Расходный материал - Олег Орлов

Странный гражданин исчез в кабинете начальника, десантники закончили с настройкой оборудования, и в приемной воцарились обычные тишина и покой. Только десантник за пультом постукивал по клавишам и изредка переговаривался с коллегами. Лейтенант Петечка, не знавший армейских особенностей, от долгого ожидания начал нервничать и попытался завести разговор о происшедшем. Ну не тормоз ли? На что Берсенев, ткнув в него пальцем, процитировал армейскую мудрость: «Только сон приблизит вас к увольнению в запас», – и закончил жестом «закрой рот». Два года в армии, должен понять. Литвин понял, заткнулся.

Через некоторое время снова нарисовался светящийся белым гражданин и захотел с ним побеседовать в приватной обстановке. Ага, разбежался, как там в пословице, где больше двух, там говорят вслух. Закосил под убогого, начальство приказало сидеть в приемной, вот и сижу. Гражданин, не парясь, открыл дверь кабинета и поинтересовался у Менга, может ли забрать на время капитана. Командир только головой мотнул и попутно мысленно передал: «Следи за языком, это глава краевого комитета». Вот оно как, по всей видимости, его знакомство с прокуратурой временно откладывается, что не могло не радовать. Светящегося гражданина звали Сергей Иванович, ничего особенного он не спрашивал, в душу не лез, но под конец разговора возникло чувство, что где-то Игорь прокололся и попал гэбисту на карандаш. Странно, вроде вопросы были ни о чем, на противоречиях его не ловили, а вот поди ж ты, паранойя, наверное.

Вернулся медитировать в приемную. Высокое начальство совещалось, наверное, еще с полчаса, дальше стали вызывать их. Начали со Стрельченко, потом принялись за Литвина и на закуску оставили его. Вот тут-то ему душу и вынули. Правда, народ у Менга собрался соответствующий, спрашивали все по делу. Особенно подробно остановились на швырявшейся огнем твари – что, как, почему и где ее оружие. Последний вопрос больше всего интересовал второго гэбиста. Вот тот был волчара так волчара, сталкивался Игорь с такими, когда его после взорванной ракеты прессовали. Не разговор, а прогулка по минному полю, одно не к месту сказанное слово, и ты в глубокой заднице. С какого ракурса на тварь смотрел, что она делала, кто к ней подходил, сколько времени ее тело было без контроля, кто рядом шарахался, и прочее, прочее… В принципе все правильно, если оружие имело место быть, а какой-то придурок его снял с трупа, может приключиться большая беда. Вдруг там закладка на самоподрыв, «маячок» или еще какой сюрприз, который им даром не нужен. Да просто неосторожное обращение с неизвестным оружием… Вот только Игорь теперь был на сто процентов уверен, что никакого энергетического оружия у твари не было, кроме собственного умения управляться с внутренней энергией. Жаль, объяснить этот момент выйдет себе дороже.

Его спасла нехватка времени у народа, как бы контрразведчика не интересовало новое оружие, но по большому счету это проблема десятой очереди, а всем собравшимся предстояло ответить на извечный русский вопрос – что делать. И ответить как можно быстрей, иначе все. Забавно, среди собравшихся ни одного гражданского, прямо заговор черных полковников. В общем, их всех отпустили заниматься своими делами, пока. А через час офицеров училища собрали в актовом зале, и Менг довел обстановку, новые подробности про вооружение и тактику тварей. Показал ролики, отснятые разведчиками, впечатлило. Потом рассказал о порядке их последующих действий. Армия, комитет и вэвэшники принимают на себя всю полноту власти в городе. Все, понеслось дерьмо по трубам, вопреки всему здравый смысл победил.

…Небо нового мира… оно было невероятное, просто невозможное. Ничего более прекрасного он в жизни не видел. Даже тогда, когда учитель водил их в осенние горы. В начале сентября, если выше трех тысяч не лезть, на Западном Кавказе еще тепло, и погода, как правило, отличная, можно обходиться без палатки. Перед сном они лежали и смотрели на осенние звезды, которые казались столь близкими, что можно дотронуться рукой. В новом мире ощущение возникало похожее, только с огромным знаком плюс. Скорей всего, новый мир, в отличие от родного, находился ближе к центру своей галактики, потому что небо было просто усеяно звездами. Не как дома – явная полоса Млечного Пути и относительно редкие звезды по остальному небосклону. Нет, здесь не звездное небо, а сияющий купол, весь небосвод – сплошной Млечный Путь. Олег, который по жизни тащился от неба, любого – дневного, ночного, безоблачного и затянутого тучами, без разницы – как-то рассказывал ему, что теоретически невооруженным глазом можно одномоментно наблюдать примерно две с половиной тысячи звезд. Но в реальности такого практически не бывает, яркая луна и огни городов засвечивают самые тусклые звезды, да и вблизи горизонта прозрачность атмосферы уменьшается. А в новом мире их было… наверное, десятки тысяч, и никаких уличных фонарей. Вместо них две маленькие луны, одна привычная белая, вторая чуть красноватая. Олегу бы точно понравилось.

От созерцания небес его отвлек появившийся на крыше дневальный, оказывается, его вызвал начальник училища. Отправил курсанта обратно, и уже сам собрался было идти, но решил опробовать свои новые способности по мысленному общению. В пределах прямой видимости способности работали замечательно. Сегодня днем во время всех этих разборок они с Менгом полноценно общались, и никто из присутствующих ничего не заподозрил, только главный комитетчик на них странно поглядывал, ну оно понятно, работа. А так все супер.

Мысленно представил светлый образ начальника, попытался обратиться к нему, и ничего. Ладно, можно пойти по другому пути, попробовал воспроизвести ощущения, возникавшие у него при мысленной связи, снова по нулям. Возможно, дело в расстоянии и надо добавить мощи? Хорошо, а как? Попытался усилить ощущения, вроде что-то начало получаться, но все равно не то. А если обратиться к внутренней энергии, тем более что в новом мире все старые упражнения, в которых нужна была внутренняя работа, проходили совсем по-другому. Так, ощущения есть, внутренняя энергия вот она, и что теперь с этим всем делать?

Что делать, ему так и не удалось узнать, вновь появился дневальный и передал: если через пять минут он не материализуется в кабинете, то проверит, насколько глубоко начальственный ботинок сможет войти в капитанскую задницу. Понятно, начальство лучше не злить, и лучше бы ему поторопиться, а то у Менга слова с делом не расходятся. Кто его знает, про ботинок он пошутил или как? А ведь может и запихать, и не в переносном смысле.

В стиле Джеки Чана спустился по лестнице, ведущей на крышу, и, перепрыгивая через ступеньки, поскакал вниз. Выскочил на плац и потрусил к штабному корпусу, где на фонаре перед входом висело тело жирного военнослужащего. Вот это тема, видать, борьба за власть уже началась, и счет уже размочен, и, похоже, его сторона пока ведет. Посветил фонариком, погон не видно, высоко висит, но, если ориентироваться на необъятное брюхо, полковник, никак не меньше. Странно, он думал, что всех полковников гарнизона уже видел у Менга в кабинете. А, вот где собака зарыта, на лацканах форменного кителя жучки военного юриста. Не иначе местный военный прокурор не разобрался в обстановке и приперся строить народ. А раз ему перед повешением прострелили колени, значит, перед смертью еще и припомнили прошлые гадости. Бодрое начало, может, все у них и получится. Перед начальственной дверью взглянул на часы, нормально, в пять минут уложился.