Ар-Деко. Своя игра - Мария Круз

Патрульные еще с минуту поговорили на крыльце, потом раздался стук в окно, а затем еще какая-то возня. Кто-то из них явно заглянул в окно. Ну и ничего не обнаружил, кроме пустоты.

Нет, это не личная инициатива, точно. Просто патрульные констебли не лезли бы так настойчиво в офис главного бандита района, уж они-то все знают, что здесь и как. Это, так сказать, заинтересованные лица, никаких сомнений.

— Пошли назад, — я слегка коснулся плеча Иана. — Во дворик.

Быстро добежали до двери, я отодвинул засов и тихо открыл замок. Дверь распахнулась совершенно бесшумно. Откуда-то из задней аллеи потянуло помоями.

— Не на дорожку, по траве.

Дорожка до задней калитки посыпана гравием, шум будет, а трава стрижена. Поэтому засеменили по ней, дальше я так же тихо отодвинул засов на калитке. И тут же услышали шаги с той стороны.

Замерли, я мысленно выругался. Хотел уйти мимо помоек, но не успели. Иан приложил палец к губам, я кивнул. Луна сегодня полная, видно все хорошо.

Констебль, а больше и некому, остановился прямо за калиткой, потянул ее. Петли еле слышно скрипнули. Засветился фонарик, луч упал на прикрытую заднюю дверь здания. Коппер что-то пробормотал и вошел во дворик. И тут же встал, потому что Иан направил ему в грудь ствол дробовика.

— Стой тихо, fanook, — сказал я с другой стороны, выдергивая у него из кобуры револьвер. — Мордой вниз.

О, а мы уже знакомы. Это тот самый, что оштрафовал меня «за мочеиспускание в общественном месте». Его тут территория, выходит. Но я в маске и перчатках, мне все равно. Полицейский сопротивляться не стал, молча лег на землю. Хотел что-то сказать, но я вдавил ствол ружья ему сзади в шею и шепнул:

— Ни слова или покойник. Держи его, — показал я жестом Иану и выскользнул в калитку сам.

Теперь бежать нельзя, придется и этих обоих упаковывать. Я зашел с другой стороны забора, не той, по которой обходил двор тот коппер, встал на углу, аккуратно выглянул. Второй отошел к машине, стоит у открытой двери, спиной ко мне. Мотор шумит, та что смогу подойти тихо. Никого вокруг? Нет, никого, дело уже к утру, все спят давно.

Патрульный все же услышал меня, когда я был от него в нескольких шагах, но повернулся спокойно, будучи уверенным в том, что это напарник вернулся. И когда увидел направленный в него дробовик, то просто раскрыл рот, потеряв дар речи на какое-то время. Но, впрочем, быстро его обрел снова:

— Я полицейский, ты, придурок! — сказал он веско.

— Хоть Святой Петр, fanook. Шагай вперед и не дергайся, а то рога снесу, cornuto. Давай, давай, не тормози, — надеюсь, что итальянский акцент у меня все же получается. — И ствол из кобуры, очень медленно. На машину положи.

Спорить он не стал, сделал, как сказано. За жизнь он не опасался, копперы для большинства преступников неприкосновенны, кроме разве что банковских грабителей, и итальянские слова подействовали — если итальянцы, то «аутфит», а «аутфит» играет в рамках правил. Полиция за своих мстит, и мстит всерьез, вот их и не трогают.

Я под прицелом ружья завел его во двор, там уложил рядом с напарником, после чего мы тщательно связали обоих лентой, хоть и не стали завязывать рты. Прикрыв калитку, вдвоем выскочили в заднюю аллею. Иан было вознамерился бежать дальше, но я дернул его в сторону.

— Туда!

Он не стал спорить, побежал следом. Не забыв оглядеться, мы выскочили на улицу, и я запрыгнул за руль патрульного «шеви», бросив туда предварительно револьвер, так и лежавший на крыше. Иан уселся рядом, я воткнул скорость, и машина понеслась по улице.

Я все же объехал квартал, чтобы даже по звуку не дать определить наше направление, затем выехал на нужную улицу, так никого и не увидев, ни машин, ни пешеходов, и подкатил к проулку, в котором нас должен был дожидаться Мэт. Хоть тут все пошло по плану: грузовичок стоял на положенном месте, а Мэт курил за рулем.

— Все, валим отсюда, — объявил я, заглушив мотор полицейской машины и открывая дверь. — Как можно быстрее.

***

Вернулись в гараж мы без всяких происшествий, даже «олдсмобиль» забрали со стоянки. Там переоделись, во дворе сожгли перчатки и маски в ведре, комбинезоны и кеды собрали в мешок, сунули туда железяку из скопившегося на заднем дворе хлама, после чего отдали Мэту, чтобы выбросил в воду, он как раз недалеко от канала живет. Теперь еще и от «вальтера» нужно избавиться, но все же не сейчас, пока еще не все закончилось и пистолет «с хвостом» может пригодиться.

Потом, сев у Иана в офисе, взялись считать деньги. Сорок тысяч фунтов, которые Ву взял взаймы, были упакованы отдельно, в бумажную ленту, а не в резинки, и их я тут же отодвинул в сторону.

— Это пока не трогаем, — объяснил я. — Может, еще и отдать придется. Я предупреждал.

— Никто не спорит, — сказал Иан. — Давай я пока плесну всем, — он встал из-за стола, достал из шкафа бутылку скотча и три разнокалиберных стакана, расставил все на столе.

— Льда нет, естественно? — уточнил я.

— Какой сраный лед? — он возмутился. — Такой скотч смакуется. Вдыхаешь, пьешь глоточек, выдыхаешь и чувствуешь, как у тебя внутри все как в дубовой бочке. Лед ему еще.

— Наливай, ладно, только не выступай, — махнул я рукой.

Это еще и традиция, мы с ним вот так по стаканчику скотча каждый раз после дела здесь выпивали, и нарушать ее не следует. Так что, прежде чем взяться за остальные деньги, мы чокнулись и выпили. И я даже не поморщился, хоть виски терпеть не могу, под настроение пошел как лучший коньяк.

— Считаем, короче, — я взял первую пачку из кучки.

Деньги были и в фунтах, и в долларах. Доллары явно из одной партии, сплошь двадцатки и стянуты одинаковыми резинками. Фунты разные: и по двадцать, и по десять, и по пять. Считали медленно, потому что еще и проверяли банкноты, но если они и были фальшивыми, то не с той матрицы. Скорей всего, все же настоящие. В финале набралось восемнадцать тысяч фунтов и семьдесят тысяч долларов.

— В «куидах» тридцать два гранда, — не сказал, а просто выдохнул Иан, завершив подсчет. — Это реально сраный приз, а?

— Никогда столько сразу не видел, — покачал головой Мэт.

— Тогда как договорились, — продолжил Иан. — Пять долей, по две на тех, кто работал, доля «колесам». Так?

— Да хоть половина доли, — Мэт опять покачал головой. — Это же жуткие деньги.

— Как договорились, так и делим, — сказал я. — Только одно условие: пока два гранда откладываем в сторону, могут понадобиться. Раскидываем тридцать. Тоже предупреждал, так?

— Не вопрос, — ответили они хором.

— Мэт, твои шесть, — я отложил его долю только в фунтах, чтобы ему с обменом не возиться и не мельтешить, где не надо. — Все, забирай. Только с ума не сходи, живи пока тихо. Если ты завтра на «бентли» на работу приедешь, то это вызовет подозрения.