Ксенофоб  - Игорь Шенгальц

Вокруг сплошная решетка и стены. Я заперт в клетке, как дикое животное. И обращение со мной предусмотрено соответствующее – мерзкое на вид содержимое миски подтверждало эту догадку.

– Кто вы? Что вам надо?

– Я сказал, пасть заткни!

Бородач, не дождавшись ответа, сплюнул на пол и ушел обратно по коридору. Где-то скрипнула дверь. И только после этого все вокруг зашевелились.

Оказалось, что камер рядом с моей полным полно – не меньше десятка, и почти в каждой имелся свой обитатель. Мужчины: грязные, ободранные, но все крепкие на вид. Не было тут ни женщин, ни детей, ни стариков.

– Мужик, ты как? – Мой сосед из ближайшей камеры – лет сорока, одетый в немыслимые обноски, требовательно смотрел на меня.

– Вроде живой, приложили крепко по голове… – Я ощупал огромную шишку и непроизвольно ойкнул.

– В коробочку зажали? Обычный способ охотников. Им главное твою шкуру не попортить, иначе заказчик не заплатит. Шкура еще для дела нужна, а башка – она и есть башка, дубовая…

– Заказчик? А кто он и что ему нужно?

– Что нужно – понятно, драться будешь на арене. На тебя деньги большие поставят. Кто-то выиграет, кто-то проиграет. Кто-то может умереть…

– Драться? На арене? – Я до сих пор не совсем улавливал, что именно он имел в виду.

– Он тупой, совсем тупой! – бешено заорал кто-то истерично-визгливым голосом через камеру от меня. – С дебилом жизнь свела! Слышишь, дебил, убивать тебя тут будут, понял теперь? Выпнут на арену, ножик в зубы дадут, и выгребай, как умеешь.

– Ножик-то ладно, – подхватил другой голос, – а вот ежели с пустыми, это самое, руками, то совсем, значится, худо…

– Да я бы их и голыми руками рвал, – продолжал неистовствовать невидимый визгун, – но у них же броня, мечи, пики, да и выпускают их по трое против одного из наших.

– Уж ты бы порвал, – ухмыльнулся мой сосед, прислонившись к решетке, – в прошлый раз ты вон как всем показал свою удаль, что портки потом полночи отстирывал.

Визгун умолк, только что-то забурчал себе под нос.

– Но если вкратце, он прав. – Мой сосед пожал плечами. – Выставят тебя на арену и скажут: убивай или умри. Третьего там не дано… разве что публика пожалеет, но я бы на это не рассчитывал. Кстати, меня Крафт зовут. Крафт Силлас. Этого истеричку называй Мэлвином. Остальные сами представятся, если захотят…

– Кирилл Бреннер. Послушай, но ведь все это незаконно! Какие бои? Какая арена посреди столицы?

– Подпольные бои, Бреннер. Странно, что ты, опытный на вид человек, ничего об этом не слышал. Арена существует не первый год, и никакой катаклизм не может помешать.

– Снаружи больше чем катаклизм. – Я не находил слов. – Сегодня город чуть было не стерли с лица земли, ты это понимаешь? А у вас тут бои, арена? Это что за бред? Да все заказчики давно разбежались и наблюдают сейчас с безопасного расстояния за столицей, выживет кто или нет…

– Раз ты тут, то все же выжил, – спокойно констатировал Крафт. – А про устроителей ты зря так, они люди совершенно помешанные на боях. Внешний мир их не интересует. Так что… что бы там ни происходило с городом, если это его не уничтожит, то боям не помешает. Я бы на твоем месте отдохнул немного, вечер будет тяжелым.

Я послушался и присел прямо на грязный пол, прислонившись спиной к решетке. Было зябко. Куртки я лишился, включая содержимое карманов – нож, револьвер, «дырокол», браслет Зоммера и прочие мелкие предметы перешли к новому владельцу, мне же остались лишь пустые карманы штанов да грязная рваная сорочка. Даже обувь и ту с меня сняли, не побрезговали.

Внезапно из дальней клетки послышался оглушительный рев. Так могла бы реветь пожарная карета, требуя освободить проезд, такой гудок подавал поезд, приближаясь к станции.

– Ну-ка, цыц, зверюга! – прикрикнул Крафт. – Ишь, проголодался, горемыка. Жрет как конь, и все ему мало…

С моего места ничего нельзя было разглядеть, но Силлас сам пояснил происходящее:

– Это горный человек Джабарда. Охотники словили его давеча и прямо сюда притащили – знают, куда пристроить диковинку, чтобы сорвать куш. Думаю, за него тройной тариф отвалили…

Надо же, как изворотлива судьба, Джабарду ищут по всей империи, а он, оказывается, здесь, в подвале в клетке ожидает выхода на подпольную арену. Интересно, он вообще что-то понимает?

– Ты не думай, он хорошо держался, выстоял.

– В чем смысл боя? Убить врага?

– Это редко удается, обычно убивают нас – сброд, собранный охотниками. Но теоретически – да, если мы убьем всех, то победим. Обычно же нужно просто выстоять десять минут. Если ударят в гонг – считай, повезло, остался еще на день, до следующего раза.

– Ты сколько здесь уже?

– Двадцать семь арен, самый «старый» из всех. Мэлвин четвертый круг держится, но у него своя тактика – бежать и тянуть время, пока успешно. Джабарда – новичок, второй круг. Остальные кто как. Люди тут мрут как мухи, всех и не упомнишь.

Н-да, из огня да в полымя, но медведь остается медведем, даже если его за море отвезти! Я не собирался умирать на арене, не для того, кхе-кхе, цветочек цвел.

– Итак, к нашим баранам. Бои проходят по разным системам. Бывает один на один – это самое лучшее, хотя честным поединком там и не пахнет, или один против нескольких противников. Самое удобное – это все против всех. Точнее, все мы против всех них. Тут уж так, выживешь – молодец, нет – холодец, причем реальный. Слышал я еще в прежние времена про забаву одного из местных заправил – он уши побежденных на кухню отдавал, ему из них холодец варили, а он жрал, скотина.

Интересно, кто эти люди, заправляющие столь серьезным предприятием, как арена. Это не простые контрабандисты типа Симбирского – уровень выше. У них руки должны тянуться на самый верх, иначе столь одиозный вид развлечения для богатых ублюдков быстро бы приказал долго жить…

Я слышал, конечно, краем уха о некоем тайном заведении, где происходит нечто особое, но не слишком заинтересовался сплетнями, о чем теперь немного жалел.

И кто конкретно заказал меня? Вряд ли охотники схватили первого попавшегося человека. Нет, они шли ко мне целенаправленно, я был уверен, вот только события последних дней настолько выбили меня из колеи, что среагировать должным образом я не сумел, за что и поплатился.

И все же мне требовалось знать имя заказчика. Я найду способ отомстить. Но это в будущем, сейчас же главное выжить, а к этому мне не привыкать. Я давно стал специалистом по выживанию в любых нетипичных условиях.

В левой стороне груди слегка заныло – еще чувствовался укус Люка. Все-таки крошка-фогель отщипнул от меня изрядный кусок мяса, и пусть новый метаболизм позволил ране быстро затянуться, но кое-какие неприятные ощущения все еще оставались. Как бы эта рана не помешала мне драться – а в том, что драться придется, я уже не сомневался. Вечно я вляпываюсь в разное дерьмо…