Город счастливых роботов - Олег Дивов

— Принято. Заодно и умоемся.

Принц сорвался с места первым, на бегу застегивая поясную лямку рюкзака. Впереди была масса соблазнительных препятствий, включая два решетчатых забора. И совсем не было стен, по которым Леха мог его обогнать в узких местах.

В траву на берегу канала они рухнули одновременно. И едва успели перевести дух, как на запястье у Лехи звякнул мобильный.

— Чё-то вяло как-то, — сказал отец. — Совсем за лето разжирели.

Принц беззвучно рассмеялся и похлопал себя по животу. Леха изумленно вытаращил глаза.

— Ты откуда знаешь?!

— Так вы под моим кабинетом через забор лезли. Со второго раза одолели. Хочешь, чтоб я вас не заметил? Да вы вопили так, что вся больница к окнам прилипла.

— У тебя же выходной!

— Да-да. А ты сейчас, как мама думает, сидишь с Принцем и вспоминаешь английский. Вижу, каким английским вы занимаетесь. Орали вы точно по-русски. Спасибо хоть не матом… А завтра первое сентября, между прочим.

Повисла напряженная пауза. Отец чего-то ждал. И Леха наконец через силу выдавил:

— Ты маме не скажешь, что я трассу бегаю?

— Раз столько лет не говорю, почему должен сказать сейчас? Хэв э найс дэй, гайз.

Телефон дал отбой. Леха оглянулся на Принца.

— Ду ю спик инглиш?

— Ноу, шит!

* * *

Виктор отложил телефон и сделал погромче звук телевизора.

Директор Нанотеха выглядел прекрасно. Моложавый, подтянутый, уверенный в себе, красавец мужчина. Хорошенькая ведущая рядом с ним казалась милой игрушкой, не более, — а вот это был хозяин, один из тех, кто заставляет мир вертеться.

После того памятного разговора на кладбище Виктор его и не видел толком. Так, раскланивались издали, пересекаясь случайно на городских мероприятиях, пару раз коротко пожимали руки, обменивались ничего не значащими фразами… На работу в Нанотех Виктора больше не звали, чему он был только рад: хотел забыть свое прошлое и вроде бы преуспел в этом. Вплоть до того, что в домашних разговорах вообще не упоминалась его былая связь с Нанотехом. Ну, служил там папа давным-давно, потом ушел — и все дела. Кем служил — врачом. Зачем терапевт в Нанотехе? Так санчасть. Это же производство, что ни день, кто-нибудь палец отдавит, а бывает и хуже. Вон на папашу твоей одноклассницы, наладчика, электромагнит свалился, вплоть до инвалидности. Мы с доктором Зарецким полчаса его держали на этом свете буквально за шкирку, пока «скорая» не приехала.

И все. И никаких микробов.

Тем более — нанороботов…

Спокойный какой Михалборисыч. А ведь по слухам, не клеится у него что-то с девятой серией. Сколько лет назад он для нее выбил статус нацпроекта? И сам не припомню, и все уже забыли. И давно забыли, что там вообще-то именно нацпроект, государственный заказ. В телевизоре один бесконечный Нанотех, один сплошной Михалборисыч. Такое впечатление, будто государство нарочно отошло в тень: кто-то в Москве позволяет Мишке использовать этот шанс для саморекламы. Интересно, кому это выгодно? Политические игры, борьба влиятельных кланов — и тут возникает темная лошадка в лице директора Нанотеха. И скачет прямиком к креслу президента. Идиот, они ведь тебя сожрут! Мне лично не жалко. Ну, чего сегодня пообещаешь народу?.. А мне это интересно? Нет. Совсем не интересно. Ну разве самую капельку.

— Михаил Борисович, вы сейчас, без преувеличения, самый популярный человек в стране! — донеслось из телевизора. — И в нашу студию потоком идут вопросы… Угадайте о чем?

— Наверное, о национальной вакцинации, которую готовит Нанотех, о чем же еще, — не моргнув глазом отозвался Михаил.

— Не угадали. Буквально каждый второй вопрос — не думаете ли вы выставить свою кандидатуру на следующих выборах президента.

Михаил сделал удивленные глаза.

Виктор еле удержался, чтобы не заскрипеть зубами. Кого ты хочешь обмануть, красавец? А то ты не в курсе. Вынесла тебя волна «нанопсихоза» на самый верх. Эффективный менеджер, честный парень, говоришь народу понятные и приятные слова, опять-таки, ученый. В чекистах, юристах и экономистах народ давно разочарован — и тут вдруг ты. Готовый президент.

Забавно будет, если твои покровители чего-то не рассчитали, и тебя не успеют сожрать, и ты таки изберешься.

Вырастил Дед преемничка всем нам на радость…

— Если честно, мне некогда думать о политике, — сказал Михаил, смущенно опуская глаза и разводя руками. — Я решаю конкретную задачу — подарить России здоровье. Маленькая таблетка — каждому. А в этой таблетке — лучшие друзья человека. Они исследуют весь организм и докладывают медикам о его состоянии. И параллельно они организм немножко чистят. Чистят сосуды, чистят кровь. Это почувствует каждый. Вы станете счастливее. Каждый станет счастливее.

— Но известно, что нанороботы долго не живут, — ввернула журналистка. — И не умеют решать сразу много задач.

Виктор, которого от фразы про «лучших друзей человека» аж перекосило (вспомнил, когда услышал именно эти слова от Деда), насторожился. Ну-ка, послушаем, как ты сейчас выкрутишься…

— Да, пока что они недолговечны, — легко согласился Михаил. — И не так умны, как хотелось бы. Но еще через полгода вы получите новую таблетку, более совершенную. Она сделает вас еще лучше. А на следующем этапе…

— То есть вы сажаете всю страну на таблетки?

А ты не дура, девочка, подумал Виктор. Если только этот текст не прописан заранее пресс-службой Нанотеха. Забрасывается крючок. «Вы сажаете всю страну на таблетки» — и что в ответ?..

— Они будут лечить рак, — четко проговорил Михаил.

Заметно было, как ведущая опешила. Или прекрасная игра, или она действительно не ожидала этого.

— Вот как…

Михаил улыбался. Молча.

— Это сенсация, — произнесла ведущая сдавленно.

Нет, не ожидала. Вероятно, хотела подловить директора Нанотеха, а тот в ответ достал из рукава давно заготовленного туза.

— Кто-то обещает это в далеком будущем, а я — гарантирую, — сказал Михаил спокойно, без лишнего нажима, но очень уверенно. — Еще пара лет, и рак исчезнет как понятие. И еще множество болезней исчезнет. Через два года у нас будет здоровая и счастливая нация. И все станет по-другому. Все изменится.

— В каком смысле — все?

— Какие люди — такая и страна. У нас будет красивая, чистая, сильная, богатая Россия. Такая же, как мы сами.

— И как раз через два года выборы…

— Опять вы о политике… Я уже сказал, мне сейчас просто некогда об этом думать.

Виктор нащупал на столе пульт и выключил телевизор.

— Ох, Миша, Миша… — пробормотал он. — Что же ты задумал, гад такой…

Наш дорогой Михалборисыч никогда публично не врет. Ни единым словом. Он действительно метит в президенты — полегоньку, не спеша — и не намерен обманывать избирателя. Если обещал счастья для всех, значит, на это и нацелился. Что же ты задумал, гад такой?