Лед и пламень - Ольга Романовская

На первом же занятии я рассказала о смерти Элизы. Мне казалось, он должен знать. Лицо лорда исказила презрительная гримаса.

– Туда ей и дорога! – с глухой злобой пробормотал он. – Лишь бы только умерла! Сомневаюсь, будто Знающая так просто погибла.

И все, больше ни слова о ней. Интересно, что связывало лорда и графиню? Просто плотское удовольствие или нечто большее? Между учителем и учеником частенько устанавливаются особые отношения, порой более близкие, чем с родными. По сути, они духовные отец и дочь.

Невольно я задумалась о собственных чувствах к Эллану и искоса глянула на лорда из-под ресниц. Тот насупился и прищелкивал пальцами, выбивая разноцветные искры. Нервничал и не скрывал этого. Но, поймав мой взгляд, взял себя в руки, улыбнулся и предложил продолжить занятия.

– Руны сошли? – пока я настраивалась на медитацию, неожиданно спросил Эллан.

А? Я изумленно подняла на него глаза и сбилась. Откуда?..

– Я знаю о ритуале.

Эллан наклонился и поправил положение тела. На первых порах надлежало сидеть, скрестив ноги, разведя согнутые руки, будто крылья. Потом медитация не потребуется, но новичкам без нее никуда.

– Да и пальцы Соланжа Альдейна чувствую. Они след оставили. У меня гаденький дар, Дария, – мы договорились перейти на обращение по имени, пусть и на «вы», – я вижу подобные вещи. Сейчас сошли, но когда вы приезжали впервые, следы оставались. Зато медальон теперь хороший. Я-то его обхожу, а вот обычного ментала он остановит. Но если пожелаете, поставлю щит и не стану вмешиваться в ваши мысли.

Я порывалась сказать: «Хочу!», даже рот открыла, а потом передумала. Мне нужен советчик, учитель, а лорду удобнее исправлять ошибки до их совершения.

– Обещаю не злоупотреблять, – склонил голову в легком поклоне Эллан. Ему польстило мое решение, он заулыбался. – Сейчас я настроен только на эмоции и сильные всплески. Можете смело думать о своем.

– Вы родились Чувствующим? – Во мне взыграло любопытство.

Лорд кивнул и напомнил о медитации. И то верно, я заболталась и забыла, зачем пришла.

Оказалось, дар – это тяжело. Даже простейшее единение с ним. Эллан мучил, заставлял снова и снова тянуться к магии. У меня получалось ощущать ее, не более. Хотя, по мнению наставника, прогресс налицо.

– Только не торопитесь, – напутствовал он в конце занятия, подавая зонтик от солнца. – Без меня не тренируйтесь. Приятного отдыха, Дария.

Склонившись над рукой в привычном поцелуе, Эллан открыл портал в дом Геральта. Лорд с трудом, но получил разрешение любимого. Тот признал, что мне не пристало перемещаться к воротам.

И вот теперь, трясясь в экипаже по дороге во дворец, с трепещущим сердцем, я мечтала снова оказаться в замке Эллана. Он обещал забрать порталом в условленное время – я не просила, сам предложил, – но до этого придется пережить церемонию и герцогиню. Наверняка она почтит вниманием присвоение дворянства последней наиви во всех мирах. Почему нельзя вручить грамоту в кабинете? Отделалась бы реверансами, избежала бы перекрестного огня сотен глаз. Сомневаюсь, будто высший свет темных пожелает мне добра. Хорошо, если проклянут только вербально, без материальных последствий.

А вдруг дело вовсе не в титуле и землях? Сердце болезненно екнуло. Нет, зачем я коронованным особам? Показания дала, лечить никого не требуется.

Через силу я приветливо улыбнулась страже. Капля крови высветила имя на, казалось бы, чистом листе пергамента, и меня беспрепятственно пропустили. Интересно, неужели абсолютно все, даже Соланж, подвергаются подобной процедуре? Что-то не верилось. Наверняка некоторым дается особое дозволение открывать порталы прямо в королевские покои. Хотя Геральт проходил на общих основаниях, а ведь он – доверенное лицо ее величества. Или дело во мне? Понятия не имею, как он проникал во дворец в одиночку.

Замок не прятался под чарами-обманками. Значит, меня признали своей. Приятно. Веос пугал дикими нравами, но я всеми силами старалась свыкнуться с новой родиной. Иной не предвиделось.

Экипаж остановился у парадного подъезда. Там поджидал ливрейный слуга, он с поклоном попросил следовать за ним. Ощущая на себе любопытные взгляды, я старалась не споткнуться, не сбиться со степенного шага. На прием я надела лучшее платье. К несчастью, к нему прилагался внушительный бант на пятой точке, который здорово мешал ходить.

Лакей рассекал толпу, будто волнорез из книг, которые я листала в библиотеке Геральта. Так называли большие корабли со специальными носами, бороздившие суровые моря. Меня вели по парадным покоям, отчего сердце так и норовило упасть в желудок. Надо держать лицо. Я танцевала на балу с королем, ничего, выдержу. Только тогда рядом стоял Геральт. С другой стороны, никто уже не покушается на мою силу, никто не жаждет меня убить, а сама я – леди.

Лакей остановился у высоких золоченых дверей и шепнул что-то важному слуге рангом повыше. Тот мановением руки раздвинул алебарды стражи и распахнул передо мной массивные створки. У ног алела ковровая дорожка. Она вела к трону, а вокруг… Я гулко сглотнула. Казалось, в зале собрался весь высший свет Веоса, и все, абсолютно все смотрели на меня, изучали, как распятую на листе бумаги муху. Захотелось закрыться руками и убежать.

– Леди Дария Эрасса, урожденная наиви из Умерры! – торжественно объявил за спиной церемониймейстер.

Голос эхом разнесся под сводами. Я обернулась и увидела духа. Он парил над дверями с таким важным видом, что захотелось присесть в реверансе и назвать его милордом. Самый необычный церемониймейстер из всех возможных.

Присутствующие притихли, взгляды с удвоенным вниманием впились в жертву – меня. Кусая губы, я вспоминала правила этикета. В них ничего не говорилось о случаях присвоения дворянства, и я решила положиться на интуицию и направилась к трону. Я впервые видела короля и королеву такими: в подбитых горностаем мантиях, с коронами на головах. На его величестве – белоснежный костюм с жилетом цвета топленого молока. По вороту и манжетам вилась золотая нить, искрились бриллианты на запонках и зажиме галстука – так называли шейный платок. Ее величество была не менее прекрасна. Настоящая владычица! И смотрела так же: холодно и свысока.

Я остановилась на специальной отметке – тут перпендикулярно основной дорожке лежала вторая, короткая, – поклонилась и присела в реверансе.

– Поднимитесь, миледи, – махнул рукой король.

Он спустился с тронного возвышения. Глаза оценивали, словно решали, достойна ли я присвоенного титула.

– Повернитесь лицом к собравшимся, миледи, – сухо приказал монарх.

На негнущихся ногах я выполнила требование. Море лиц, море эмоций. Главное, не утонуть, вытерпеть! С приклеенной улыбкой я смотрела прямо перед собой, радуясь, что заняла руки небольшой дамской сумочкой: так не видно волнения. Хороша дворянка, заламывающая пальцы!

Скипетр коснулся плеча. Властный голос приказал: