Коренной перелом - Александр Харников

Внимательно разглядывая расстеленную на столе карту, Верховный покачал головой.

– Так значит, товарищ Василевский, вы считаете нерациональной переброску мехкорпуса генерала Бережного в Румынию?

– Так точно, товарищ Сталин, – подтвердил Василевский, – считаем. Усилить Рокоссовского крупным механизированным соединением, безусловно, надо, но это должны быть корпус или армия – скорее штурмовые, чем подвижные, которые легко бы рассыпались на механизированные бригады или даже батальоны, и служили для поддержки продвигающейся вперед пехоты. А потом они снова собирались бы в ударный кулак для поддержки штурма, к примеру, такого крупного населенного пункта, как Белград, Будапешт или Вена. Кроме того, механизированные части данного соединения должны иметь возможность с ходу форсировать водные преграды с захватом плацдармов, а также вести бой в условиях горной местности, для чего пушки их танков и боевых машин пехоты должны иметь большие, почти зенитные, углы возвышения.

– Насколько я помню, – сказал Сталин, – автоматическая пушка БМП имеет угол возвышения в семьдесят градусов – куда же больше. Танкисты Катукова при освобождении Курска успешно пользовались этим ее свойством для поддержки штурмовых групп автоматчиков, с легкостью вычищая немцев с четвертых-пятых этажей домов. Правда, она пока не плавает, хотя и должна бы…

Василевский отрицательно покачал головой.

– Создав БМП-42, – пояснил он, – товарищ Шашмурин продолжил совершенствование этой замечательной машины, и первой задачей, поставленной перед его коллективом, было научить ее плавать, как плавали ее предки там, в будущем. При установке специальных понтонов, набитых пробкой или вспененным полиэтиленом, и специального брызгозащитного шнорхеля для доступа воздуха в двигатель, а также при промазывании всех люков и стыков тавотом, плавают не только БМП, но и все машины зенитной и артиллерийской поддержки, созданные на ее базе. При этом переделка уже выпущенных серийных машин не требует заводских условий и может быть произведена в бригадных ремонтных ротах.

– Все это очень хорошо, товарищ Василевский, – кивнул Сталин, – но насколько я понимаю, такого специфического соединения в вашем распоряжении еще нет, и его создание займет от одного до трех месяцев. А лишним временем мы не располагаем, ведь каждый день и час немцы продолжают убивать наших людей, находящихся в оккупации.

– Товарищ Сталин, – возразил Василевский, – в нашем распоряжении есть бронетехника и гвардейские десантно-штурмовые бригады, обкатанные при штурмах Курска, Белгорода, Николаева и Харькова. Я предлагают посадить гвардейцев-штурмовиков на БМП, усилить самоходной противотанковой, зенитной и гаубичной артиллерией и по мере готовности побригадно перебросить их к товарищу Рокоссовскому. А там будет видно – собирать эти бригады в отдельный корпус или использовать для усиления общевойсковых армий…

– Возможно, вы правы, товарищ Василевский, – Верховный с сомнением пожал плечами, – но вы подумайте над этим еще раз. Не превратим ли мы хорошие, уже имеющие боевой опыт, штурмовые части в посредственную мотопехоту, которую при наличии техники можно понаделать и из обычных стрелковых соединений…

– Никак нет, товарищ Сталин, – ответил Василевский, – у нас есть сведения, что высадившаяся в Болгарии бригада генерала Деникина, созданная как раз как штурмовая механизированная, вместе с болгарской армией с боями продвигается вглубь Югославии через горно-лесистую местность, в полной мере используя и огневую поддержку техники, и штурмовую подготовку своих бойцов. Бывшие господа офицеры высоко оценивают возможность БМП вести огонь с большими углами возвышения. Ведь многие из них начинали свою карьеру еще на той войне, в Карпатах и на Кавказе, и помнят, как тяжело выкуривать укрепившегося на высотах противника, когда стволы полевых пушек не поднимаются на нужный угол, а специальных горных орудий не хватает. Думаю, что бронетехника не ослабит наши штурмовые бригады, а только усилит их, придав новые возможности, в том числе и мобильность.

– Ну хорошо, хорошо… – согласился Сталин, – действуйте так, как считаете нужным, товарищ Василевский. Но все под вашу персональную ответственность. Покажут себя механизированные штурмовые бригады – очень хорошо. А если нет, то мы будем знать, с кого за это спросить. Пока у вас все получалось неплохо, а что будет дальше – это мы еще посмотрим…

– Все ясно, будем действовать, как я считаю нужным, товарищ Сталин, – ответил Василевский.

– Действуйте, действуйте, – проворчал Сталин, – только не забывайте, что Деникин и его бригада – это еще не показатель. Все-таки он не среднего ума человек – генерал-лейтенант, на четвертой по счету войне воюет, да и личный состав у него особый. У нас же Красная армия, рабоче-крестьянская, в которой пока что человек с семилеткой – почти инженер. Впрочем, если вы окажетесь правы, то я буду только рад. Теперь доложите свои соображения по другим вариантам задействования мехкорпуса генерала Бережного.

– Товарищ Сталин, – ответил Василевский, – должен вам доложить, что в настоящий момент Генштаб считает нецелесообразными крупные наступательные операции в Прибалтике, за исключением той, что должна вывести из войны Финляндию и обеспечить нашему флоту свободу маневра в Финском и Ботническом заливах. Дело в том, что, исходя из результатов недавно завершившейся летней кампании, две трети наших действующих войск и девяносто процентов всех резервов (к настоящему моменту уже почти исчерпанных) оказались сосредоточенными на южном фасе советско-германского фронта. Переброска значительного количества войск кружным путем вокруг Смоленско-Вяземского выступа противника – дело долгое и хлопотное. А без них никакое наступление не будет иметь успеха.

Войска для летней кампании мы копили в течение трех месяцев, и это при том, что линии коммуникаций у нас были значительно короче, чем сейчас. Что же касается возможности срезать Смоленский выступ группы армий «Центр», то в настоящий момент в руках у противника находятся четыре крупных железнодорожных узла, через которые осуществляется снабжение группы армий «Центр»: Гомель, Могилев, Орша и Витебск. Глубина наступления, необходимая для гарантированного перехвата всей коммуникации группы армий «Центр», не меньше пятисот километров. И это при том, что генерал Хайнрици, пока мы наступаем, спокойно на месте сидеть не будет, а будет сопротивляться изо всех сил.

Если для ускорения наступления планировать встречные удары от Пскова и от Чернигова, то, исходя из условий местности, эту операцию необходимо отложить до начала зимней кампании. При этом планируемое наступление 5-й танковой армии на Гомель можно будет считать и отвлекающим, и подготовительным для более широкомасштабной зимней операции, которая должна будет привести к окружению восточнее Днепра крупных масс немецких войск.

В связи с этим считаю целесообразным после проведения операции по освобождению Правобережной Украины попытаться выбить из войны Венгрию и сосредоточить свое основное внимание на Балканском направлении, где силы противника разрозненны и незначительны. Что касается остальной части советско-германского фронта, то там будет нужно взять оперативную паузу, необходимую для накопления резервов, требующихся для успешного проведения зимних наступательных операций по окончательному освобождению территории СССР от фашистской оккупации.