Кремль 2222. Покровское-Стрешнево - Константин Кривчиков

– Не понял. – Тимур напрягся. – Вы что, натравливали потолочников на капитолийцев?

– Не часто, но случалось. Нам иногда приводили преступников. Им обещали: сумеешь завалить тварь – помилуем. И они дрались.

– Кто-нибудь завалил тварь?

– Ни разу. – Нейромант со злорадством хохотнул. – Это нереально. Обычному человеку один на один с тварью не справиться, даже с очень сырым изделием первой ступени. Соотношение сил не то. Потолочники ничего не боятся, почти не чувствуют боли. Это универсальные убийцы. И очень злые. Особенно когда голодные.

Тимур помолчал, переваривая услышанное. Затем спросил:

– А сколько времени это займет? Я говорю о введении нового алгоритма.

– Совсем немного.

– Но их же там несколько десятков.

– Ну и что? Подобные команды можно вводить индивидуально, а можно одновременно, сразу всем тварям. Такая функция предусмотрена конструкцией.

– Вот это уже интересней, – сказал Тимур. – А на чем строятся подобные алгоритмы?

– Базовые – на наборе генетических признаков. Видишь ли, эти признаки различны у людей и мутантов. В свою очередь они различаются у разных видов мутантов. Даже у людей из разных общин могут различаться. Но это пока на стадии исследования.

– Откуда ты такое знаешь? – спросила Алена.

– Я же работаю с кодами. В Капитолии есть банк различных геномов и соответствующих кодов на их основе. Мне приходится иметь дело со многими из них. И с учеными общаюсь. Они даже у меня консультируются.

– Разрабатывать такие коды – непростое дело, – заметил Тимур.

– Непростое. Создать и ввести сложный многоуровневый код – это настоящее мастерство, – в голосе Гая проскользнула горделивая нотка. – Потому меня и ценят в Капитолии. Но сложные коды применяются не всегда. Иногда достаточно ввести простой отличительный признак. Например, наличие шлема определенной формы. Или, наоборот, его отсутствие. Главное, чтобы потолочник мог легко определить соответствующий признак. К примеру…

– Хватит, – прервал Тимур. – В общих чертах понятно. Ты мне вот на каком примере объясни. Предположим, что мы проникнем в лабораторию, а ты натравишь потолочников на капитолийцев. Но ведь капитолийцы люди, как я и Алена. Если мы будем находиться рядом, потолочники первым делом набросятся на нас. Ведь так?

– Так. Но это решаемо. Например, можно тебе и девушке повязать на плечо красные ленты, а потолочникам запретить атаковать цели с такими отличительными признаками. И твари вас не тронут. Но есть более простой и надежный способ. Расстегни мне кармашек на гимнастерке.

– Зачем?

– Там лежит маркер. Мы всегда помечаем им себя, когда работаем с потолочниками. Можно нанести специальную краску на одежду, можно на шлем, можно просто на лоб, если ты без шлема. Важно, чтобы тварь беспрепятственно распознавала след маркера. И тогда она тебя не тронет. Правда, через сутки краска растворяется.

– Понятно, – сказал Тимур. Он достал из кармашка нейроманта маркер, напоминающий по форме толстый карандаш и, покрутив в руке, убрал в свой подсумок. Хм…

Идея все больше приобретала черты плана. Уничтожить потолочников, одновременно нанеся серьезный ущерб Капитолию в живой силе, – это здорово. От подобного удара там не скоро оправятся. А он с Аленой между тем доберется до Кремля и предупредит о кознях капитолийцев.

Тимур поймал себя на мысли о том, что думает о них в третьем лице, как будто сам не родился в Капитолии и не прожил там семнадцать лет. Убийство отца по приказу Якуба разделило жизнь Тимура на две части – «до» и «после», между которыми пролегла граница. Да что там «граница»! Настоящая пропасть, которая расширялась и углублялась с каждым днем.

Знакомство и дружба с лесовичкой Аленой, чья община была разгромлена по приказу Якуба, только усилили в сознании Тимура чувство отчуждения к Капитолию. Да, там оставались его друзья. Но как они сейчас воспринимают Тимура, объявленного изменником и врагом Капитолия? Ишь, даже награду за голову назначили…

Найдет ли он хотя бы какие-то точки соприкосновения с этими людьми, если вдруг встретится с ними лицом к лицу? Вряд ли. Скорее всего, никто его и слушать не станет. Ведь он посягнул на святая святых – постулат о мировом господстве Капитолия. И отринул его.

– Понятно, – повторил Тимур. И вопросительно посмотрел на Алену. Он был готов принять решение. Но не мог принять его единолично.

– Я догадываюсь о том, что ты задумал, – отреагировала девушка. – Натравить тварей на самих капитолийцев – идея неплохая. Можно одним махом убить двух хоммутов. Да только тут много сомнительного.

– Конкретней?

– Например, как вся эта свора потолочников попадет в Капитолий? Там что, нет никаких заграждений, дверей, ворот?

Она обращалась к Тимуру, но тот замешкался с ответом. Вместо него отозвался нейромант.

– Там есть ворота, это верно, – сказал он. – Они отсекают лабораторию от тоннеля. У входа всегда стоят караульные – со стороны Капитолия. В тоннель не попадешь, если не назовешь пароль в специальное окошко.

– Ну вот. – Алена развела руками. – Как мы узнаем пароль? Разве что выпытать у кого-то из внутренней охраны лаборатории. Но получится ли?

– Не получится, – уныло произнес Гай. – У этих охранников ничего не выпытаешь. Не зря их прозывают немыми.

– Что еще за «немые»? – Тимур насторожился.

– Они практически всегда молчат. Только начальник караула иногда разговаривает. Ходят слухи, что у них вообще нет языков – вырваны. Но они могут общаться знаками. Еще говорят, что они мутанты, над которыми проводят генетические опыты.

– Так они все-таки люди или мутанты?

– Да не знаю я точно. Я их лиц никогда не видел. Они постоянно в черных масках. И в черных плащах.

– В черных масках и черных плащах? – медленно повторил Тимур. Он вспомнил о наемных убийцах, которые напали на него на Стадионе. Вот оно что! Якуб к нему подсылал «немых».

– Тим, ты что-то слышал о «немых»? – спросила Алена.

– Немного. Но рассчитывать на то, что кто-то из них выдаст пароль, уж точно не приходится. Здесь Гай прав. А без пароля… Разве что взорвать ворота – тогда потолочники ломанутся в пролом. Но где взять взрывчатку? Все опять упирается в нее.

– Не только в нее, – сказала Алена. – Нам ведь еще предстоит уничтожить этих немых охранников. А мы справимся вдвоем?

«Не вдвоем, а в одиночку, – подумал Тимур. – Тобой, Алена, я рисковать не буду. Ни за что. А справлюсь ли я с охраной в одиночку? Не факт. Тогда зачем вообще затевать эту операцию? Вот вместе с хорошим бойцом – другое дело».

– Ты права, Алена, – ответил Тимур. – Лезть туда вдвоем – очень рискованно. Так не пойдет.

– И я о том же.

– Так не пойдет, – повторил Тимур. – Но вариант остается.