Князь из десантуры - Тимур Максютов

– О! Сараши! Тере-тере! Мы – ваши друзья, то есть как там… Сыберы!

«И этот – туда же, с глузду съехал», – тоскливо подумал Дмитрий. Обернулся и увидел: прямо через самую топь, по ровному зеркалу воды, шли полдюжины невысоких ребят. Невозмутимо так шли, неторопливо – и даже не думали тонуть.

Ярилов всхлипнул и сел в трясину. По самую шею.

* * *

Это Лондон и Париж жмутся в тесном камне, задыхаясь от собственной вони. А столичный булгарский город Биляр раскинулся просторно, лицом к яркому небу, боками упираясь в чистые реки. День и ночь скрипят уключины купеческих кораблей, день и ночь размеренно шагают прекрасноглазые верблюды – везут бесценные товары на рынки Биляра: китайский шёлк и индийские украшения, балтийский янтарь и русский мёд, фряжское стекло и сирийский булат. Из Хорезма и Венеции, из Любека и Дербента…

Булгарское царство – это мост между Востоком и Западом. Булгарское царство – это знаменитые на всю Европу кожаные сапожки, в которых щеголяют красотки на улицах Генуи и Марселя.

Тонкие пальцы минаретов возносятся в синеву, умоляя о милости Всевышнего – и Всевышний не отвергает молитвы. Великий Булгар могуч и богат, чеканит собственные серебряные дирхемы. Великий Булгар уже триста лет знает свет истинной веры. Его цари мудры, его учёные владеют тайнами мироздания, его воины в стальных доспехах, на великолепных конях непобедимы.

Государственный совет длился третий час, писари по очереди зачитывали важные бумаги: о строительстве паромной переправы через Волгу-Идель, о сборе мехового налога с черемисов, об отправке каравана с отборным зерном на Русь…

Царь Габдулла давно уже задремал под нудные речи; но писари, представлявшие разные ведомства, только радовались этому обстоятельству: если властитель не перебивает и не задаёт вопросов – значит, всё в порядке и замечаний нет.

Воин с южной границы чувствовал себя неуютно среди чиновников в расшитых серебром и золотом одеждах китайского шёлка, боясь неловко повернуться и загреметь кольчугой в благостной тишине, где речь очередного докладчика журчала усыпляющим ручейком. Но придворный этикет незнаком воякам: когда пришла его очередь говорить – вскочил, неуклюже грохнув ножнами о каменный пол, вызвав сдавленное шипение напуганных соседей.

Царь вздрогнул, проснулся. Выслушал краткую речь – рубленую, точную, без словесных украшений и многочисленных обращений к Всемилостивому. Кивнул главному везирю и ткнул пальцем в сторону гостя с границы.

Везирь поднялся и объявил об окончании заседания. Провожая царя, чиновники рухнули на колени – вояка опять замешкался и громыхнул стальными поножами, вызывая ядовитые усмешки.

Однако писарей отпустили восвояси, а посланника пограничной стражи пригласили во внутренние покои.

Голова его закружилась – то ли от волнения, то ли от густого аромата индийских бесценных благовоний. Габдулла велел садиться и повторить доклад. Несколько раз перебивал, задавая уточняющие вопросы. Нахмурясь, спросил:

– И давно на границе появилось монгольское посольство?

– Почти месяц, великий государь.

Рассерженный царь повернулся к везирю:

– Почему?! Почему я узнаю о столь важном событии так поздно?

Везирь забормотал что-то о большом потоке известий и невозможности реагировать на каждую ерунду немедленно.

– Подумаешь, какие-то кочевники побили русичей. Это же Дикая Степь, Дешт-и-Кыпчак. Там всё время кого-нибудь бьют.

Габдулла схватился за голову:

– Зачем Аллах испытывает меня, присылая в качестве слуг лишённых разума? Даже сын осла догадался бы: кочевники, которые смогли разгромить могучий Хорезм, которые захватили огромные пространства, придя из немыслимых далей, заслуживают самого пристального внимания!

Испуганный везирь кивал:

– Да, твой острый ум пронзает пространство и время, великий царь! Посольское ведомство давно прислало грамоту об этих происшествиях вблизи наших южных границ, я прочёл её, но не посчитал нужным отвлекать тебя от прочих дел. Нет мне прощения, недостойному глупцу…

Габдулла отмахнулся от бормочущего извинения царедворца, повернулся к воину:

– Говоришь, зовут в совместный поход на русичей?

Не дожидаясь ответа, поднялся, подошёл к узкому окну. Посмотрел на огромный город, кипящий жизнью. Сюда, в цитадель, почти не долетали звуки, но Габдулла слышал их: противные крики верблюдов, многоязычный гомон бесчисленных торговых рядов, звон наковален оружейных мастерских…

После того, как был разгромлен хазарский Каганат, у булгар остались лишь одни сильные соседи – княжества русичей. С ними воевали и мирились, роднились и торговали. Но опасность не исчезала. Никогда.

И вот теперь неведомые монголы, захватившие всю Великую Степь, половину известного мира, предлагают союз и совместный поход. Заманчиво…

Многие русские князья погибли в битве на Калке. И большинство профессиональных воинов-дружинников. Русь беззащитна. Теперь она – ничья земля. Только и ждёт, кто первым предъявит на неё свои права.

Одним ударом избавиться навсегда от угрозы с запада. Обложить данью русские города. Встать на границах Венгрии и Польши. Получить прямой выход на Балтику через покорённых новгородцев. И тогда Великий Булгар станет не просто «великим» – всемогущим! Самой мощной державой в Европе. А степняки-монголы – они и есть степняки. Воевать горазды, а вот в тонкой науке государственного управления не сильны. Так что – либо вернутся в свои пустыни, либо постепенно станут на службу Волжской Булгарии. Вернее – не Волжской. Всемирной!

Очень заманчиво!

Габдулла повернулся к везирю:

– Думать ты разучился. А писать, надеюсь, ещё нет. Вот мой указ: сбор войска через две недели. Ударный корпус ак-булюк отправить к границе. Улугбеку южного бейлика сообщить монголам о моём желании заключить союз против русичей. И готовь большое посольство. Сам поеду.

Габдулла зажмурился. Царь царей, властитель Великого Булгара – от Урала до Балтики, от Ночного океана до Чёрного моря! Звучит…

Очень заманчиво.

* * *

– Э, руска, не умеешь – зачем болота ходишь?

Усыпанный веснушками паренёк шмыгнул носом, рассмеялся:

– Совсем потонул бы, если не сараши. Сараши – могучий витязь! Сараши всех выручать.

Дмитрий только кивал, не в силах и слово произнести. Болотный народ появился вовремя, когда ничто уже, казалось, не могло спасти беглецов от гибели в трясине.

Веснушчатый похлопал Ярилова по плечу. Протянул пару «плетёнок» – сделанных из лозы приспособлений, похожих на короткие широкие лыжи. Или на гигантские теннисные ракетки, только без ручки. Вот и раскрыт секрет хождения по топи «яко посуху».

– Надевай, руска. Идём.

Хорь уже оправился от страха, недоверчиво спросил: