Ричард Длинные Руки. Первый том первого сезона. Властелин Багровой Звезды Зла - Гай Юлий Орловский

– Кольцо оставьте при себе, сэр. Я замужняя женщина!

Я подумал, поклонился.

– Как скажете, леди. Как скажете… Бобик, уходим!

Бобик, что было лег у ног арбогастра, кое-как поднялся, зевнул, показав ужасающие клыки.

Зайчик тоже с неохотой развернулся, я нарочито направил его через роскошный сад, нечего буржуям глумиться над памятью погибшего соперника, явно более достойного, хотя я и знал молодого маркиза от силы полчаса.

Когда уже почти миновали сад, оставляя после себя вытоптанную полосу, слева из кустов донесся едва слышный женский шепот:

– Благородный сэр!.. Помогите…

Я быстро огляделся, велел Бобику:

– Охраняй!.. Только кто-то покажется, гавкни. Не обязательно громко.

Он посмотрел умными глазищами, а я быстро соскочил на землю и раздвинул цветущие гроздья, за которыми и не видно веток. По ту сторону угадывается голубое платье, я поколебался, но шагнул в пахнущую всеми изысканными ароматами прохладу.

За кустами шагах в пяти от дорожки очень молодая девушка, почти подросток, пряталась за пышными цветами в два человеческих роста, на меня посмотрела со страхом и надеждой.

– Леди Сюзанна Дорсаинтвилл, – прошептала она едва слышно, – а вы тот, кто принес вести о благородном сэре де Куртене?..

– Да, – ответил я шепотом, – но вести неутешительные… Он умер на моих руках.

Ее милое личико омрачилось, но тут же спросила быстро:

– Вы скоро уезжаете? Заберите меня отсюда!

– Ого, – сказал я невольно. – Как я могу…

– Можете, – прошептала она страстно, – моя сестра Герберга теперь замужем за Шакером Рапеллой!.. А это страшный человек…

– Ваша сестра им довольна, – напомнил я.

Ее прекрасные глаза тут же наполнились слезами.

– Он с первого же дня начал преследовать меня!.. Овладел бы мною и раньше, но ему нравится это извращенное чувство охотника, когда беспомощная жертва дрожит и не может убежать… Заберите меня, вывезите отсюда, а там хоть бросьте где угодно по дороге!

Я пробормотал:

– Зачем же такие страсти…

Она сказала вся в слезах:

– Я лучше умру, чем стану игрушкой его похоти…

Вдали послышались голоса, я сказал быстро:

– Ничего не предпринимайте. Я переговорю… ладно-ладно, понял! Постараюсь помочь.

Она пригнулась за кустами, а я осторожно вышел через клумбу на другую дорожку, свистнул Бобику, пока он не начал разгонять народ, вскочил в седло и направил арбогастра к дворцу.

Маркиз, отец молодого де Куртена, выглядит обычной скотиной, ничего особенного, если бы я обижался на каждого, кто оскорбил меня нечаянно или намеренно, либо сам бы сдох, либо всех бы перебил, но я уже мудер и умею сдерживаться, всех не перебьешь, хотя и хочется, потому спасать эту бедняжку – это вроде бы вмешиваться в чужие дела, чего не люблю, хотя вмешиваться вообще-то люблю, но эти дела затем повисают на мне и требуют решения…

Шакер Рапелла… тоже обычный мерзавец, чуть ли не всякий мужчина, женившись на красивой женщине, обратит внимание и на ее младшую сестру, что вполне достигла возраста случки. А в этом мире, где вся власть у мужчин, мало кто устоит перед желанием воспользоваться своим доминантством.

Еще подъезжая к владениям старого маркиза, встретил его управителя, тот взглянул на меня с испугом, явно слышал наш прежний разговор, но и с каким-то почтением, как на человека, который осмелился не поклониться их всесильному хозяину.

– Вы знали молодого маркиза? – поинтересовался я.

Он сказал негромко:

– Его все знали, он был отважен и смел, а правду говорил всегда. Сейчас, когда в небе горит эта страшная Багровая Звезда и люди от ужаса не знают, что им делать, хорошо бы, конечно, если бы молодой маркиз был здесь.

Я кивнул:

– Понимаю.

– Вот-вот, – сказал он с облегчением. – А в благополучное время зачем?.. Если нет врага, такие дерутся со своими.

– И общество их изгоняет, – согласился я. – Знакомо. Для выживания общества это хоть и жестоко, но правильно. Вне его герои либо быстро гибнут, либо открывают новые земли… Или в старых становятся королями, знаем таких. Но для вашего маркизата было бы лучше, если бы молодой маркиз остался здесь…

Он наклонил голову, соглашаясь, но что-то уловил в моем голосе еще помимо сказанного, взглянул быстро и с испугом.

– А что… может случиться?

– Леди Сюзанна, – ответил я. – Леди Сюзанна. Я пообещал поговорить о ней с маркизом.

Он дернулся, даже отступил на шажок.

– Ох… лучше этого не делать…

– Почему?

– Маркиз, – ответил он, понизив голос, – хозяин в своих владениях, а его сосед, барон Рапелла, хозяин в какой-то мере, и не только в своих владениях…

– Простите?

Он пояснил:

– Он личный друг короля, так у нас говорят, хотя никто не знает точно. Но при королевском дворе он бывал, а из нас никто… Потому его влияние в наших краях просто безмерно.

– Бобик, – велел я, – голос!

Бобик присел и с великим удовольствием гавкнул. И не просто гавкнул, а исполнил команду «Голос», что значит нужно во всю мощь. В саду полегла трава, цветы разом облетели, а ветви согнулись так, что хрен их что выпрямит.

Из здания выскочили слуги, появилась с разных сторон стража в кожаных доспехах, вооруженная копьями, топорами и мечами.

Я вытащил из сумки рог, приложил к губам и дунул со всей мощи. Рев раздался настолько мощный, что даже не знаю, словно что-то во мне помогает вести себя вот так не совсем по-императорски.

На крыльцо выбежал сам старый маркиз, ошеломленный и заметно испуганный, увидел меня, крикнул:

– Опять вы? Что вам еще нужно?

– Леди Сюзанну, – ответил я. – Я изволю поговорить с нею.

Он ответил свирепо:

– Я ее опекун!.. И только я отвечаю…

– Я хочу услышать саму леди, – отрезал я.

– Нет, – сказал он люто. – Если не уберетесь немедленно, я имею полное право убрать вас своими силами. А труп бросить собакам!

– Хорошо сказано, – ответил я. – Вы не трус, маркиз, это хорошо. Но глупо. Даю вам последний шанс…

Он не успел ответить, из-за кустов выскочила леди Сюзанна и, обливаясь слезами, ринулась в мою сторону с отчаянным криком:

– Благородный сэр!.. Заберите меня из этого проклятого дома!.. Куда угодно, хоть выбросите по дороге, но не могу выносить приставаний этого похотливого скота!

Старый маркиз вскрикнул шокированно:

– Дорогая, что ты говоришь?