ответил худой. Я всё ещё пялился на бородавку, чем его ужасно раздражал. – Чинимся.

– Ой! – тощий посмотрел на запястье, где красовались хорошие часики «Полёт». – Простите, товарищ лейтенант, что-то мы заболтались и вас заболтали!

Толстый также взглянул на часы:

– Ого! Да, что-то мы… Простите, надо бежать, скоро наша вахта.

– Удачи, товарищи! – я пожал им руки, а толстяк погрозил мне пальцем:

– Никогда не желайте на флоте удачи, товарищ лейтенант, примета плохая.

– Спасибо, – улыбнулся я. – Запомню.

Контрразведчики ушли, оставив меня за недопитым чаем, надкушенной сосиской в тесте и размышлениями: трудными и тяжёлыми. Нужно было выстроить все известные мне факты в стройную систему.

Итак, маршал. Примем за аксиому, что он – участник восстания, и поставим себя на его место. Мне докладывают, что в преддверии Большого концерта ко мне на корабль с поручением летит некий младший лейтенант, который разве что в темноте не светится, настолько заметен. Первая мысль – провокация. Вторая – случилось что-то действительно страшное, раз Захаров пошёл на прямое взаимодействие, причём настолько срочное и глупо реализованное. Разумеется, связываться с кем попало не стоит, поэтому человека надо проверить при помощи лояльных мне контрразведчиков.

Логично? Вроде бы да.

А если попробовать обратное? Я, маршал космического флота, участвую в заговоре с целью свержения советского строя. Ко мне летит лейтенант от товарища по тайному революционному кружку – мера явно вынужденная. Но разведка не лояльна, и поэтому можно положиться лишь на себя плюс на некоторых знакомых людей. Контрразведка, разумеется, попытается прощупать этого человека, но можно понадеяться, что Захаров не полный идиот и пошлёт кого-нибудь надёжного. А значит, надо выйти с ним на связь с целью прощупать и понять, что этот лейтенант действительно посланник Захарова, а не подставное лицо. Логично? Тоже логично, причём логичнее первого варианта, учитывая, что контрразведка везде и всюду находится в оппозиции ко всем остальным службам и спеться одним с другими практически нереально.

Ещё варианты?