Авантюрист: Новичок-одиночка  - Константин Храбрых

Опасное умение также может забрать жизнь и своего владельца.

Через полчаса мы пришли в тупик одного из северных рукавов. Здесь всегда пусто, сюда даже не забредают монстры…

Мечник что-то нажал в скрытой в камнях нише, и с противным скрипом давно не смазанного железа и цепей часть валунов разъехались в стороны, освобождая проход в довольно просторную пещеру, заполненную цепями и каменными столами с разложенными на них инструментами.

У дальней стены, на цепях, в синяках и кровавых струпьях повисла худая женская фигурка, в которой я с трудом опознал рыжую. Гнев вырвался наружу, больше сдерживаться я не смог.

Два узких лезвия ветра, и стигма, обжегшая спину ледяным холодом от резкой потери магической энергии.

Владелец лабриса даже не успел дернуться, как его голова в шлеме аккуратно под алую взвесь крови в воздухе отделилась от тела.

Мечник легко ушел с линии атаки и, выхватив меч, использовал на нем какое-то усиление, белой дымкой окутавшей лезвие, заставляя воздух вокруг клинка слегка вибрировать и потрескивать.

Я не собирался сдерживаться, благо есть чем ответить! С оглушительным раскатом грома, слившимся из десятков более слабых в единую оглушающую какофонию, более дюжины толстых, словно канат, ветвистых молний сорвались с полупрозрачного кокона защитного навыка и практически испепелили приготовившегося к атаке магического мечника. Остатки спекшейся плоти вместе с раскрасневшейся и оплавившейся тяжелой броней рухнули на каменный пол.

В ушах звенело, а перед глазами плавали зеленые полосы и пятна, оставшиеся на сетчатке глаз после столь близкого молниевого удара.

Остаток энергии я стал распределять по усиливающим стигмам и навыкам, готовясь к атаке…

Тишина…

Минута…

Другая…

Не теряя бдительности, я внимательно обошел всю пещеру.

Никого.

Кроме раненой рыжей ни одного живого существа.

Я бросился к девушке.

Блодеритовые цепи и оковы, покрытые сложной вязью гравировки. Стоило мне к ним прикоснуться, как я тут же отдернул руки, так как магия тут же стала быстро покидать мое тело, полностью рассеяв оборонительные навыки и укрепление тела. Попытка перерубить ни к чему не привела. Пришлось использовать навык, предварительно накинув на Эрнет плащ с кольчужной прокладкой из тонких аламастовых колец.

Цепь разлетелась, словно пороховая трубка, осыпав все вокруг мелким кристаллическим крошевом. После чего браслет осыпался кроваво-красной пылью.

Подхватив Эрнет на руки и закутав в плащ, я уже собрался отступать из этой пещеры пыток, как из-под плаща вытянулась худая, исцарапанная до крови ладонь и прикоснулась к нижнему забралу шлема.

– Милый…

– Рыжая, это я… Я вынесу тебя наверх…

Запах крови. Надо поскорее выбраться отсюда и обработать ее раны и порезы, если твари почувствуют кровь, боюсь, возникнут большие проблемы!

– Милый… Милый и наивный мальчик!

Мир погрузился во тьму.

Я очнулся прикованным к каменной стене и растянутым, словно домашний скот на забой. Страшный холод, пронизывающий все тело, высасывал из меня подобно оголодавшему кровососу живительные силы и магическую энергию. Одна за другой стигмы становились безжизненными и холодными.

– О, очнулся! А ты шустрый мальчик! Эрнет, наверное, холит и лелеет тебя…

Экс-Рыжая сбросила на каменный пол мой плащ-накидку, представ в первозданной красе уже без порезов и струпьев, а в следующий миг ее фигура потекла, словно горячий воск вблизи жаркого пламени.

Она вытянулась на несколько сантиметров, стала уже в талии и бедрах, немного прибавила в груди, отросли отрезанные волосы, спустившись ниже плеч, ушки уменьшились. Хвост из большого и пышного превратился в гибкий и лоснящийся, после чего ее волосы и хвост стали угольно-черными, а ушки на голове приобрели треугольный вид, присущий разве что семейству кошачьих. Как и разрез глаз. Вертикальные зрачки, присущие разве что кошкам.

Обнаженная красавица была ослепительно красива простотой и утонченностью форм и изгибов.

Слегка прогнувшись в спине, она послала мне воздушный поцелуй.

– Ну как, понравилось преображение? Пусть будет для тебя приятным предсмертным воспоминанием, а сейчас прости, мне предстоит тяжелая физическая работа по свежеванию двух других идиотов, не способных остановить одного юнца!

Каменные створки дверей, ведущих в пещеру, повинуясь магическому жесту зверолюдки, стали со скрипом закрываться.